Красивые цитаты про взросление со смыслом (500 цитат)

Взросление — это удивительное путешествие, во время которого мы открываем новые грани себя, исследуем мир вокруг и учимся принимать ответственность за свою жизнь. Этот период наполнен вызовами, радостями, разочарованиями и возможностями, которые помогают нам стать сильнее, мудрее и более осознанными. Взросление — это время для поиска своего места в мире и создания своей собственной истории. Красивые цитаты про взросление со смыслом собраны в данной подборке.

Ты повзрослела. И поумнела. И погрустнела. Обычная лестница из трех ступенек.
Мне кажется, из детства я выехал, а вот до пункта назначения — «взрослости» — не добрался. Так и живу в автобусе.
На этом свете меня огорчает только одно – то, что нужно становиться взрослым.
Родители ненавидят, когда дети начинают жить своей жизнью. Это значит, что мы становимся просто зрителями.
Тайна и ложь — это то, что мы принимаем, став взрослыми.
Как бы я хотела снова стать маленькой девочкой! Смеяться над любой болью… Что же я так изменилась?
Ничто так не взрослит, как предательство.
Неосторожное слово — и ребёнок взрослеет, обманутая любовь — и человек ожесточается.
Но я, к сожалению, не умею видеть барашка сквозь стенки ящика. Может быть, я немного похож на взрослых. Наверно, я старею.
Когда становишься старше, каждый твой выбор влияет на то, кем ты становишься.
Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.
Некоторые события не стоит предотвращать. Иногда предстоит почувствовать себя дурой. Иногда предстоит испытать боль на глазах у всех. Иногда это необходимо, чтобы повзрослеть, чтобы перейти в другой день.
Первый шаг на пути к взрослению: перестань наказывать себя за то, что ты сделала, когда была ребенком.
За взросление нужно платить соответствующую цену.
Юность прощается со своими героями с тихой грустью, с нежной ностальгией, утешая и мучая. Однажды, в ясный день, мы вернёмся в город своего детства, на ту улицу, асфальт которой разрисовывали мелом. Только всё будет не так, и, жмурясь от солнца, я вспомню тебя, а ты — меня. Ведь это были мы, вспомни…
Не хочу взрослеть. У взрослых куча проблем. Я как Питер Пэн. Хочу оставаться счастливым.
Удивительно, но период быстрого взросления у меня пришелся на возраст от 15 до 22 лет.
Никогда не думал, что стану одним из тех, кто ходит с портфелем. Он всегда напоминал мне школьную коробку для обеда.
Вы забиваете на то, вы забиваете на это,
Вы забиваете на свою мать и вы забиваете на своего отца.
Вы забиваете на своего брата и вы забиваете на свою сестру.
Вы забиваете на всё это, и вы забиваете на меня. Когда вам было по восемь,
И у вас проявились плохие черты,
Вы пошли в школу и изучали золотые правила.
Так зачем же, вы ведёте себя как полные идиоты?
Вы горячитесь тогда, когда должны быть спокойны и круты.
Ты прав, я знаю. Я должна повзрослеть. Но это так тяжело!
— Пройдёт немного времени, Кот, ты повзрослеешь… и станешь совсем другим зверьком.
— А тот, который я сейчас, он когда-нибудь вернётся? Он мне нравится.
Раджу когда-нибудь станет взрослым, но клоун Раджу останется таким же, какой есть, простодушным и бесхитростным. Люди не воспринимают клоуна всерьез, они только смеются над ним.
Знаешь… Говорят, что мальчик не становится мужчиной, пока не похоронит своего отца. Мой папаша для меня мертв, с тех пор как кинул нас в мои двенадцать. Не помню, плакал ли я, но с тех пор я понял, что вынужден был повзрослеть. И мне всегда радостно видеть мальчика, который все еще может опереться на отцовское плечо, использовать отцовские связи, и у кого между ног яйца его Папашки, раз собственные так и не отрасли.
— Интересно, что обсуждали эти двое [Нора и Рен]?
— А, да кто их знает? Эй, ты сегодня бодрячком!
— Ага! Больше никаких неловких разговоров, типа «ты меня плохо знаешь» — сегодня будет говорить моя милашка [Crescent Rose].
— Да, но ты не забывай, что инициацию проходишь не ты одна. Если хочешь вырасти, надо заводить новых друзей и учиться работать вместе.
— Агрх! Говоришь почти как папа! Во-первых, как общение с людьми связано со сражениями? А во-вторых, мне не особо нужно, чтобы другие помогали мне расти — я и так пью молоко!
— Ладно! А когда будут формироваться команды?
— Ну, надеюсь, что буду в одной группе с тобой, или типа того…
— Или, может, попробуешь к кому-то ещё в команду затесаться?
— Янг, сестрёнка — ты, часом, не намекаешь на своё нежелание быть в одной группе со мной?!
— Что?! Нет! Конечно же, хочу! Просто я подумала — ну, не знаю — что это помогло бы тебе выбраться из своего кокона?
— Ты чего?! Нет вокруг меня никакого кокона! Ты несёшь какой-то бред!
— … Ты ещё подросток, Янг.
— А я думаю, что раз уж я нахожусь в этой комнате, то имею право собственного голоса. Кроме того, я прожила достаточно долго, чтобы считаться взрослой.
— Взрослая или нет, тебе предстоит ещё многому научиться, прежде чем ты будешь готова к реальному миру.
— Боже ж ты мой! У вас, отцов, что — всегда заготовлены одни и те же снисходительные фразочки?
— Да! Но используем мы их только когда это действительно нужно!
— Да неужели?
— Вообще-то, ещё как! Если ты и правда думаешь, что готова вновь идти в бой — хах, в таком случае, очень похоже, что вместе с рукой ты потеряла немного «серого вещества».
— Ну ты и придурок! Ха-ха-ха!
— Дети, пожалуйста, не играйте с едой.
— Оставь их.
— Эх.. А ведь они должны стать новыми защитниками нашего мира…
— И они будут ими. Но сейчас они всё ещё дети. Так почему бы не позволить им оставаться детьми? В конце концов, они не всегда ими будут.
И вот идет такой человек по улице, руки в карманах. В одной он сжимает ключи от квартиры, а в другой пальцами крутит мелкую монету. Обычно уткнувшись носом в свои мысли, он замечает лишь лужи у себя под ногами, чтобы вовремя обходить их. Но только до поры до времени (если быть точным, до зимней поры). Когда ясный дневной “взор лета” сменяется туманным взглядом ночной луны, эти же лужи превращаются в лед. И еще не родился тот прохожий, кто ни разу не поскользнулся бы на них. Так же, как нам легко разглядеть очевидное, кажущееся нам таким пакостным, грязным, мокрым и мерзким, что так и лезет под ноги, преграждая путь. Точно так же легко поскользнуться на собственной самооценке! А между тем в каждой серой луже, поселился кусочек неба! Неба, которым наши городские пернатые сожители утоляют свою жажду. Где же наш подарок детства — резиновые колоши? Увы, но из них мы уже выросли, поставив их в пыльный угол, теперь их единственные друзья: сачок для бабочек и самодельная удочка. Получается, что теперь нашим лучшим другом стали наручные часы?
Если на секунду представить, что время — это стремительно несущаяся река, а мы как форель плывем по течению в поисках лучшей жизни, то данная деревушка была скорее камнем, что неподвижно лежал у берега, на границе временного потока и вечности. А ведь под каждым, даже самым непритязательным на первый взгляд камнем, тоже во всю кипит жизнь! Спросите об этом у любого маленького ребенка, и он с горящими от восторга глазами, схватив вашу ладонь своей маленькой ручонкой, потащит вас за собой к ближайшему из них. Затем, сопя поднимет его, показывая пальцем на тысячи букашек, суетливо ползающих под ним. Возможно, даже начнет что-то вам объяснять, пока вы хмурясь будете требовать, чтобы он положил его на прежнее место…
Взрослость измеряется не крутым шмотьем и временем возврата домой, а любовью, которую мы можем вернуть.
А у неё зеленые глаза,
И колокольчиковый смех,
И русы косы.
Я так хочу ей счастье показать!
А у неё ведь всё не как у всех,
И ноги босы. А у неё на всё готов ответ,
В распахнутой душе
Гуляет солнце.
Я снова греюсь, попадая в этот свет,
И отражаюсь, будто в витраже
Её оконца. Она не я — похожи мы едва ль,
В её глазах луга, леса
И реки.
И я смотрю, как жизнь стремится вдаль…
Моя мечта —
Пусть будет Человеком.
— Девочки вы мои любимые… Такие большие становитесь. Свои планы. Свои связи. Свои перелеты… Ох, как же трудно вас отпускать куда-то…
— Но надо, мама. Знаешь такую поговорку: кораблю безопаснее всего стоять в порту, но он же не для этого строился. Ты же меня родила не с мыслью всегда держать при себе, как любимую куколку. Да ведь? Ма-ам?
Вероника печально улыбнулась.
— Да… Хоть ты и моя любимая куколка.
— Мам, вы очень любящие родители – и ты, и Гор. Вы склонны преувеличивать опасность. Папа тоже так считает.
— Папа так считает… — Вероника уронила голову на руки и тяжело выдохнула. Анита, испугавшись, обняла ее своими маленькими ручками. Айя тоже обняла их обеих. – Айя, твой папа не растил тебя, он не знает тебя, ему ничего не известно о жизни на Марсе. Почему же его мнение ты считаешь важным, а моё нет?
— Просто его мнение совпадает с моим.
— Вот как… Так просто! Во что ты хочешь верить, то и верно, да?
Он говорит мне: «Мечты — это мысли ненужные. Тратишь себя не на то, не на тех. Повзрослей уже!». Нет же! Мечтать — это как вспоминать о будущем, как вырисовывать каждую нужную мелочь, как выколдовывать счастье из самых обычных дней, жизнь создавать по шажочку из серых будней… Милый мой друг, до мечты, пожалуйста, повзрослей. Ведь без неё не летается ни минуты.
Три степени «Му» взросления девочек: Мультики, Музыка, Мужики.
Чтобы стать женщиной, необязательно убивать в себе девочку. Просто подумай заранее, сколько людей тебя увидят, когда тебе в следующий раз захочется ей побыть.
— Тебе нужно повзрослеть!
— Я уже повзрослела, теперь просто старею.
Люди становятся сильнее, благодаря воспоминаниям, которые не могут забыть. Это и есть взросление.
Думаю, такое случается с каждым, когда он взрослеет, – сказал Джереми. – Человек лучше узнает себя, ставит перед собой иные цели, а потом вдруг обнаруживает, что некогда близкие ему люди уже не понимают его, не видят того, что видит он. И хотя в душе человек сохраняет теплое отношение к друзьям детства и юности, он от них отдаляется. Это совершенно нормальное и закономерное явление.
— Сними розовые очки, детство кончилось! Пора взрослеть!
— Противно.
— Не противно, а правильно.
— Противно, что так правильно.
Повзрослеть — значит, осознать, что все ошибки, поражения зависят лишь от тебя…
Я думаю, что наконец-то осознала, что значит повзрослеть. Знаете, всегда было интересно, но это легко. Это когда вам приходится решать — поступить так, или иначе. Но никто вам в этом не поможет.
Мы взрослеем и праздников становится все меньше.
Мы все хотим вырасти. Мы так сильно жаждем использовать все возможности жить. Мы хотим побыстрее выбраться из этого гнезда и даже не задумываемся о том, что снаружи холодно, чертовски холодно. Мы взрослеем, меняем окружение. И пока мы наконец сможем стать на ноги, мы останемся одни.
Взрослыми становятся не тогда, когда заводят ребенка, а тогда, когда умирает последний, кто помнит ребенком тебя самого.
Старение – это обязательный процесс, взросление – нет.
Люди делают ошибки. Это часть взросления. А мы никогда не перестаем расти.
Всегда кто-то смеётся, и над кем-то смеются. Это происходит каждый день, в каждой школе, в каждом американском городке, и даже, по-моему, во всё мире. Весь смысл взросления – научиться оставаться среди тех, кто смеётся.
Не совсем верно было бы сказать, что какое-то время назад я была дикой и бесшабашной, а теперь вот угомонилась и стала взрослой. На самом деле сейчас я еще смелее и сильнее, чем раньше. Я принимаю более рискованные и более ответственные решения. Мне кажется, что с годами моя жизнь во всех ее проявлениях становится все более экстремальной.
— Почему ты думаешь, что влюбленность должна обязательно ранить?
— Ну а как же еще? Если она не взаимная, она ранит. Разве не так? Меня бы такая влюблённость точно ранила. Что еще она может делать?
