Лучшие цитаты из книги Доктор Живаго (500 цитат)

Погружаясь в страницы книги Доктор Живаго, вы путешествуете сквозь вихрь страстей, любви и искусства. Этот шедевр литературы открывает перед вами мир, где встречаются судьбы, переплетаются чувства и раскрываются тайны. В каждой строчке вы найдете отголоски времени, эмоциональные пейзажи и глубокие мысли, которые оставят незабываемый след в вашем сердце.

Пусть в молодости мной владело увлечение, — Теперь я научен знать времени значение.
Вот, значит, чем был пудель начинен! Скрывала школяра в себе собака? Отвешу вам почтительный поклон. Ну, вы меня запарили, однако!
— Не вы ли, в Риппах въехав на ночлег, С Иванушкою-дурачком видались? — Мы с ним сегодня утром повстречались И чуть я не забыл его приказ: Отвезть поклон родне просил он нас.
Глупцы! Судьба своих даров, Заслуг не видя, не истратит! Имей вы камень мудрецов — Для камня мудреца не хватит.
Нет, я б застыть в покое не хотел: Дрожь — лучший человеческий удел.
Учи народ, питай и грей, — А после, смотришь, бунтарей Ты воспитал себе в награду!
У золота все двери на запоре, Всяк для себя лишь копит: вот в чём горе!
Жил-был король державный С любимицей блохой. С блохой? Вот это так! Хвалю, хвалю. Блоха — прямая пара королю.
Всмотрись в неё — и ты поймёшь душою, Что жизнь на отблеск радужный походит.
Что предстоит всему творенью? Всё, всё идёт к уничтожению!
акова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.
Я никогда сам не открываю своих тайн, а ужасно люблю, чтоб их отгадывали, потому что таким образом я всегда могу при случае от них отпереться.
Печальное нам смешно, смешное — грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя.
Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…
Мы расстаемся навеки; однако ты можешь быть уверен, что я никогда не буду любить другого: моя душа истощила на тебя все свои сокровища, свои слезы и надежды. Любившая раз тебя, не может смотреть без некоторого презрения на прочих мужчин, не потому, чтоб ты был лучше их, о нет! но в твоей природе есть что-то особенное, тебе одному свойственное, что-то гордое и таинственное; в твоем голосе, что бы ты ни говорил, есть власть непобедимая; никто не умеет так постоянно хотеть быть любимым; ни в ком зло не бывает так привлекательно, ничей взор не обещает столько блаженства, никто не умеет лучше пользоваться своими преимуществами и никто не может быть так истинно несчастлив, как ты, потому что никто столько не старается уверить себя в противном.
… Ей хочется говорить со мною, ей мешают, — ей захочется вдвое более.
— Что до меня касается, то я убежден только в одном… — сказал доктор.
— В чем это? — спросил я, желая узнать мнение человека, который до сих пор молчал.
— В том, — отвечал он, — что рано или поздно в одно прекрасное утро я умру.
— Я богаче вас, — сказал я, — у меня, кроме этого, есть еще убеждение — именно то, что я в один прегадкий вечер имел несчастие родиться.
… и мы только в два часа ночи вспомнили, что доктора велят ложиться спать в одиннадцать.
Мне, однако, приятно, что я могу плакать!
Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы, ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и пустой желудок.
Радости забываются, а печали никогда.
Самая Высокая Мысль – всегда та мысль, которая содержит радость. Самые Ясные Слова – те, что содержат истину. Самое Великое Чувство – то, которое вы называете любовью.
Первый Закон заключается в том, что ты можешь быть кем угодно, делать, что тебе угодно, и иметь все, что тебе угодно. Второй закон – ты притягиваешь то, чего боишься.
Итак, никогда не проси. Выражай благодарность.
Таким образом, правильной молитвой является не молитва-просьба, но молитва-благодарность.
Страх — это энергия, которая сжимает, закрывает, втягивает, убегает, прячет, накапливает, наносит ущерб.
Любовь — это энергия, которая расширяет, раскрывает, посылает вовне, отпускает, дает откровение, делится, исцеляет.