— Окрылять, например. Давать человеку повод развиваться, становиться лучше, взрослеть. Давать силы и вдохновение. Помогать отражаться в другом человеке и видеть нового себя. Заставлять учиться быть с собой искренним. Учить его уважать свои и чужие чувства… Учить его смирению…
На днях за чашкой кофе обсуждали с друзьями, как же всё-таки непросто многим творческим людям поверить в свои силы. Дать себе право просто рисовать, писать, петь, танцевать. Кому-то еще в детстве разрешили — поддержали, дали опору. Кого-то вообще заставили! А, может, он и не хотел становиться танцором или музыкантом, но мама сказала «НАДО!». А кто-то хочет и лбом упирается в собственную неуверенность. И нужна поддержка. Как говорится, таланту всегда нужна помощь, а бездарности пробьются сами.
И родилось вот такое понимание зрелости и взрослости: сформировавшийся, взрослый человек — это тот, кто дает себе право быть собой, заниматься любимым делом, при этом не винит никого в том, что раньше не складывалось. Совершенствует свои умения, спокойно движется вперед со своей скоростью. И не ждет одобрения ни родителей, ни социума. НО! При этом умеет принимать помощь и быть за нее благодарным. Для этого тоже, видимо, нужно повзрослеть.
Способность играть излечивается как детская болезнь — взрослением.
Взрослые — это дети, вооружившиеся против неприветливого мира.
Мир в детстве кажется больше и удивительней. Все интересы и увлечения взрослых — это попытка вернуть тот изначальный интерес к миру, который даётся природой только раз.
Мы все были изгнаны из рая. И это было детство.
Я помню, как год назад шла по этой же улице и бросала вызов обществу, моральным устоям, всему миру. Сейчас это желание пропало — мне просто хочется спокойствия. Наверное, это и называется повзрослеть.
Воспринимай все так, как видишь сам,
И ты откроешь многое впервые.
Стремиться к неизведанным мирам,
Почетнее, чем знать, что есть такие. И музыка – гармоний тонких нить,
В иное лишь тебе откроет двери.
Не все на свете можно объяснить,
Не все, что в мире есть, дано измерить!
Не все на свете, можно объяснить,
Не все, что в мире есть, дано измерить.
Когда течет ручей, ты хочешь пить,
Когда надежда есть, ты хочешь верить. Но нужен ли очередной вопрос?
И что с того, что ты ответ узнаешь?
Ты думал, что во сне опять летаешь,
А оказалось, что ты просто рос.
Иногда хочется быть маленькой, хоть на минутку.
Он вспомнил себя ребенком. В гончарной мастерской. О, боги, ведь это было, и было с ним. Он любил смотреть на работу за гончарным кругом, когда, как по волшебству, из бесформенного куска глины появляется тонкий сосуд. Он не мог оторвать восторженных глаз от необыкновенного зрелища — акта творения. А как хотелось попробовать самому! А как ничего не получалось! Самое раннее детство.
Это потом появилось понимание собственной исключительности. Мама втолковывает одно, папа — другое, наставник Леонид, Аристотель — третье. Все чего-то хотят от него, все — разного, все — разрывают на части. А в голове — хаос, больно и горько, а хочется — простоты, покоя, детского восторга от того, что наблюдаешь за созданием горшка. Пока в мучениях взросления не пришло понимание и принятие жизни и образа мыслей людей, которых ты перерос и понял их нутро, казавшееся детской душе тайным, мучительным, а теперь ставшее явным, и которое мучило уже по-другому. По большей части разочарованием, которое от множества повторений привело с годами разве что к усмешке.
Почему? За что взрослые люди так озлоблены на живущее в них детство? Это кажется странным только на первый взгляд. На самом деле, обида возникает тогда, когда долгожданного чуда не происходит. Когда вместо вертолета на радиоуправлении Дед Мороз приносит красивый, может, даже самый лучший, но сугубо утилитарный школьный ранец. Тогда, незаметная никому, разыгрывается настоящая маленькая трагедия, катастрофа, крушение целого волшебного мира, и человек, сам того не понимая, становится взрослым.
В тринадцать лет все импульсы человека проявляются с максимальной силой, затем они начинают постепенно слабеть либо оформляются в определенные поведенческие модели и в этих формах застывают навсегда. Мощность изначального взрыва такова, что исход конфликта может долгие годы оставаться неясным; в электродинамике это называется переходным состоянием. Но мало-помалу колебания замедляются, превращаясь в длинные волны, меланхоличные и нежные; с этого момента все сказано и жизнь становится лишь приготовлением к смерти. То же самое можно выразить грубее и приблизительнее, если сказать, что взрослый человек – это укрощенный подросток.
Когда между тобой и тем, кем ты был, пройдет достаточно дней, то поймешь, что вы друг другу чужие. Скорее всего, это и есть взросление.
Пора было забыть детство и вести себя по-взрослому.
Мы много приобрели, взрослея и постигая премудрости жизни. Но кое-что мы все же потеряли. Став взрослыми, умными и всезнающими, мы потеряли самое дорогое – нашего «внутреннего ребенка», свою истинную сущность, свои уникальные отличия и неповторимость. Мы стали похожи на всех, затерялись в толпе и забыли свои детские желания и мечты.
Люди не вырастают из детства.
И лучше всего было — тишь, безлюдье; абсолютное одиночество. Я достаточно повзрослел, чтоб понимать, как хорошо порой остаться одному, да ещё и в глубине леса.
Чем старше мы становимся, тем больше мелких дурных привычек приобретаем. Будто цепляемся за малейшие проявления своей природы — а нет якоря надёжнее, чем порок.
Люди взрослеют по-разному: кто быстро, кто медленно, а кто — в момент. И живут все по-разному. Не то чтобы специально, а в силу обстоятельств. Чем эти обстоятельства сильнее, тем больше высота полета или глубина падения той или иной судьбы. Куда лететь — вверх или вниз — каждый решает сам. Но выбор есть всегда.
Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.
Книга, перечитанная изменившимся, повзрослевшим человеком — это уже совсем другая история.
Нельзя вернуться в тот же дом, откуда ушел. Таков итог зрелости.
Чем старше я становлюсь, тем меньше верю в расхожую присказку, что мудрость приходит с годами.
Я слышала, мы можем вырасти. Только я ещё не встречала тех, кому это удалось.
А все же забавно: пока ты маленькая, время на одном месте топчется, а как двадцать стукнет, так и понесется, словно скорый до Мемфиса. Мне иногда кажется, что жизнь как-то мимо нас проскальзывает, ее и не чувствуешь даже.
Стать взрослым означает стать самостоятельным, перестать поступать в угоду или вопреки родителям, не важно, чему они нас научили, мы сами в ответе за свою жизнь.
Росли вроде умными,
Выросли дурнями.
— Эге, — говорю я двойнику, — ты что, взрослеешь? Не вздумай, а то я с тобой больше не дружу.
Скоро, совсем чуть-чуть подождать осталось, тебе исполнится восемнадцать лет, и в этот день ты уйдёшь из дома, и больше ни одно человеческое существо никогда в жизни не станет тебе указывать, что «можно», а чего «нельзя», потому что ты этого не позволишь — никому, никогда. Сами разберёмся: нам жить, нам умирать. Никто за нас с тобой этого не сделает, а потому пусть сидят и молчат в тряпочку.
Дети взрослеют слишком быстро. Когда я пытаюсь вспомнить своё детство, вспоминается мало. Или просто не вспоминается. Дети взрослеют слишком быстро. Надо это запретить. Запретить взрослеть. Тогда всё будет лучше, чем есть.
В разные времена и с разными людьми, но это случается со всеми. Худшая часть взросления — это разбитое сердце, но это часть жизни…
Дети способны простить абсолютно всё. Обиды укореняются по мере взросления…
— Все эти вещи будят во мне воспоминания о прошлом, и я не могу их выкинуть. Наверное, я старею.
— Вы взрослеете.
Я отлично умела быть ребенком, но совсем не справлялась с ролью того, кем стала сейчас.
Но снова этот прагматизм: если ноги промокнут – можно заболеть, и что скажут люди, и как она потом отстирает свой плащ, а вдруг она сломает каблук. Все-таки, став взрослыми, мы теряем легкость. Словно на нас с годами нарастает бетонная кладка, и мы больше не можем летать, что-то всегда удерживает нас на земле.
Когда я был маленький, я верил и в Санта-Клауса, и в Иисуса Христа, и в спонтанное самовозгорание, а также в лох-несское чудовище. Теперь я верю в науку, статистику и антибиотики.
Повзрослеть не обязательно означает жениться, или завести детей, или взять ипотечный кредит. Повзрослеть — означает научиться чувствовать ответственность за других — и ловить кайф от того, что эта ответственность способна принести.
Зачем становиться взрослым, зачем жить, думал он, если человек не делается добрей? Бессмысленно.
Любой человек хотя бы раз в жизни становился «поэтом». И как правило, когда люди заканчивают быть «поэтами», начинается их настоящая жизнь. Ведь эти стихи изначально писались в мальчишестве или в девичестве и пронизаны ненавистью и ностальгией, рассчитаны были на таких же потребителей.
В детстве я ненавидел одиночество. Все изменилось, когда я стал работать. Вот недавно я провел целую неделю один в Париже. Я мог спать до полудня, а затем бродить по улицам города весь вечер. Я начинаю задумываться о своей жизни.
Иногда всем нам приходится взрослеть.
По мере взросления каждый человек, никогда не собиравшийся тебя предавать, вероятно, предаст. Возможно, твое сердце будет разбито не единожды, и с каждым разом будет все сложнее. Ты и сам будешь разбивать сердца, так что помни, каково это, когда твое сердце разбито. Ты будешь бороться с лучшим другом. Ты будешь винить новую любовь в том, в чем была виновата прежняя. Ты будешь рыдать, потому что время летит слишком быстро, и ты случайно упустишь кого-то, кого полюбишь, так что делай много фотографий, смейся даже больше, чем стоило бы, и люби так, будто никогда прежде не чувствовал боли, потому что каждые шестьдесят секунд, что ты проводишь в печали, — это одна минута счастья, которую ты уже никогда не вернешь.
Все мы остаёмся детьми, сосланными во взрослую жизнь.
Я давно потерял все надежды на взросление. Я сбился с пути и застрял где-то в районе 10 лет.
Я – взрослая, но не чувствую этого. Кажется, будто я до сих пор подросток, но мне разрешили повзрослеть по ошибке.
Дети и должны взрослеть — не остаться же им вечными Питерами Пэнами. Взрослеть вовсе не значит терять невинность и способность удивляться;это значит — идти по назначенному пути. В неоперившемся, неуклюжем, себялюбивом юнце разговор об опасности, горе и тени смерти может пробудить достоинство, а иногда и мудрость.
— Вот так и становишься взрослой, – внезапно поняла она. – Не тогда, когда тебе исполняется определенное количество лет. А тогда, когда где-то внутри появляется грустинка, и ты знаешь, что теперь она будет с тобой всегда. Или до смерти, или до старческого маразма. А пока нет грустинки, ты еще ребенок…
– Не ходи по грязи, – сказал Папа.
– Я просто хотел пройтись по радуге, – объяснил Мальчик.
А про себя он подумал, что, наверное, человек вырастает тогда, когда перестает замечать радугу в бензиновой лужице.
Чем раньше вы начнете относиться к своему сыну как к мужчине, тем раньше он им станет.
Нам не повезло с нашими детьми – они выросли.
Подростки: существа, которые еще не догадываются, что в один прекрасный день они будут знать о жизни так же мало, как их родители.
Жить — значит меняться, меняться — значит взрослеть, а взрослеть — значит непрестанно творить себя самого.
То, что мы называем злом, является всего лишь неизбежностью в нашем бесконечном развитии.
Стать взрослым — это значит забыть, а потом и отказаться от того, что было важно, когда ты был ребёнком.
В детстве мечтаешь поскорее вырасти, а позже жалеешь, что не можешь снова стать ребенком.
Правда оказалась горькой, зато я повзрослела.
Боль — неотъемлемая часть взросления. Именно так мы учимся.
Живя на улице, быстро взрослеешь, оставаясь в душе ребенком.
— Мужчины должны вырасти.
— Да, а собаки перестать себя вылизывать. Это невозможно.
Мне всегда было интересно, как люди становятся взрослыми. А спросишь у взрослых, так они обязательно соврут.
Человек становится взрослым в тот день, когда впервые искренне засмеется – над собой.
А человек становится взрослым, когда перестаёт этого хотеть.
Бывает иногда, что женщина в двадцать девять лет даже прекрасней, нежели была она десятью годами ранее.