Будь даром для каждого, кто входит в твою жизнь, и для каждого, в чью жизнь входишь ты. Когда кто-то входит в твою жизнь неожиданно, отыщи дар, ради которого этот человек пришёл к тебе.
Ты есть добро и сострадание, и милосердие, и понимание. Ты есть мир, и радость, и свет. Ты есть прощение и терпение, и сила, и отвага, ты помощник в час нужды, утешитель в час скорби, целитель в час ранения, учитель в час смятения. Ты есть глубочайшая мудрость и высшая истина, величайший мир и самая замечательная любовь. Ты — все это. И были моменты в твоей жизни, когда ты знал такого Себя.
Выбери теперь знать себя таковым всегда.
Таким же образом и любовь — это не отсутствие чувств (ненависти, злости, похоти, ревности, жадности), но сумма всего, что можно чувствовать. Любовь есть общая сумма всего. Итоговое количество. Просто всё.
Поэтому, чтобы душа ощутила на опыте совершенную любовь, она должна ощутить на опыте каждое человеческое чувство.
Как можно сострадать тому, чего не понимаешь? Как можно прощать другому то, чего никогда не испытывал в себе? Итак, мы видим одновременно простоту и потрясающее величие путешествия души. Наконец мы понимаем, что ей нужно:
Цель человеческой души — ощутить всё, чтобы она могла быть всем.
Как она может быть вверху, если никогда не была внизу, быть слева, если никогда не была справа?
Каждому сердцу, которое вопрошает искренне: «Каков он, путь к Богу?», — он указывается. Каждому дается та истина, которая может быть воспринята сердцем. Приди ко Мне путем своего сердца, но не тропой своего разума. Ты никогда не сможешь найти Меня в своем разуме.
… Если ты что-то вкладываешь в отношения, делай это искренне. И никогда, ни на мгновение не отказывайся от своего истинного Я. А если твое истинное Я недостаточно привлекательно, чтобы удержать кого-то в твоей жизни, позволь этому человеку уйти. Тогда в твою жизнь придут те, для кого твое истинное Я будет достаточно привлекательным.
И если они пришли в твою жизнь из-за того, что ты им понравился таким, какой ты есть, они останутся в твоей жизни, поскольку тебе не придется все время что-то изображать, чтобы удержать их. Тогда тебе не придется плясать под чужую дудку.
Худшая ложь — это ложь самому себе.
Время затягивает раны, хотя и не избавляет нас от шрамов.
Я поставила крест на эгоистах, на сложных личностях и на тех, у кого слишком скупое сердце, чтобы дать волю желаниям и надеждам.
Помни, что надо быть самим собой, чтобы уметь любить.
В идеале мне бы превратиться в шоколадку — и время прошло бы быстрее и в фольге как-то спокойнее.
Потому что именно пока ты подсчитываешь, прикидываешь все «за» и «против», жизнь проходит мимо.
Каждое утро, просыпаясь, мы получаем кредит в размере 86 400 секунд жизни в день, и, когда мы засыпаем вечером, запас исчезает, а что не было прожито за день — пропало. Каждое утро волшебство начинается по новой, нам опять дают кредит в 86 400 секунд. И мы играем по правилу, обойти которое невозможно: банк может закрыть счет в любой момент без предупреждения; жизнь может остановиться в любую секунду. Что мы делаем с нашими ежедневными 86 400 секундами?
В конечном счёте эта женщина страдала атрофией чувства счастья.
Риск любви в том, что любишь, недостатки так же, как и достоинства; они неразделимы.
Всё пережить нельзя, важно пережить главное, и это главное у каждого своё.
Всё песня та ж — сюжет избит: Глупец велит — мудрец гласит.
Взять — хорошо, сберечь важнее.
Берегись! Ничто не вечно! Час ударит — нить порвётся.
Толпа — как женщина, и вечно У ней в почёте только молодёжь.