Я всегда считал, что взрослеешь автоматически с годами, но на самом деле — это ты выбираешь: взрослеть тебе или нет.
— Каким ты был в детстве?
— Я был гораздо лучше, чем сейчас. Я был счастливый, был открытый и любознательный, но я знал, что всё это закончится. Мне было грустно, когда я понял, что всё изменится и я стану другим. Скорее всего хуже. Это как ностальгия и меня это угнетает.
Взрослеть — значит привыкать к миру.
Некоторые люди взрослеют, а другие просто становятся старше.
Ребенок чувствует так же, как взрослый. Обычно даже более остро, но ребенок еще не может осознать (т. е. назвать, осмыслить и т. д.) свои чувства. Ребенок не выбирает своих родителей; взрослость характеризуется способностью строить свои контакты, выбирать своих партнеров, не умирать при расставании, как бы это ни было болезненно.
У меня появилась возможность прожить заново просранное детство. Я теперь свободный человек. Мне не надо убивать время на школу, надо мной не стоят родители, я обладаю правами взрослого человека. Сейчас я могу развиваться самостоятельно без ограничений. Я могу устроить себе свой личный Саммерхилл — читать то что мне интересно, изучать ровно то что хочется и сколько хочется, накапливать опыт какой мне нужен. И главное — я могу сопротивляться внешнему влиянию. Я легко могу послать на *** людей которые пытаются вбить в меня свои догмы, потому что я от них никак не завишу. Мне не придётся терпеть эмоциональное насилие над собой от людей которых я терпеть не могу, терпеть потому что они меня содержат, и без них я якобы пропаду, сопьюсь и вообще сдохну. Я чувствую себя таким великовозрастным неучем, который учится читать с мелкими пупсами потому что раньше ему было некогда, он был занят какой-то ***ней которая не оставляла ему время для настоящей жизни. Я хватаю маленькие кусочки знаний, следуя едва начавшим появляться желаниям. Позавчера я неожиданно захотела решать квадратные уравнения. Сегодня — узнать как устроен мозг и почему в нем под воздействием каких-либо факторов активизируются определённые участки.
Ёкарный бабай, да мне же интересны науки!
Я беру эти маленькие кусочки знаний, и каждый «вкусный» на 10, потому что я его хочу. И я щас понимаю насколько тупыми, дикими извращенцами должны быть люди которые такую до уссачки интересную вещь как наука превращают в заунывную хрень, которая преподаётся в школах и вызывает у детей тошноту и прочное к себе отвращение.
Мне нравится взрослеть, становиться зрелой и, соответственно, здравомыслящей. Все события, которые происходят в моей жизни, я теперь воспринимаю проще.
Не совсем верно было бы сказать, что какое-то время назад я была дикой и бесшабашной, а теперь вот угомонилась и стала взрослой. На самом деле сейчас я еще смелее и сильнее, чем раньше. Я принимаю более рискованные и более ответственные решения. Мне кажется, что с годами моя жизнь во всех ее проявлениях становится все более экстремальной.
Взросление — не угасание, равнодушие, скорее это понимание и себя как личности, и своих желаний, и ответственности за то, что ты говоришь.
Чем старше я становлюсь, тем меньше верю в расхожую присказку, что мудрость приходит с годами.
Если бы дети росли в соответствии с нашими ожиданиями, у нас вырастали бы только гении.
Я думаю, ты становишься взрослым, когда находишься на грани отчаяния.
Повзрослеть стоит хотя бы для того, чтобы научиться по-настоящему любить.
С возрастом вы становитесь похожи на пускающих слюни телепузиков и верите в доброту, и печенье, и слово Божие, доносящееся из радиоприёмника.. Тшшш!! Новости! О, куча йогуртов была съедена в Китае! Представляешь?
Взросление — пожизненный урок
умения творить посильный мир,
а те, кто не построил свой мирок,
охотно перекраивают мир.
Взросление – чертовски трудная штука! Гораздо легче перейти из одного детства в другое.
Мы становимся взрослыми, но к жизни подготовлены так же, как книжный ученый-червь к тому, чтобы выступать в балете.
Каждый ребенок рождается божеством, а потом опускается до человека.
Обманывать старших нехорошо! Сначала надо вырасти, стать человеком!
Люди никогда не взрослеют. Они просто учатся вести себя на людях.
Со зрелостью приходит противление.
До малейшей детали я запомнила ту фотографию и сейчас, вспоминая ее, на ней я кажусь себе счастливой и такой юной! Прошло меньше полугода, и все-таки той девочки, что сфотографировал журналист жарким вечером, больше нет: ей пришлось повзрослеть и очерстветь, чтобы выжить и не сломаться.
Взросление — не угасание, равнодушие, скорее это понимание и себя как личности, и своих желаний, и ответственности за то, что ты говоришь.
Взросление означает одну вещь — независимость. Мы все её хотим. Иногда мы используем других людей, чтобы заполучить её для себя, иногда мы находим её друг в друге, иногда наша независимость идет по цене чего-то ещё, и эта цена может быть высокой… Потому что всё чаще, чтобы получить независимость, нам нужно бороться. Никогда не сдаваться, никогда не отступать…
В отрочестве мы все мечтаем в один прекрасный день покинуть родителей, но настает другой день, когда родители покидают нас. И тогда мы мечтаем лишь об одном: снова стать хоть на минутку детьми, жившими под их покровом, обнять их, сказать им, не стыдясь, как мы их любим, прижаться к ним покрепче, чтобы они нас успокоили еще хоть раз.
Когда ребенок впервые узнает цену взрослым — когда серьезный малыш впервые догадывается, что взрослые не наделены божественной проницательностью, что далеко не всегда суждения их мудры, мысли верны, а приговоры справедливы, — все в нем переворачивается от ужаса и отчаяния. Боги низвергаются с пьедесталов, и не остается уверенности ни в чем.
Возможно, придет время, когда люди научатся распознавать зрелость характера и будут говорить: вот это настоящий мужчина, хотя ему всего четырнадцать лет. По воле случая и судьбы он стал зрелым человеком, который трезво оценивает себя, знает, что такое ответственность и чувство долга. Но пока это время не пришло, мерилом будут служить возраст и рост.
Люди не могут оставаться детьми вечно. Как бы нам не было одиноко и больно… мы должны становиться взрослыми.
Дети начинают с любви к родителям. Взрослея, они начинают их судить. Иногда они их прощают.
Будучи детьми мы редко задумываемся о будущем, и это позволяет нам радоваться жизни так, как умеют не многие взрослые. В день, когда мы начинаем беспокоиться о будущем, детство наше остается позади.
В первые годы жизни ребенка мы учим его ходить и разговаривать, а потом требуем от него сидеть и молчать. С этим что-то не так.
Может, потому что я старший брат, но знаешь, для меня ты всегда был сопливым пацаном, которого я наставлял на путь истинный. А теперь мы оба знаем, что ты вырос. Ты повзрослел настолько, что поверил в меня. Поверить в тебя — меньшее, что я могу сделать.
Жить — значит меняться, меняться — значит взрослеть, а взрослеть — значит непрестанно творить себя самого.
Ушло радостное удивление жизнью, ожидание счастья в мире, который казался таким заманчивым и прекрасным. Теперь она знает, что мир несправедлив, жесток и беспощаден.
Люди никогда не взрослеют. Они просто учатся вести себя на людях.
Когда взрослеешь, сердце умирает…
– Пап, ради всего святого, мне уже пятнадцать, – услышала Дженна, как ворчит Пейдж, когда они вернулись в прошлое воскресенье. – А ты обращаешься со мной, как с маленьким ребенком.
– Но ты же сама попросила помочь, – запротестовал Джек.
– Помочь, а не делать все самому. Мне нужен кто-то, кто будет делать то, что попросят, и, может быть, вносить свои предложения, если они к месту. А не кто-то, кто считает, что все знает.
– Но я и правда знаю.
Пейдж не смогла сдержать улыбку.
– Но ведь учусь я, – напомнила она Джеку. – Я должна научиться, а это порой значит ошибиться, а потом найти собственное решение.
В один прекрасный момент понимаешь простую истину: Быть взрослым — это осознание себя, как личность. И нужно мужество, чтобы быть самим собой, со всеми недостатками и прочим.
— Когда ты повзрослеешь?
— Никогда. Священник не взрослеет, ведь он не становится отцом. Он всегда будет сыном.
Взросление – это перемены. Как говорит Нага, перемены болезненны, поэтому боль – это радость. Она дает нам повод улыбнуться.
– Аслан, – проговорила Люси, – а ты стал больше.
– Это потому, что ты становишься старше, малютка, – ответил он.
– А не потому, что ты?
– Я – нет. Но с каждым годом, подрастая, ты будешь видеть меня всё больше.
Нельзя повзрослеть, вечно боясь неудач и убегая от реальности.
Проблема детей в том, что они вырастают и не всегда ребенок вырастет успешным юристом, врачом, космонавтом. Он может вырастить ублюдком, наркоманом, убийцей, вором и много кем еще. И воспитание твое *** не значит. Воспитывает человека социум, а не семья.
Загляни в это окно, это Ненси Пинкертон, когда она была девочкой, ее постоянно выбирали самой красивой девочкой школы. В молодости ее все хвалили, все восхищались ею, говорили, что она особенная. Она была необычной и она была интересной, потому что была привлекательной. Но когда ей исполнилось 40 и красота ее начала увядать, она поняла, что не интересней вареной морковки.
А это дом твоего нового уродливого друга Джамала. Он страшный и ему ничего не прощают. Он должен работать, чтобы чего-то добиться, но это пойдет ему на пользу. Когда он вырастет, у него будет сильная личность, а это то, что редко бывает у симпатичных детей.
А вот твой одноклассник Клайд. Теперь, когда он знает, что симпатичный, ему не нужно прикладывать усилий, чтобы быть особенным. Теперь его жизнь посвящена девочкам. Он болтает с ними по телефону и покупает им туфли. Скорее всего, он женится молодым и только к 40 поймет, что он просто кусок дерьма.
Поверь, Кайл, на самом деле красивые дети прокляты.
Детские глазки чисты и невинны.
Детской души несказанны глубины.
Полнится смехом и песнею звонкой
Незамутненное сердце ребенка. Бережно тонкую взявши ручонку,
К свету и счастью веди ребятенка.
Взрослым все горести мира известны,Дети ж блаженным незнанием прелестны.
Старение – это обязательный процесс, взросление – нет.
Вот так вот. Вроде взрослые люди, а мозгов нет. В наше время вообще трудно взрослеть.
Первые 18 лет твоей жизни, это как бесплатная trial версия. Дальше начинается «Плати, чтобы играть».
В первые годы жизни ребенка мы учим его ходить и разговаривать, а потом требуем от него сидеть и молчать. С этим что-то не так.
Мы уже не на детской площадке, у нас новые правила, мы давно повзрослели, но мы не можем потерять дух детского любопытства. Мы хотим узнать, какова любовь. Возможно, это вызов нарушить все эти устои. Жизнь коротка. Когда два человека находят друг друга, никакие правила не должны стоять у них на пути.
Ты хочешь быть взрослой? Хочешь сама распоряжаться деньгами? Быть взрослым, значит делать то, что тебе не нравится. Постоянно. Это значит работать из последних сил и почти никогда не получать то, чего ты хочешь, сразу же. У меня и твоего отца не было детства, никогда. Тебе так повезло, Пейдж…
Когда ребенок был Ребенком?
Едва ль ему теперь узнать.
Он дань несет своим оковам,
Он так стремился взрослым стать!
Меня тревожило и огорчало, что она в самом начале своей жизни уже оглядывалась назад, как я — в конце моей.
Жизнь сразу превратила меня из ребёнка во взрослого человека, лишая юности.
Я выкарабкался. Конечно, дерьмо случалось со мной несколько раз, но это бывает с каждым. Я не думаю, что это как-то связано с цветом кожи или чем-то таким. Это просто часть взросления.
Все же время, взросление делает человека печальнее. Да, конечно, бывают люди, которые к среднему возрасту осознают тщетность пролитых слёз. Но они всё равно никогда не высохнут в наших глазах, что ни делай. И тогда эти мудрые люди меняют своё отношение к настоящему, только бы прожить второй отрезок жизни с улыбкой внутри. Убежденно счастливые люди когда-то непременно были несчастными.

Почему люди должны взрослеть, ведь в детстве так хорошо? Как здорово, когда ни за что не отвечаешь, когда о тебе заботятся, когда не нужно ни о чем беспокоиться, потому что кто-то большой и сильный уже все решил за тебя. Какой прекрасной была бы жизнь без всех этих взрослых проблем.
Тяжел путь от детства к зрелости. Каждый идет по нему как умеет. Миру нужны мятежники, чтобы он не застаивался, люди с горячими сердцами и чистой душой.
Каким взрослым мечтал я стать? Какой взрослый – хороший? Тот, что в определённом возрасте устраивается на работу, тот, что в определённом возрасте женится, тот, что уже заранее составил план своей жизни? Такой взрослый, которого все остальные люди считают хорошим? Какой он? Если я стану взрослым, я буду счастлив? Не знаю…
Если бы дети росли в соответствии с нашими ожиданиями, у нас вырастали бы только гении.
Чтобы стать мужчинами, мальчишки должны странствовать, всегда, всю жизнь странствовать.
Расти – это всего лишь учиться принимать решения, учиться быть собой и следовать своему пути.
Может, кофе — взрослящий напиток? Если его пьешь, становишься взрослым? Кузнечик считал, что так оно и есть. Жизнь подчинялась своим, никем не придуманным законам, одним из которых был кофе и те, кто его пил. Сначала тебе разрешают пить кофе. Потом перестают следить за тем, в котором часу ты ложишься спать. Курить никто не разрешает, но не разрешать можно по-разному. Поэтому старшие курят почти все, а из младших только один. Курящие и пьющие кофе старшие становятся очень нервными — и вот им уже разрешают превратить лекционный зал в кафе, не спать по ночам и не завтракать. А начинается все с кофе.
— Надо учиться ошибаться, пока ты не повзрослела.
— Надо учиться…?
— В молодости от этого быстро оправляешься. Если научишься падать сейчас, то легче будет вставать потом. Во взрослом возрасте, каждый промах — как нож в сердце, чем больше ответственности на себя берешь, тем меньше права на ошибку.
Большинство проблем в жизни возникает тогда, когда мы теряем невинность.
Взрослым человек становится только тогда, когда у него пропадает желание это доказывать.
— Вот так и становишься взрослой, – внезапно поняла она. – Не тогда, когда тебе исполняется определенное количество лет. А тогда, когда где-то внутри появляется грустинка, и ты знаешь, что теперь она будет с тобой всегда. Или до смерти, или до старческого маразма. А пока нет грустинки, ты еще ребенок…
Впрочем, я и раньше вам жаловался: в этом веке, доверху забитом информацией и высокими технологиями, дети взрослеют рано. В полных девять лет – это уже старики, серьёзно утомленные жизнью и покемонами.
Странно, почему людей оплакивают, когда они умирают, а детей не оплакивают, когда они вырастают. Ведь этого милого ребенка уже не будет, когда он вырастет.
Жизнь есть досадная ловушка. Когда мыслящий человек достигает возмужалости и приходит в зрелое сознание, то он невольно чувствует себя как бы в ловушке, из которой нет выхода.
Целый кусок жизни безвозвратно ушел. Да я и не скучаю по той жизни, я выросла из нее. Я уже не умею так беспечно веселиться, всегда в глубине души я остаюсь серьезной.
И хоть я могу увидеть духов… увидеть, что творится у человека на душе, я не в силах. Но я буду стараться, чтобы научиться этому.
Если бы я показывал своё беспокойство, меня бы отовсюду выгоняли… Но они всё равно знали, что я думаю, и это их бесило. Теперь я понял. Нельзя отказываться, когда для меня что-то делают. И любую еду надо принимать с благодарностью.
Семья… Не нужна она мне. Да и нет у меня семьи. Как же я хочу побыстрее вырасти.
Стареть — это печально, но приятно взрослеть.
Он много об этом думал. О человеческой взрослой душе, абсолютно жестокой и абсолютно неверной. Он пытался представить то время, когда сам станет таким. Станет же, никуда не денется.
— Но ведь это важно — пережить в молодости минуты грусти и боли? В смысле — как ступень взросления.
— Ты считаешь?
— Примерно так же деревьям для роста приходится переживать лютые зимы. Если все время тепло и климат ровный, годовые кольца почти не растут.
Взрослая жизнь — это место, где умирают мечты. Взрослеешь, устраиваешься на работу, становишься ещё одним офисным планктоном. И всё. Конец.
Вы не послушаетесь меня, месье Жан. Никогда не слушались, даже в детстве, когда я шлепала вас по попке, положив поперек колен. Вы привыкли сами принимать решения. И если сейчас вы недовольны своей жизнью, это потому, что для вас всегда на первом месте было то, что захватывало и развлекало вас, все новенькое, а не длительное и долговечное.
В принципе, виновата цикличность. Ведь как мы взрослеем? Произносишь грубое слово, как твой отец. Начинаешь пить вино и водку. Потом раздеваешься и ложишься с кем-то в постель. Тоже, очевидно, как твой отец. Хотя о деталях можно только догадываться. А потом твой сын вдруг ломает руку, как сын твоих родителей. То есть ты сам. И всё. Круг замкнулся.
Мы взрослеем и праздников становится все меньше.
Человек не становится взрослым резко в один день. Он открывает мир и себя в мире, свое тело и свои чувства, других людей рядом постоянно, с рождения. У каждого эта дорога своя.
В детстве я тоже плакала. А чем старше становишься, тем реже плачешь. Наверное, это часть взросления.
В юности мы ищем идеалы, в зрелости мы учимся складывать мозаику любви и видеть красоту во множестве кусочков.
Когда мы взрослеем, мы не совершаем героические поступки.
Он смотрел куда-то вдаль и говорил: «Жизнь не всегда будет такой, как тебе захочется». Жаль, что тогда я не понимала, что он говорил о моей жизни.
Сначала никто не умеет ходить.
Скоро уже безрассудные поступки мне будут не по возрасту.
У всех на лице свои следы. Это карта, показывающая, где мы были, и она никогда, никогда не бывает уродливой.
Шестнадцать — возраст тайн.
Так много людей стараются скорее повзрослеть, и в этом нет ничег
Это все часть взросления. Немного бунтарства, жажда свободы… Это нормально. Даже полезно.
Кто-то из великих сказал: «Мы перестаем играть не потому что взрослеем, мы взрослеем, потому что перестаем играть». В детстве свято веришь в нерушимость дружбы, кажется, что твои друганы будут рядом всегда, но у жизни другие планы. А вот мы с пацанами показали жизни жирную дулю — взяли и не прекратили играть.
Стоит только повзрослеть, и запретный плод обретет привкус горечи.
Раньше я думал, люди взрослеют год от года, постепенно так… А оказалось – нет. Человек взрослеет мгновенно.
Пока человек не стал взрослым, он весь – обещание чуда, а зрелость делает его свершившимся фактом, вне зависимости от того, каким именно он стал.
Как щенок к трубе жмусь, боюсь панически,
Греюсь и верю — тепло не бывает техническим.
И всё клянёшь меня маленьким, не взрослым,
Мол это ребячество, — любить до гроба и после.
Кто вырос, тот угрюм и привередлив,
Кому еще расти, тот всё поймет.
Пора взрослеть. Мы больше не дети. Нет ни хороших, ни плохих, пойми. Есть просто люди, которые живут каждый своей жизнью.
Когда становишься старше, вещи, которые любил, не кажутся такими уж особенными. Как чёртик в коробке. Может, позже ты поймёшь, что это не больше, чем кусок картона, но некоторые вещи всё равно продолжаешь любить. Может, когда будешь в моём возрасте, то останется одна или две любимых вещи. У меня осталась одна.
И всё-таки, каждый рано или поздно становится взрослым.
— Я уже взрослая!
— Все так говорят. А однажды начинают звать мамочку, а мамочки нет.
— Иногда приходится прощаться с тем, кого любишь… Это неизбежно, если ты растешь.
— А все оставляют кого-нибудь, кого любят, когда вырастают? — спросила девочка.
— Почти все… А иногда оставляют даже самих себя. Наверно, это в конце концов одно и то же.
Вот я не знаю, что со мной произошло. Я правда не знаю. Смотрю в зеркало и узнаю только свои глаза. Глаза… на лице старика. Иногда мне кажется, что я родился слишком рано или слишком поздно.
— Что вы суетесь? Что вы знаете о старости? Стареть — это скучное занятие.
— Но пока это — единственное средство долго жить.
Старение… Самая большая загадка из всех.
Ни у кого жизнь не бывает такой, как в детских мечтах.
В детстве я смотрел по утрам в окно и думал, что всё на свете меняется… Мне казалось, что все дни разные, и что так будет всегда, что всё будет меняться. Но позже я понял, что ничего здесь не меняется.
Это все часть взросления. Немного бунтарства, жажда свободы… Это нормально. Даже полезно.
— Но, мам, я не хочу взрослеть.
— Мне очень жаль, Венди, но это — жизнь, и тебе пора начать привыкать к этому.
Может… пора уже взрослеть? Или однажды… ты действительно причинишь боль близким тебе людям.
Так как мы рождаемся детьми и составляем разные суждения о вещах прежде, чем достигнем полного употребления своего разума, то многие предрассудки отклоняют нас от познания истины; избавиться от них мы, по-видимому, можем не иначе, как постаравшись раз в жизни усомниться во всём том, в чём найдём хотя бы малейшее подозрение недостоверности…
Просто ты взрослеешь. А взросление — это и радости, и беды. Взрослый человек способен принимать решения, пусть даже и спорные, но самостоятельные. Ты как птенец, вылетающий из гнезда.
Национальные герои России — это всего лишь «комиксы», которые надо убирать в чулан и не показывать людям, уж тем более подросткам.
— Быть взрослым — это, во-первых, беспрерывно делать глупости, — серьезно отвечает он и гасит сигарету в пепельнице.
— А во-вторых? — спрашиваю я.
— А во-вторых, делать из этого верные выводы, — сухо говорит он.
Человек не станет взрослым, пока не поймет, что в один прекрасный день его ждет смерть.
Я мальчишка. Им был, таким вырос, созрел, мальчишкой оставшись. Наверное, мальчишкой и состарюсь. И желание быть таким разделяют многие. Потому что это значит относиться к жизни как к бесконечной игре. Ведь огорчить мальчишку может только наступление вечера, когда его позовут домой — спать, а игра в самом разгаре… Став взрослым, мальчишка не озадачивается, не парится. Ему некогда, он играет с миром в сложные порой опасные, но захватывающие игры.
И главное — мир тоже играет с ним.
Забавная вещь во взрослении: год за годом все отчаянно боятся быть странными в каком бы то ни было случае. А затем неожиданно, чаще всего ночью, все начинают хотеть быть другими.
Взрослеть — значит привыкать к миру.
Когда вырастешь, поймёшь, что не всё чёрное и белое.
Люди становятся сильнее, благодаря воспоминаниям, которые не могут забыть. Это и есть взросление.
Существуют теории, будто человек становится по-настоящему взрослым со смертью своих родителей; я в это не верю — по-настоящему взрослым он не становится никогда.
Вы гораздо лучше поймете своих детей, когда они покинут ваш дом.
Родители всегда кажутся умными, сильными и идеальными. И только когда взрослеешь, понимаешь, что они просто люди.
Они вышли из возраста свинки и ветрянки и подцепляют теперь моды.
Наконец мы стали взрослыми. Теперь мы сможем исполнять все свои мечты, ведь кругом столько возможностей. Пришло время стать такими, какими мы всегда мечтали быть. Это наш мир и мы.
На самом деле ничто никогда ничего по-настоящему не значит. В тот день, когда ты это осознаешь, ты становишься взрослым.
Мне нравится взрослеть, становиться зрелой и, соответственно, здравомыслящей. Все события, которые происходят в моей жизни, я теперь воспринимаю проще.
— Взрослей, старина!
— Если бы я повзрослел, ты бы никогда в меня не влюбилась.
— Если бы ты повзрослел после этого, мы до сих пор были вместе.
То, что мы называем злом, является всего лишь неизбежностью в нашем бесконечном развитии.
Никто не говорил тебе, что взрослеть — это предавать себя шаг за шагом? Нужно научиться быть верным себе, думая о последствиях. Но это не так то легко…
На самом деле с годами мы не взрослеем, а лишь приучаемся выглядеть взрослыми.
Если хочешь вырасти, надо смотреть в лицо своим страхам и сравнивать их с действительностью.
Всю свою жизнь я хотел повзрослеть. Я хотел стать старше, чтобы люди принимали меня всерьёз. Я всегда думал, что это так здорово… Вырасти, ходить на работу, завести семью. Но это всё схема. А любовь — это самая большая схема. Я был влюблён. Я знаю, что кто-то будет смеяться, потому что мне всего 13. Не важно, я любил. Я раньше думал и верил в то, что у каждого должна быть любовь и если будешь бороться за этого человека, тебе ответят взаимностью. Это казалось мне прекрасным, когда я был моложе, но в реальной жизни так не бывает. На свете не бывает настоящей любви.