Назвать Его кто смеет откровенно? Кто исповедать может дерзновенно: Я верую в Него? Кто с полным чувством убежденья Не побоится утвержденья: Не верую в Него? Он, вседержитель И всехранитель, Не обнимает ли весь мир — Тебя, меня, себя? Не высится ль над нами свод небесный? Не твердая ль под нами здесь земля? Не всходят ли, приветливо мерцая, Над нами звезды вечные? А мы Не смотрим ли друг другу в очи, И не теснится ль это все, Тебе и в ум и в сердце И не царит ли, в вечной тайне, И зримо и незримо вкруг тебя? Наполни же все сердце этим чувством И, если в нем ты счастье ощутишь, Зови Его, как хочешь:Любовь, блаженство, сердце, Бог!Нет имени ему! Всё — в чувстве! А имя — только дым и звук, Туман, который застилает небосвод.
Что юность! Юность вам нужнее, когда идете вы на бой, когда красавица порой сама на вашей виснет шее, когда конца своим трудам хотите быстро вы добиться.
И слишком стар, чтоб знать одни забавы,
И слишком юн, чтоб вовсе не желать.
Что нужно нам — того не знаем мы,
Что ж знаем мы — того для нас не надо.
Живейшие и лучшие мечты
В нас гибнут средь житейской суеты.
Ну вот вам и спектакль! Эх, право, предосадно!
Связаться с дураком и сатане накладно.
О самолюбие! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..
И если б все люди побольше рассуждали, то убедились бы, что жизнь не стоит того, чтоб об ней так сильно заботиться.
Всякому своя дорога.
Наша публика похожа на провинциала, который, подслушав разговор двух дипломатов, принадлежащих к враждебным дворам, остался бы уверен, что каждый из них обманывает свое правительство в пользу взаимной нежнейшей дружбы.
Женщины должны бы желать, чтоб все мужчины их так же хорошо знали, как я, потому что я люблю их во сто раз больше с тех пор, как их не боюсь и постиг их мелкие слабости.
А что такое счастье? Насыщенная гордость.
Я не должна его любить, ибо я замужем; но он меня любит, — следовательно… Тут несколько точек, ибо рассудок уже ничего не говорит, а говорят большею частью: язык, глаза и вслед за ними сердце, если оно имеется.
Где поётся, там и счастливится.
Грусть в обществе смешна, а слишком большая весёлость неприлична.
Уж эта мне Азия! что люди, что речки — никак нельзя положиться!
Многим все вообще эпитафии кажутся смешными, но мне нет, особенно когда вспомню о том, что под ними покоится.
Нужно просто наблюдать за выбором, и затем стараться, насколько это возможно, помочь душе в поиске и совершении более высокого выбора. Так что будь внимателен к тому, какой выбор делают другие, но не суди, Знай, что их выбор совершенен для них в данный момент, — но будь готов помочь им в их поиске нового — более высокого выбора.
Стремись к единению с душами других, и их цели и намерения станут понятны тебе. Это именно то, что делал Иисус с теми, кого Он исцелял, — и со всеми теми, чьи жизни он затронул. Иисус исцелял всех тех, кто приходил к нему, и всех тех, кто посылал к нему молить за них.
Первое, что стоит уяснить себе о Вселенной, — это то, что никакое условие не является «хорошим» или «плохим». Оно просто есть. Поэтому перестань оценивать. Второе, что стоит знать, — все условия временны. Ничто не остается неизменным, ничто не статично. В какую сторону изменяется ситуация — зависит от тебя.
Какая может быть «свобода воли», если эта воля, которую должно исполнять, — не твоя, а чья-то?
Если бы вы не делали этого, у вас мог бы быть совершенно иной опыт — опыт, который мог бы сделать ваших учителей, ваши первоисточники неправыми. В большинстве случаев вы не желаете признать неправыми своих родителей, свои школы, свои религии, свои традиции, свои священные писания — поэтому, вы отрицаете свой собственный опыт в пользу того, что вам было велено так думать.
Я не говорил, что ваши ценности ложны. Но они и не правильны. Они просто суждения. Оценки. Решения. По большей части, это решения, сделанные не тобой, а кем-то другим. Твоими родителями, возможно. Твоей религией. Твоими учителями, историками, политиками.