Хотели быть взрослыми так, что потеряли молодость.
Подростки не вырастают, они просто становятся старше.
Подростки: существа, которые еще не догадываются, что в один прекрасный день они будут знать о жизни так же мало, как их родители.
В моей жизни нет разочарования, ведь это огромная беда, которая влечёт ужасные последствия. Я думаю, что у людей всегда бывают моменты раздумья, переоценка ценностей, когда мы вдруг становимся взрослее. У меня такие этапы были, когда вдруг что-то происходит, ищешь новые ориентиры, пытаешься что-то понять. Я не думаю, что это разочарование…
Взрослость зависит не от возраста и вступления в брак, а от жизненного опыта. Человек, переживая различные события, пройдя через множество чувств и эмоций, постепенно познает жизнь. Процесс взросления нельзя ускорить, но и замедлить его тоже не получится. Невозможно повернуть время вспять и снова оказаться в состоянии беспечности, неведения и наивности. К сожалению.
Если будешь отворачиваться и отвергать то, что вне твоего понимания, когда-нибудь пожалеешь об этом. Признай то, что видишь, как действительность. Это ближайший путь к взрослению.
Когда становишься взрослее, одна за другой пропадают вещи, от которых хочется улыбаться…
Мысли родятся, играя, растут и становятся скучными взрослыми…
Сколько бы родители не пытались устроить жизнь своих детей, сколько бы не подстилали соломку, пробивая своими головами стены и, открывая любые двери, пропуская вперёд своих детей, истинную силу человек может обрести, только двигаясь самостоятельно, по своему собственному Пути.
Есть такой момент в жизни каждого человека, когда он должен начинать принимать только свои решения, нести за них только свою ответственность. Это и значит: стать взрослым.
Люди взрослеют, влюбляясь.
Люди не могут оставаться детьми вечно. Как бы нам не было одиноко и больно… мы должны становиться взрослыми.
— Мне правда жаль, что менеджер врал тебе.
— Я хотя бы знаю, что он про меня думал. Странно, что я даже не подозревал. Я постоянно его видел… я почти жил с ним.
— Пусть это тебя не изменит. Ты должен доверять людям.
— Доверять, но быть начеку. Звучит паршиво.
— Так и есть, но это взросление, всё становится сложнее. Знаешь, мама говорила: «Прощай, но не забывай!»
Мальчишек нельзя укладывать — они проснутся на день старше. Вы и не заметите, как они вырастут.
Будучи детьми мы редко задумываемся о будущем, и это позволяет нам радоваться жизни так, как умеют не многие взрослые. В день, когда мы начинаем беспокоиться о будущем, детство наше остается позади.
Я всегда считал, что взрослеешь автоматически с годами, но на самом деле — это ты выбираешь: взрослеть тебе или нет.
Ступени во взрослую жизнь не всегда ведут наверх.
Я повзрослел, когда встретил Эль. Нет, я не стал взрослым брюзгой, но просто понял, что быть умным и ответственным тогда, когда нужно, — это не так уж и плохо.
Наверное, людей порой надо сажать в клетки очень тесных и трудных обстоятельств, чтобы они взрослели.
Ра думал, что ему страшно не хочется взрослеть — не понимая, что эти мысли сами по себе означают начало взрослости.
Очень трудно воспитать независимость в ребёнке, несущем Запрет на Взросление.
— Переживаешь?
— А то.
— Время летит, дети растут.
— Это тяжело…
— Отпусти её. Переверни страницу, иди дальше.
— Она была малышкой, и вдруг…
— Переживи, прими это. Круговорот жизни, болезненно это.
— И тяжело, да?
— Нет, мне нет — у меня сын, а вот ты влип.
Я помню себя с полутора лет, и лет с четырёх я совершенно не изменилась. Я просто научилась ходить, говорить, хамить и посылать людей на известные буквы. То есть, со своего детства я училась плохому, на самом деле, а всё остальное осталось прежним.
Три истинных возраста человека: молодость, зрелость и «когда, черт возьми, я успел так постареть?»
Чем раньше вы начнете относиться к своему сыну как к мужчине, тем раньше он им станет.
Что-то шевельнулось на дне души, что-то упрятанное глубоко, начинало пробиваться сквозь оскорбленное самолюбие и холодную расчетливость. Скарлетт становилась взрослой, и новое чувство рождалось в сердце ее, чувство более сильное, чем тщеславие и своеволие эгоизма.
Как-то не верится, что в восемнадцатый день рождения я волшебным образом мгновенно стану взрослой.
Чем старше становишься, тем больше хочется вернуться туда, где был в детстве.
Нас растили сильными, но не чувствительными, учили бороться с ранимостью, отвергая её. И кем мы в итоге стали? Динозаврами.
Если война не являла собой возможность умереть, она была возможностью взрослеть, по-настоящему внюхаться в застоялый запах бытия и научиться принимать перемены.
Я думаю, ты становишься взрослым, когда находишься на грани отчаяния.
Не бойтесь взрослеть: в каждом возрасте есть своя прелесть. Ушедшие годы – это не только трудности и потери, но прежде всего опыт, мудрость, чувство юмора, спокойный и трезвый взгляд на всё происходящее в жизни.
Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел… В конце концов, пора уже становиться взрослым.
Три года я жил самостоятельно от родителей. В общем-то заслуга в этом только их. Сам я на квартиру копил бы ещё лет десять. Они мне квартиру подарили, и прямо-таки выставили из дома. Я вначале даже слегка обижался при всех бесспорных преимуществах отдельного жилья. Потом посмотрел на друзей, живущих с родителями, и понял, как были правы мои предки. Всё-таки жизнь с мамой и папой, если ты из школьного возраста вышел, человека портит. Ты можешь при этом зарабатывать неплохие деньги, можешь содержать родителей, но если ты остался жить в родительском доме — ты прекращаешь взрослеть. Принимаешь манеру поведения и жизни родителей. Консервируешься, становишься молодой копией отца. А это только в крестьянской семье хорошо — и то лишь в отношении старшего сына. Недаром во всех сказках больших успехов добивается младший сын, отправляющийся куда глаза глядят счастья искать. Тысячи таких младших сыновей в пути исчезают, но кто-то всё-таки ловит свою синюю птицу. На крестьянскую пашню, к трудолюбивому и обстоятельному старшему сыну, синие птицы не залетают…
Юный друг, всегда будь юным,
Ты взрослеть не торопись.
Будь весёлым, дерзким, шумным,
Драться надо — так дерись!
Никогда не знай покоя,
Плачь и смейся невпопад,
Я сама была такою
Триста лет тому назад!
В молодости многое кажется скучным и безжизненным. Но потом, становясь старше, вдруг обнаруживаешь, что именно эти вещи и являются для тебя самыми важными.
Как часто в жизни бывает,
Мы вырастаем, а потом прибегаем
В тот дом, в котором нас любят,
Где нас обнимут, и никто не осудит.
Вот так вот. Вроде взрослые люди, а мозгов нет. В наше время вообще трудно взрослеть.
Повзрослеть не обязательно означает жениться, или завести детей, или взять ипотечный кредит. Повзрослеть — означает научиться чувствовать ответственность за других — и ловить кайф от того, что эта ответственность способна принести.
— Такое ощущение, что самого главного я не догоняю.
— Это нормально, просто ты стал взрослым.
— И что, всё? Больше ничего не будет?
— Нет. Но можно попробовать выпрыгнуть в окно.
Это самое неприятное в том, что становишься взрослым, и я начинаю это сознавать. Все, чего мы так желали, когда были детьми, не кажется нам и вполовину таким чудесным, когда мы, наконец, это получаем.
И в детстве говорили: «Вырастешь — поймёшь»;
Я вырос, но я понял только то, что это ложь.
Взрослая жизнь — это место, где умирают мечты. Взрослеешь, устраиваешься на работу, становишься ещё одним офисным планктоном. И всё. Конец.
В детстве я ненавидел одиночество. Все изменилось, когда я стал работать. Вот недавно я провел целую неделю один в Париже. Я мог спать до полудня, а затем бродить по улицам города весь вечер. Я начинаю задумываться о своей жизни.
Во всем этом событии, этот миг был самым важным и запомнился прочнее всего. Это была первая трещина в священном образе отца, первый надлом в опорах, на которых держалась моя детская жизнь и которые каждому человеку, чтобы стать самим собой, надо разрушить. Из этих событий, не доступных ничьему зрению, состоит внутренняя, существенная линия нашей судьбы. Такая трещина, такой надлом потом зарастают, они заживают и забываются, но в самой тайной глубине они продолжают жить и кровоточить.
Растешь, читая про пиратов, ковбоев, пришельцев из космоса и другие подобные штуки, и когда ты думаешь, что мир полон удивительных вещей, вдруг тебе говорят, что на самом-то деле он полон мертвых китов, срубленных лесов и ядерных отходов. Для этого и расти не стоит, таково мое мнение.
Стареть — это печально, но приятно взрослеть.
Внимание детей назад не вернешь. Время, когда они тебя слушают не из вежливости, — это время уходит первым.
Секунды побежали догонять старших, толкаясь и суетясь, словно боясь потерять право стать минутами и часами.
Я полагаю, что становление ребёнка и превращение его во взрослого человека определяется тем, какие чувства он испытывает к родителям.
Раньше мне казалось, что расти и взрослеть – это два параллельных и независимых от человека процесса. Но теперь думаю, что взросление определяется волей: каждый может решить стать взрослым, но только в определённые моменты жизни.
— Вы знаете меня с детства.
— Я мог доверять ребенку, но когда человек взрослеет — он меняется.
Лучшая вещь о взрослении — понимание того, кто ты есть.
Кто-то из великих сказал: «Мы перестаем играть не потому что взрослеем, мы взрослеем, потому что перестаем играть». В детстве свято веришь в нерушимость дружбы, кажется, что твои друганы будут рядом всегда, но у жизни другие планы. А вот мы с пацанами показали жизни жирную дулю — взяли и не прекратили играть.
— Знаете, мне кажется, что нужно быть ребенком, чтобы так сильно любить своего отца!
— Но нужно вырасти, чтобы научиться уважать его, мой мальчик.
— … В общем, научили дурака уму-разуму. — И он снова жизнерадостно рассмеялся. — Так что пришла пора и мне повзрослеть…
— Ну все-таки тебе уже тридцать четыре. К таким годам все взрослеют. Как бы кто ни брыкался…
— Тут ты прав. Верно говоришь. Очень верно… все-таки удивительно устроен человек. Вырастает как-то моментально: раз – и взрослый.
Время нашего детства коротко. Кажется, только вчера родился, мгновение — и ты уже взрослый. Такова жизнь.
— Мне не понять этих взрослых.
— Рёта, ты же и сам взрослый.
— А вдруг моё затворничество мешает мне повзрослеть?
Наконец мы стали взрослыми. Теперь мы сможем исполнять все свои мечты, ведь кругом столько возможностей. Пришло время стать такими, какими мы всегда мечтали быть. Это наш мир и мы.
От его внимания не ускользнуло, что у мальчика теперь торчит гораздо меньше локтей, чем он помнил, торчало раньше. Кроме того, он держится более прямо и запросто употребляет слова вроде «вероятная продолжительность».
Говорят, что в молодости все ошибаются. Но я не думаю, что мы совершаем меньше ошибок, повзрослев.
Нет такого человека — если он достаточно взрослый, чтобы водить машину, — у которого не было бы забот.
Дети, по существу, являются пленниками своих родителей, и те по своему желанию могут превратить их во что захотят.
Люди делают ошибки. Это часть взросления. А мы никогда не перестаем расти.
Нет рецепта, как сделать беззаботным и сладостным переход в совершеннолетие.
Взросление стало развенчанием лжи. Взросление стало падением. Я познал своё состояние взрослеющего человека, пережив раны, насилие, компромиссы и разочарования. Мир утратил свои волшебные свойства. Ибо что такое человек? Просто кто-то, который-не-может… Который-не-может всё знать. Который-не-может всё сделать. Который-не-может не умереть. Осознание границ существования разбило скорлупу моего детства: прозрение позволило созреть.
В детстве нам нужна властная фигура, которая будет нас опекать и направлять. Мы не подвергаем сомнению эту власть, потому что считаем, что семейный круг — это предел мировоззрения и все, что у нас перед глазами, вечно и неизменно. По мере нашего взросления горизонт расширяется, и мы начинаем сомневаться. Вслед за тем мы либо низвергаем своих создателей — родителей, чтобы занять их место в качестве созидательной силы, либо находим им замену, чтобы было на кого переложить ответственность и все свои страхи. Люди выбирают либо первый путь, либо второй, и этот выбор знаменует собой разделительную черту…
В семнадцать лет человек еще балансирует на зыбкой грани между взрослостью и детством, и мир его полон всяких немыслимых, зачастую воображаемых препятствий; иной раз ему кажется, что его жизненный путь вымощен битым стеклом, а уже на следующий день он представляется ему выстланным яблоневыми лепестками.
Словно часы из плоти и крови, постепенно взрослеющие дети… отражают невидимый человеческому глазу ход времени.
Мечты не имеют ничего общего с жизнью — они тихо слетают с нас, когда мы взрослеем.
Нельзя винить ребенка в том, что он взрослеет. Или учить его, как делать это правильно.
Если будешь отворачиваться и отвергать то, что вне твоего понимания, когда-нибудь пожалеешь об этом. Признай то, что видишь, как действительность. Это ближайший путь к взрослению.
Повзрослеть стоит хотя бы для того, чтобы научиться по-настоящему любить.
Существует теория, что человек становится взрослым по-настоящему со смертью своих родителей. Я в это не верю – по-настоящему взрослым человек не становится никогда.
— Нет, это моё! — тут же нашлась я.
На папином лице поочерёдно отразились изумление, сожаление и замешательство.
— Гм, я рад, что ты предохраняешься, — пробормотал он и закрыл дверь.
Предохраняюсь… Он даже не подозревает, что я никогда в жизни не целовалась!
— Папа, мне уже восемнадцать!
— Я знаю, знаю. Просто… на реальность ты ещё успеешь насмотреться. Я хочу, чтобы ты как можно дольше не снимала розовые очки.
Не важно, кто вы — Джастин Бибер, Маколей Калкин, когда вы взрослеете всем на вас… ну вы сами знаете.
— Может, вырасту и тогда пойму?
— Я старше и совсем не хочу понимать.
Хочешь оказать своему отцу большую услугу? Не расти слишком быстро.
После окончания школы мы оглянемся назад и поймем, что все делали правильно: целовали самых клевых парней, посещали самые крутые вечеринки, ввязывались в неприятности ровно столько, сколько нужно, слушали слишком громкую музыку, слишком много курили, слишком много пили, слишком много смеялись и слишком мало слушались, да что там, не слушались вообще.
Это всё возраст. Происходят странные вещи, о которых тебя никто не предупреждал. Например, сны становятся скучнее! Никто мне не сказал. В 20 или 25 тебе может присниться что угодно. Что ты лебедь, сделанный из мёда, рыгающий маленькими медвежатами, которые бьют друг дружку по лодыжкам циркулями. Когда становишься старше, тебе пять часов снится, что ты слоняешься по супермаркету, бубня: «Где йогурты? Вчера они были здесь. Где же йогурты?» К чему это?
Чем старше я становлюсь, тем труднее отбрасывать глупость и сберегать чары.
Сын — отрезанный ломоть. Он что сокол: захотел — прилетел, захотел — улетел; а мы с тобой, как опенки на дупле, сидим рядком и ни с места. Только я останусь для тебя навек неизменно, как и ты для меня.
Я отлично знаю, почему боги не говорят с нами открыто. Пока мы не научились говорить, почему они должны слушать наш бессмысленный лепет? Пока мы не обрели лиц, как они могут встретится с нами лицом к лицу?
Надеюсь, что у меня осталось время, чтобы снять что-то прекрасное. Я знаю, что подростки не сбегутся на этот фильм, но они обязательно посмотрят его, когда повзрослеют.
— Знаете, мне кажется, что нужно быть ребенком, чтобы так сильно любить своего отца!
— Но нужно вырасти, чтобы научиться уважать его, мой мальчик.
Ни на ком так не заметен бег времени, как на детях.
Взросление стало развенчанием лжи. Взросление стало падением. Я познал своё состояние взрослеющего человека, пережив раны, насилие, компромиссы и разочарования. Мир утратил свои волшебные свойства. Ибо что такое человек? Просто кто-то, который-не-может… Который-не-может всё знать. Который-не-может всё сделать. Который-не-может не умереть. Осознание границ существования разбило скорлупу моего детства: прозрение позволило созреть.
С летами все страсти умирают; только себялюбие никогда не умирает.
Самое ужасное, что взрослые — это мы!
Я давно потерял все надежды на взросление. Я сбился с пути и застрял где-то в районе 10 лет.
Полагаться на собственные силы и собственную волю – это путь к взрослению. Научившись ползать, потом ходить, когда-нибудь ты впервые поймёшь, что значит идти вместе с кем-то.
Когда ты становишься старше, тебя начинают интересовать другие вещи, типа графического дизайна или гончарного дела. Это значит взрослеть!
— Как это… тяжко? — спросила она.
— Что — «это»?
— Долгое время вы были вдвоём, и вдруг остаёшься один.
— Временами, — честно признался я.
— Но ведь это важно — пережить в молодости минуты грусти и боли? В смысле — как ступень взросления.
— Ты считаешь?
— Примерно так же деревьям для роста приходится переживать лютые зимы. Если всё время тепло и климат ровный, годовые кольца почти не растут.
<…>
— Да, пожалуй, такие периоды жизни человеку просто необходимы, — сказал я. — Ещё лучше, когда понимаешь, что всё это когда-нибудь закончится.
Ни у кого жизнь не бывает такой, как в детских мечтах.
— Видеть такое в десять лет… слишком рано.
— Он не вечно будет ребёнком. А зима близко.
Ты боишься взрослеть, боишься двигаться вперёд, именно это тебя парализует, в том числе и в отношениях с другими людьми. С женой ты боялся быть мужем, а иногда даже с дочерью ты боишься быть отцом. Когда в последний раз ты что-то делал ради другого, а не ради себя?


Когда становишься взрослее, одна за другой пропадают вещи, от которых хочется улыбаться…
Все родители не совершенны. Они живут в своём измерении и всегда знают, что для нас лучше. Если они не понимают наш язык, как им понять, что с нами творится?… Если бы им кто-нибудь объяснил, что они должны научить нас смеяться вместо того, чтобы смеяться над нами… Нам нужны не только запреты, но и свобода. Но их ведь тоже никто не учил быть родителями. Они делают всё, что могут. Они стараются любить нас, и, нравится нам это или нет, но родителей не выбирают. Да, родители не совершенны, но ведь и мир вокруг них далёк от совершенства… Наверное, повзрослеть — значит это понять и осознать, что наши успехи и поражения зависят не от них, а только от нас самих…
— Этого не вернуть. Я бы и рад снова побыть безумным и слепым, но люди, к сожалению, постепенно взрослеют, а не становятся моложе.
Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую.
Как мне стать взрослым самостоятельным мужчиной, если со мной обращаются как с ребенком.
— Хотите выглядеть взрослыми? Ведите себя соответственно.
— Э… Тут какая-то путаница. Я не против оставаться ребенком. Взросление — фишка Томми.
— Может, вырасту и тогда пойму?
— Я старше и совсем не хочу понимать.
С летами все страсти умирают; только себялюбие никогда не умирает.
Всем нам рано или поздно приходится взрослеть. Брать на себя ответственность за тех, кто в нас нуждается. Держать себя в руках, поступать так, как правильно, а не так, как хочется… Принимать чужую помощь, даже если мы хотим казаться независимыми и сильными. А главное, вовремя понимать, что нет-значит нет, и мы не всегда будем получать то, что хотим. Даже если мы хотим этого всем сердцем. Но иногда, так важно забывать, что мы выросли: вести себя по-детски, делать глупости, попадать в неловкие ситуации и искать на свою голову приключений.
Каким взрослым мечтал я стать? Какой взрослый – хороший? Тот, что в определённом возрасте устраивается на работу, тот, что в определённом возрасте женится, тот, что уже заранее составил план своей жизни? Такой взрослый, которого все остальные люди считают хорошим? Какой он? Если я стану взрослым, я буду счастлив? Не знаю…
Покажите мне хоть одного реву, которому не пришлось повзрослеть в свой срок. Но детей подобные обещания обычно ужасно пугают. Они не знают, что быть взрослым — неизбежная участь, а не награда за особую доблесть.
На перилах веранды сидела чайка — возможно, тоже мать, переживавшая трудный момент, — и смотрела на женщину со смирением во взоре.
— Несправедливо, — обратилась Симона к чайке. — Когда дети рождаются, никто не предупреждает, что потом они начинают делать то, что когда-то давно делал ты сам.
Взрослея, мы становимся серьёзнее, и это, позволю себе заметить, первый шаг к тому, чтобы поглупеть.
Чем старше ты становишься, тем проще, оказывается, заплакать.
Вообще-то я рос маменькиным сынком, испорченным мамой и неблагодарным ей за это… Она хотела, чтобы я был похож на неё, зависел от неё и никогда не покидал её.
Ни на ком так не заметен бег времени, как на детях.
— Я уже ничему не удивляюсь.
— Ну наконец-то. Ты взрослеешь, мальчик.
Всегда хочется, чтобы любовь не причинила боли. Но даже боль — это тоже нормально. И ошибки — нормально. Это взросление.
Нас растили сильными, но не чувствительными, учили бороться с ранимостью, отвергая её. И кем мы в итоге стали? Динозаврами.
Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.
Среди тех, кто сражается, вполне естественно считать, что каждый из них лучше остальных. Неудачи и поражения, наряду с прочим опытом, придают этому иную форму, заставляя тебя взрослеть. Но эти противоположности несовместимы. Взрослея, ты уже не сможешь сохранить это эго.
Когда человек взрослеет, ему начинают сниться сны про любовь, и становится очень трудно летать. Хотеть или не хотеть этих перемен бессмысленно, они всё равно наступят.
Я повзрослел, когда встретил Эль. Нет, я не стал взрослым брюзгой, но просто понял, что быть умным и ответственным тогда, когда нужно, — это не так уж и плохо.
В детстве и юности мы все даем клятвы. Все волнует тебя, все кажется важным и главным, но из этого приходится вырастать, как из одежды, которая становится мала.
Когда вырастешь, поймёшь, что не всё чёрное и белое.
Когда мы взрослеем, мы не совершаем героические поступки.
Невинность уходит и сменяется опытом. Ничего не поделаешь, детка. Такова человеческая природа.
Взрослыми становятся отказываясь от своих желаний.
Эх… Хорошо, когда дети вырастают и начинают ездить туда-сюда, много смотреть, много видеть. Но не каждый папа сможет ездить со своим чадом. Приходится оставаться, эх… И ждать, когда он приедет обратно хоть на чуть-чуть. Биби! Где бы ты не быль, папа всегда мисленно с тобой. Я постоянно думайт о тебе и очень скучать…
Человек, возможно, не должен взрослеть. Никогда не вырастать из парков и каруселей его юности…
Зачем становиться взрослым, зачем жить, думал он, если человек не делается добрей? Бессмысленно.
Теперь ей незачем было воображать себя королевой — она стала ею на самом деле. Она выросла и обнаружила, что взрослыми становятся совсем иначе, чем казалось в детстве. Тогда ей представлялось, что в один прекрасный день человек откладывает куклы и игрушки и говорит: «Все, я уже взрослый». Теперь она поняла, что прежние увлечения не исчезают в один миг, они просто угасают все больше и больше, пока пыль времени не скроет под собой яркие краски детства.
Поразительно, как сильно меняются люди. Например, в детстве я любила лошадей, «Лукуллов пир», Гусиный мыс и многое другое, но со временем на смену им пришли подруги, эсэмэски, сотовые телефоны, парни и шмотки. Довольно печально, если задуматься. Как будто в людях нет ничего постоянного. Как будто что-то рвется, когда тебе исполняется двенадцать, или тринадцать, или в каком там возрасте превращаешься из ребенка в подростка, после чего становишься совершенно другим человеком. Возможно, даже менее счастливым. Возможно, даже более плохим.
Люди не остаются детьми только оттого, что ты уехал из дому и не видел, как они растут.
— А до скольких лет надо вырасти, чтобы черный цвет не укусил тебя длинными зубами?
— До стольких, чтобы понять, что это абсолютно глупый вопрос.
Нет рецепта, как сделать беззаботным и сладостным переход в совершеннолетие.
Прелесть взросления мимолетнa.
Но слишком скоро мы выросли. Слишком скоро, чтобы принять не только удовольствия мира взрослых, но и его сложности.
Человек не станет взрослым, пока не поймет, что в один прекрасный день его ждет смерть.
Становиться взрослым трудно.
Я знаю, чувствую каждой клеточкой тела, вижу по своему отражению в зеркале, что я расту и меняюсь. Порой в себе не разобраться, куда уж понять, что творится в душе у той девчонки или у того мальчишки, с которым видишься каждый день и на которого тебе решительно плевать… Может взрослеть значит не только расти, но научиться воспринимать других, чувствовать их, таких не похожих на самого себя.
По-настоящему мы взрослеем не там, где мы покидаем детство, но там, где детство покидает нас.
— А когда можно считать себя взрослым?
Лиза думает.
— Когда начинаешь больше думать о себе, чем о других, — хрипит она и с дребезгом захлопывает окно.
Дети, вашей маме снова 17,
Вы просто поверьте, а поймете потом.
Об этом всегда мечтаешь, так ведь? «Хотел бы я знать тогда то, что знаю сейчас»? Но, становясь старше, начинаешь понимать, что сейчас ты не такой, каким был тогда. Тогда ты был настоящим кретином. Тогда ты был тем, чем должен был быть, чтобы пройти весь тернистый путь до тебя сейчас, а одним из ухабов на этом пути был присущий тебе юношеский кретинизм.
И только сейчас впервые он вдруг понял, что в конечном итоге все равно станет взрослым, будет принадлежать старшему поколению, но тогда у него уже не будет наставника, на которого всегда можно опереться, у которого всегда можно спросить совета.
Я начал смекать, что возраст — это кое-что! Углубляет мысли, делает практичней.
В жизни каждого человека наступает пора, когда надо дерзнуть быть несправедливым, уметь покончить со всяким восхищением и преклонением по чужой подсказке и все отмести: и ложь и правду – все, что ты сам не признал правдой. И воспитание ребенка, и все то, что он видит и слышит вокруг, отравляет его душу фальшью и глупостью – вперемежку с важнейшими истинами жизни, – и сбросить с себя все это – насущная потребность для юноши, который хочет превратиться в здорового духом человека.
Кто может знать, что творится в душе у 15-летней девочки, упрямой и испуганной, озадаченной пробуждением первых чувств, ни в чем не сознающейся себе самой – и уж тем более окружающим?
— Хотите выглядеть взрослыми? Ведите себя соответственно.
— Э… Тут какая-то путаница. Я не против оставаться ребенком. Взросление — фишка Томми.
Взросление есть не более чем процесс осознания, что всё, во что ты верил в юности, — обман. И наоборот, всё, что мы отвергаем в юные годы, оказывается истинной.
Иногда расставание с детством проходит профессионально: все понимают, что другая сторона просто делает свою работу. Родители воспитывают, а подростки бунтуют, грабители грабят, а копы их ловят. Никто не обижается, не задевает чужие чувства и не злится. Но бывает, что всё проходит с перестрелками, воющими сиренами и перекрытыми дорогами. Никто не собирается брать пленных или идти на уступки. Тогда вам остается только пригибаться пониже и молиться о том, как бы выбраться из этой переделки живым.
Если бы не они, я бы не умер. Я бы сидел дома, как обычно, в безопасности, и смог бы сделать то единственное, что я хотел сделать в жизни, — повзрослеть.
Щенков не посылают убирать за собой.
Вы не послушаетесь меня, месье Жан. Никогда не слушались, даже в детстве, когда я шлепала вас по попке, положив поперек колен. Вы привыкли сами принимать решения. И если сейчас вы недовольны своей жизнью, это потому, что для вас всегда на первом месте было то, что захватывало и развлекало вас, все новенькое, а не длительное и долговечное.
Лучшая вещь о взрослении — понимание того, кто ты есть.
На днях за чашкой кофе обсуждали с друзьями, как же всё-таки непросто многим творческим людям поверить в свои силы. Дать себе право просто рисовать, писать, петь, танцевать. Кому-то еще в детстве разрешили — поддержали, дали опору. Кого-то вообще заставили! А, может, он и не хотел становиться танцором или музыкантом, но мама сказала «НАДО!». А кто-то хочет и лбом упирается в собственную неуверенность. И нужна поддержка. Как говорится, таланту всегда нужна помощь, а бездарности пробьются сами.
И родилось вот такое понимание зрелости и взрослости: сформировавшийся, взрослый человек — это тот, кто дает себе право быть собой, заниматься любимым делом, при этом не винит никого в том, что раньше не складывалось. Совершенствует свои умения, спокойно движется вперед со своей скоростью. И не ждет одобрения ни родителей, ни социума. НО! При этом умеет принимать помощь и быть за нее благодарным. Для этого тоже, видимо, нужно повзрослеть.
По отсутствию опыта ребёнок живёт настоящим.
Загляни в это окно, это Ненси Пинкертон, когда она была девочкой, ее постоянно выбирали самой красивой девочкой школы. В молодости ее все хвалили, все восхищались ею, говорили, что она особенная. Она была необычной и она была интересной, потому что была привлекательной. Но когда ей исполнилось 40 и красота ее начала увядать, она поняла, что не интересней вареной морковки.
А это дом твоего нового уродливого друга Джамала. Он страшный и ему ничего не прощают. Он должен работать, чтобы чего-то добиться, но это пойдет ему на пользу. Когда он вырастет, у него будет сильная личность, а это то, что редко бывает у симпатичных детей.
А вот твой одноклассник Клайд. Теперь, когда он знает, что симпатичный, ему не нужно прикладывать усилий, чтобы быть особенным. Теперь его жизнь посвящена девочкам. Он болтает с ними по телефону и покупает им туфли. Скорее всего, он женится молодым и только к 40 поймет, что он просто кусок дерьма.
Поверь, Кайл, на самом деле красивые дети прокляты.
Распоряжаться собой — это значит быть взрослым. А эгоизм — качество подростковое.
Мы вступаем в период зрелости такими же не подготовленными к жизненным испытаниям, как книжный червь не подготовлен к выступлению в балете.
В эту ночь Бобби познакомился с ещё одним аспектом взрослости: он лежал без сна очень долго… Он смотрел в потолок и не мог решить, правильно ли поступил.
Дети и должны взрослеть — не остаться же им вечными Питерами Пэнами. Взрослеть вовсе не значит терять невинность и способность удивляться;это значит — идти по назначенному пути. В неоперившемся, неуклюжем, себялюбивом юнце разговор об опасности, горе и тени смерти может пробудить достоинство, а иногда и мудрость.
Еще вчера по птичьим гнездам лазил,
Друзей-мальчишек в скалы заманя,
Пришла любовь, строга и синеглаза,
И сразу взрослым сделала меня. Еще вчера себя считал я взрослым,
Седым и мудрым до скончанья дней.
Пришла любовь и улыбнулась просто,
И снова я мальчишка перед ней!
Чем более стареешь, тем слабее становится характер. Каждый раз, когда удается его проявить, испытываешь смущение, выглядишь скованным. Отсюда чувство неловкости перед теми, от кого исходит убежденность.
Чем старше мы становимся, тем больше мелких дурных привычек приобретаем. Будто цепляемся за малейшие проявления своей природы — а нет якоря надёжнее, чем порок.
Люди взрослеют по-разному: кто быстро, кто медленно, а кто — в момент. И живут все по-разному. Не то чтобы специально, а в силу обстоятельств. Чем эти обстоятельства сильнее, тем больше высота полета или глубина падения той или иной судьбы. Куда лететь — вверх или вниз — каждый решает сам. Но выбор есть всегда.
Дети рождаются и вырастают. Очень быстро. Слишком быстро. То, от чего раньше рыдала, вспоминается со смехом и грустью. Грустью оттого, что счастливое время, когда прорезывание очередного зуба или колики были настоящей трагедией, прошло. Как быстро все забывается… Слишком быстро. И уже не помнишь тех мелочей, которым умилялась. Не помнишь первого слова, которое сказал ребенок. Или второго. Или первого предложения. Зато наступает время, когда ты говоришь: «Я мама», – и считаешь это главным своим достижением. Что на самом деле очень верно и правильно.
Так много людей стараются скорее повзрослеть, и в этом нет ничего хорошего! Нужно оставаться ребенком так долго, насколько это возможно.
Существует теория, что человек становится взрослым по-настоящему со смертью своих родителей. Я в это не верю – по-настоящему взрослым человек не становится никогда.
Когда растешь в семье, где тебя не любят, не знаешь о том, что есть альтернатива. Когда растешь с родителями эмоционально недоразвитыми, которые несчастливы в браке и готовы переносить эти свои чувства на детей, не понимаешь, что происходит. Просто такова твоя жизнь.
— Черт возьми, когда мне было восемнадцать, я уехал в Калифорнию на целых три года!
— Но Леймонт… ты же мужчина.
— Какая разница? — проворчал он. — Между мужчинами и женщинами уже давно нет никакой разницы. Ты сама мне говорила.
Все, что кажется тебе реальностью, ты придумал сам. Научись наслаждаться тем, что есть. Без определений.
Три года я жил самостоятельно от родителей. В общем-то заслуга в этом только их. Сам я на квартиру копил бы ещё лет десять. Они мне квартиру подарили, и прямо-таки выставили из дома. Я вначале даже слегка обижался при всех бесспорных преимуществах отдельного жилья. Потом посмотрел на друзей, живущих с родителями, и понял, как были правы мои предки. Всё-таки жизнь с мамой и папой, если ты из школьного возраста вышел, человека портит. Ты можешь при этом зарабатывать неплохие деньги, можешь содержать родителей, но если ты остался жить в родительском доме — ты прекращаешь взрослеть. Принимаешь манеру поведения и жизни родителей. Консервируешься, становишься молодой копией отца. А это только в крестьянской семье хорошо — и то лишь в отношении старшего сына. Недаром во всех сказках больших успехов добивается младший сын, отправляющийся куда глаза глядят счастья искать. Тысячи таких младших сыновей в пути исчезают, но кто-то всё-таки ловит свою синюю птицу. На крестьянскую пашню, к трудолюбивому и обстоятельному старшему сыну, синие птицы не залетают…
Взрослым человек становится только тогда, когда у него пропадает желание это доказывать.
— Нам уже 16 лет, Баг. Хочешь ты того, или нет, но мы уже мужчины.
— Но я не чувствую себя мужчиной!
— Никто не чувствует! Нужно притвориться!
— Чтобы стать мужчиной, нужно притвориться, что ты мужчина?
— Именно так. Нельзя убегать, нужно лицом к лицу встретиться со своим страхом.
— Даже если я не мужчина?..
— Тем более! Чем лучше ты притворяешься, тем больше становишься мужчиной.
— Просто притворяться?
— Ну да. Когда тебе страшно делай вид, что тебе всё пофигу. Если тебе делают больно, скажи: «Спасибо большое, это было здорово».
— И не стыдно тебе? Разбила прекрасный сказочный мир малыша.
— Быть может, теперь он поймёт, что мир не всегда похож на сказку. Малыши должны взрослеть, иначе им не выжить.
— Нет, это моё! — тут же нашлась я.
На папином лице поочерёдно отразились изумление, сожаление и замешательство.
— Гм, я рад, что ты предохраняешься, — пробормотал он и закрыл дверь.
Предохраняюсь… Он даже не подозревает, что я никогда в жизни не целовалась!
— Ну вот, нам 16 лет, и мы уже мужчины.
— Но я не чувствую себя мужчиной!
— Никто не чувствует, надо притворяться.
Юность прощается со своими героями с тихой грустью, с нежной ностальгией, утешая и мучая. Однажды, в ясный день, мы вернёмся в город своего детства, на ту улицу, асфальт которой разрисовывали мелом. Только всё будет не так, и, жмурясь от солнца, я вспомню тебя, а ты — меня. Ведь это были мы, вспомни…
Мне стал мал самокат, так жаль —
Я на нем не успел обогнуть весь шар.
Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую.
В детстве я тоже плакала. А чем старше становишься, тем реже плачешь. Наверное, это часть взросления.
— Но ведь это важно — пережить в молодости минуты грусти и боли? В смысле — как ступень взросления.
— Ты считаешь?
— Примерно так же деревьям для роста приходится переживать лютые зимы. Если все время тепло и климат ровный, годовые кольца почти не растут.
— Послушай, как бьется сердце!
— Это… хе-хе, — весна.
— Я не знаю, что это, но я не могу больше. Не могу!
— Это значит он стал взрослым.
Просто жаль, что, взрослея, люди теряют иллюзии и не остаются теми прелестными маленькими существами, какими они были в детстве.
Взрослыми детей делал не возраст, а сложившиеся обстоятельства. И те выводы, которые они делали, выбираясь из них.
— Я уже ничему не удивляюсь.
— Ну наконец-то. Ты взрослеешь, мальчик.
Всем нам рано или поздно приходится взрослеть. Брать на себя ответственность за тех, кто в нас нуждается. Держать себя в руках, поступать так, как правильно, а не так, как хочется… Принимать чужую помощь, даже если мы хотим казаться независимыми и сильными. А главное, вовремя понимать, что нет-значит нет, и мы не всегда будем получать то, что хотим. Даже если мы хотим этого всем сердцем. Но иногда, так важно забывать, что мы выросли: вести себя по-детски, делать глупости, попадать в неловкие ситуации и искать на свою голову приключений.
— В жизни каждого из нас наступает миг поворота. Оказываешься наедине с собой. Не с тем, каким еще станешь. А с тем, каков есть и пребудешь всегда. Вы слишком молоды, чтобы понять это. Вы еще становитесь. А не пребываете.
— Возможно.
— Не «возможно», а точно.
— А если проскочишь этот… миг поворота? — Но мне-то казалось, что в моей жизни такой миг уже был: лесное безмолвие, гудок афинского парохода, черный зев ружейного дула.
— Сольешься с массой. Лишь немногие замечают, что миг настал. И ведут себя соответственно.
Взросление – чертовски трудная штука! Гораздо легче перейти из одного детства в другое.
И так важно однажды не проснуться взрослым,
И так страшно однажды загнуться от церроза.
Её интерес выходил за пределы трогательного детского внимания, он разжигал истому, которая расцветала зеленым и желтым, превращаясь в шафрановый цветок вожделения, прорастающий нежными лепестками сквозь её неуклюжее отрочество.
Я вышел из детства, а значит,
остался у детства в долгу.
Покуда люди еще молоды и музыкальная композиция их жизни звучит всего лишь первыми тактами, они могут писать ее вместе и обмениваться мотивами, но когда они встречаются в более зрелом возрасте, их музыкальная композиция в основном завершена, и каждое слово, каждый предмет в композиции одного и другого означают нечто различное.
— Каким ты был в детстве?
— Я был гораздо лучше, чем сейчас. Я был счастливый, был открытый и любознательный, но я знал, что всё это закончится. Мне было грустно, когда я понял, что всё изменится и я стану другим. Скорее всего хуже. Это как ностальгия и меня это угнетает.
Её интерес выходил за пределы трогательного детского внимания, он разжигал истому, которая расцветала зеленым и желтым, превращаясь в шафрановый цветок вожделения, прорастающий нежными лепестками сквозь её неуклюжее отрочество.
Я выкарабкался. Конечно, дерьмо случалось со мной несколько раз, но это бывает с каждым. Я не думаю, что это как-то связано с цветом кожи или чем-то таким. Это просто часть взросления.
Именно склонность пускать слезу, вспоминая молодость, и выдает старперов, не так ли?
Расти – это всего лишь учиться принимать решения, учиться быть собой и следовать своему пути.
Правда оказалась горькой, зато я повзрослела.
Ребёнок, подсчитывающий, во что ему обойдётся то-то и то-то, уже не ребёнок.
— Но едва ли не важнейший из них — детская сексуальность. В младенчестве и раннем детстве мы обладаем врожденной сексуальностью, не сосредоточенной в половых органах; она как бы разлита по всему телу. Это унаследованный нами рай. Но мы теряем его, когда становимся взрослыми. Мэйтхуна помогает вернуть утраченный нами рай.
Никто не говорил тебе, что взрослеть — это предавать себя шаг за шагом? Нужно научиться быть верным себе, думая о последствиях. Но это не так то легко…
Потерянный рай возвращается, когда ад пройден до глубины глубин. После того как мы покидаем полюс наивности, оптимизм ждет нас на полюсе мудрости. Многих, увы, так и не дожидается. До взрослого оптимизма нужно дозреть.
По-настоящему мы взрослеем не там, где мы покидаем детство, но там, где детство покидает нас.
— А когда можно считать себя взрослым?
Лиза думает.
— Когда начинаешь больше думать о себе, чем о других, — хрипит она и с дребезгом захлопывает окно.
Я отлично знаю, почему боги не говорят с нами открыто. Пока мы не научились говорить, почему они должны слушать наш бессмысленный лепет? Пока мы не обрели лиц, как они могут встретится с нами лицом к лицу?
— Все эти вещи будят во мне воспоминания о прошлом, и я не могу их выкинуть. Наверное, я старею.
— Вы взрослеете.
Мальчик стал мужчиной, а мужчина сам выбирает свою дорогу. Любовь – это слишком мало, чтобы помешать, а гордость – слишком много.
— Видеть такое в десять лет… слишком рано.
— Он не вечно будет ребёнком. А зима близко.
Может, потому что я старший брат, но знаешь, для меня ты всегда был сопливым пацаном, которого я наставлял на путь истинный. А теперь мы оба знаем, что ты вырос. Ты повзрослел настолько, что поверил в меня. Поверить в тебя — меньшее, что я могу сделать.
Среди чужих, когда приходится самому за себя отвечать, люди взрослеют быстро.
Взрослея, мы становимся серьёзнее, и это, позволю себе заметить, первый шаг к тому, чтобы поглупеть.
В частности, привилегией молодых является демонстрация своей взрослости прежде всего тем, что они ставят под сомнение смысл жизни.
— Послушай, я давно совершеннолетняя!
— От шеи вниз — да.
Повзрослев, ты никогда не сможешь вернуться.
— Восприятие окружающих день за днём меняется. Когда проводишь много времени с кем-то, растёшь вместе с ним, постепенно начинаешь понимать его.
— Вообще-то, я не чувствую, чтобы мы росли. Всё время повторяем одно и то же.
— Но какие-то изменения всё равно происходят.
Не успеешь снять траур по утраченной молодости, как средний возраст уже позади.
Он смотрел куда-то вдаль и говорил: «Жизнь не всегда будет такой, как тебе захочется». Жаль, что тогда я не понимала, что он говорил о моей жизни.
Жизнь сразу превратила меня из ребёнка во взрослого человека, лишая юности.
Ступени во взрослую жизнь не всегда ведут наверх.
Вот я не знаю, что со мной произошло. Я правда не знаю. Смотрю в зеркало и узнаю только свои глаза. Глаза… на лице старика. Иногда мне кажется, что я родился слишком рано или слишком поздно.
Я должен повзрослеть. Чувствовать себя нормально, даже когда всё плохо. И это отстой.
Я думаю, в тринадцать лет легко говорить: «Я? Да никогда в жизни!». С возрастом учишься идти на уступки, поэтому-то я и не хочу взрослеть.
Быть взрослым — это во многом необходимость мириться с противоречивостью, нелогичностью и даже странностью собственных ощущений и мыслей. Юность же — это время, когда живешь ради каких-то воображаемых зрителей.
— Я говорю правду. Моя жизнь висит на волоске, жизнь всего города висит на волоске. Это не тот город, в котором мы росли.
— Это тот же самый город, что и тогда. Мы не знали ничего, потому что были детьми. Мы играли в игры, закапывали фотки. Взрослые скрывали от нас тьму, Мэтт. А теперь взрослые мы.
«Когда вырасту, буду делать, что захочу и когда захочу» — в детстве ты твердил это как мантру, надеясь, что она обеспечит тебе свободу в будущем, но успешно преодолев переходный возраст и повзрослев, ты утратил волю к жизни.
Ты несколько раз был на пороге смерти, только это не делает тебя взрослым. Находить на подушке выпавшие волосы, наблюдать, как с полок магазина пропадает твой любимый хлеб. Именно накапливающиеся моменты отчаяния и делают тебя взрослым.
Родители всегда кажутся умными, сильными и идеальными. И только когда взрослеешь, понимаешь, что они просто люди.
Я должен повзрослеть. Чувствовать себя нормально, даже когда всё плохо. И это отстой.
— Когда рыба становится взрослой, то глаз с одной стороны переходит на другую… Возможно, это признак зрелости. Этим они показывают, что пережили трудные времена.
— Какие времена?
— Те, что отделяют детей от родителей.
Я слышала, мы можем вырасти. Только я ещё не встречала тех, кому это удалось.
Человек, возможно, не должен взрослеть. Никогда не вырастать из парков и каруселей его юности…
Чтобы стать женщиной, необязательно убивать в себе девочку. Просто подумай заранее, сколько людей тебя увидят, когда тебе в следующий раз захочется ей побыть.
Когда мы становимся теми, кем должны стать? В юности или позже? В отрочестве, каковы бы ни были наши умственные способности и темперамент, мы в значительной мере зависим от образования, окружения, семьи; став взрослыми, мы творим себя в соответствии со сделанным выбором.
Я полагаю, что становление ребёнка и превращение его во взрослого человека определяется тем, какие чувства он испытывает к родителям.
Надеюсь, что у меня осталось время, чтобы снять что-то прекрасное. Я знаю, что подростки не сбегутся на этот фильм, но они обязательно посмотрят его, когда повзрослеют.
Когда ты становишься старше, тебя начинают интересовать другие вещи, типа графического дизайна или гончарного дела. Это значит взрослеть!
Нельзя вернуться в тот же дом, откуда ушел. Таков итог зрелости.
Первый шаг на пути к взрослению: перестань наказывать себя за то, что ты сделала, когда была ребенком.
Стать взрослым означает стать самостоятельным, перестать поступать в угоду или вопреки родителям, не важно, чему они нас научили, мы сами в ответе за свою жизнь.
В эту ночь Бобби познакомился с ещё одним аспектом взрослости: он лежал без сна очень долго… Он смотрел в потолок и не мог решить, правильно ли поступил.
Ничто так не взрослит, как предательство.
Если война не являла собой возможность умереть, она была возможностью взрослеть, по-настоящему внюхаться в застоялый запах бытия и научиться принимать перемены.
Они вышли из возраста свинки и ветрянки и подцепляют теперь моды.
Тяжел путь от детства к зрелости. Каждый идет по нему как умеет. Миру нужны мятежники, чтобы он не застаивался, люди с горячими сердцами и чистой душой.
А человек становится взрослым, когда перестаёт этого хотеть.
Скорее рано, чем поздно, подростки взрослеют, сваливаются на стабильную орбиту и становятся такими обыкновенными, что трудно поверить – это было: звучал тот звук, играли те краски, передвигалось в вашем пространстве это существо со своей странно-тревожной, раздражающей, инопланетно-насекомой грацией… И уже ничего нельзя вернуть…
Уходящее детство наших детей нужно проводить и отгоревать, как любую утрату. Пройти через все стадии, о которых вы наверняка слышали: отрицание, гнев, торг, депрессию. И только потом у вас появится шанс достичь принятия и продолжить жить дальше.
Возраст определяется не годами, а внутренним ощущением — поднимаешься ли ты к перевалу или уже преодолел его и спускаешься в долину. Ощущение подъема держится до тех пор, пока у человека больше сил, чем требуется, чтоб просто плыть по течению жизни. Избыток внутренней силы тратишь на движение вверх. Но наступает момент, после которого жизнь берет у тебя больше энергии, чем ты можешь потратить, и тогда начинается скольжение вниз. Это, собственно, и есть старость. Как во всяком плавном спуске, тут есть своя приятность.
— Переживаешь?
— А то.
— Время летит, дети растут.
— Это тяжело…
— Отпусти её. Переверни страницу, иди дальше.
— Она была малышкой, и вдруг…
— Переживи, прими это. Круговорот жизни, болезненно это.
— И тяжело, да?
— Нет, мне нет — у меня сын, а вот ты влип.
Улыбнись мне, товарищ. Я забыл, как ты улыбался, извини. Я теперь намного старше тебя, у меня масса дел, я оброс хлопотами, как корабль ракушками. По ночам я все чаще и чаще слышу всхлипы собственного сердца: оно уморилось. Устало болеть.
Наступило время личной жизни, и девочки встречали эту новую для них жизнь с тревогой, понимая, что она — личная и тут уж им никто не поможет. Ни школа, ни комсомол, ни даже мамы. Жизнь эту нужно было встречать один на один: женщины, которые пробуждались в них так одинаково и так по-своему, жаждали самостоятельности, как все женщины во все времена.
— Это сущий ад.
— Что?
— Когда человек взрослеет.
Никто не чувствует себя взрослым — это грязный секрет всего человечества.
Взрослость зависит не от возраста и вступления в брак, а от жизненного опыта. Человек, переживая различные события, пройдя через множество чувств и эмоций, постепенно познает жизнь. Процесс взросления нельзя ускорить, но и замедлить его тоже не получится. Невозможно повернуть время вспять и снова оказаться в состоянии беспечности, неведения и наивности. К сожалению.

Leave your vote

0 Голосов
Upvote Downvote

Цитатница - статусы,фразы,цитаты
0 0 голоса
Ставь оценку!
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Add to Collection

No Collections

Here you'll find all collections you've created before.

0
Как цитаты? Комментируй!x