Жизнь, проживаемая по выбору, — это жизнь осознанного действия. Жизнь, проживаемая по случаю, — это жизнь бессознательного реагирования.
Вы не можете развиваться и стать великими, когда вам постоянно указывают, что надо делать.
Иногда лучший способ проявить свою любовь и лучше всего помочь — это оставить их одних и дать им возможность самим помочь себе.
Чем больше удовольствия ты доставляешь себе, тем больше удовольствия ты можешь доставить другому. Таким же образом, если ты получаешь удовольствие от того, что ты сильный, то у тебя больше сил поделиться с другими. То же самое верно и в отношении славы, богатства, успеха и всего того, что доставляет тебе удовольствие.
Раз «ты» не «помнишь» свое будущее, значит, оно еще не «случилось» с «тобой»! Событие происходит только тогда, когда его «пережили». Событие «пережили» только тогда, когда оно уже «известно».
Когда ты выражаешь свою правду с любовью, негативные или разрушительные последствия происходят редко.
Меня слишком долго привлекало то, что полностью противоречило моим мечтам, привлекали антиподы тех, кто мог принести мне радость…
Если хочешь понять, что такое год жизни, задай вопрос студенту, который завалил годовой экзамен. Если хочешь понять, что такое месяц, спроси у матери, которая родила недоношенного ребёнка и ждёт, когда его извлекут из инкубационной камеры. Если неделя — спроси человека, который работает на конвейере или в шахте, чтобы прокормить семью. Если день — спроси влюблённых, которые ждут встречи. Если час — спроси у страдающего клаустрафобией человека, который застрял в лифте. Секунда — посмотри на выражение того, кто в тысячную долю мига избежал смерти, или спроси у спортсмена, который только что выиграл серебряную медаль на Олимпийских играх вместо золотой, ради которой тренировался всю жизнь.
У любви чудесный вкус.
— Срочный случай! — Какого типа? — тут же отозвалась она с некоторой расслабленностью в голосе, хотя тон Пола ясно свидетельствовал о его нетерпении и нервозности. — Того типа, который сидит вон там! — Нет, я спрашиваю, в чем причина срочности? — Черепная травма! — Как это случилось? — Любовь слепа, а посох слепого все время бьёт по голове, вот в результате голова и не выдержала!
Знаешь, почему мы так хорошо понимаем друг друга, ты и я? Потому что я тебе не вру, потому что я говорю с тобой, как со взрослым, потому что я не боюсь. Взрослые боятся из-за того, что не умеют чувствовать массу вещей. Именно чувствовать я тебя и учу. Вот сейчас нам хорошо, и это «хорошо» состоит из множества частичек: мы оба, наш стол, наш разговор, мои руки, которые ты разглядываешь, запах комнаты, привычная мебель, покой начинающегося дня.
Сомнение и связанный с ним выбор – это две силы, заставляющие звучать струны наших чувств. Запомни, что важна только гармония этого звучания.
Родители — это горы, на которые всю жизнь стараешься взобраться, пока однажды сам не заметишь, что играешь их роль.
— А мы, дети, совсем другие? — Да! Мы, большие, испытываем тревоги, которых детство не знает; ты можешь назвать это страхами.
Твоя мама была настоящей леди, а настоящие леди умеют уходить достойно, не беспокоя тех, кого любят.
Мама умерла вчера, вчера много лет назад. Знаешь, больше всего меня поразило на следующий день после ее ухода, что дома по-прежнему стояли на своих местах по краям улиц, машины ездили как ни в чем не бывало и что люди шли, как будто знать не знали, что мой собственный мир вдруг исчез. Я-то узнал это по безмолвной пустоте, в которую провалилась моя жизнь. Вдруг стихли все шумы, словно в одну минуту звезды разлетелись вдребезги или потухли.
Я рад бы к черту провалиться,
Когда бы сам я не был черт!
Бояться горя, счастия не знать.
Остановись, мгновенье, — ты прекрасно!
Глупцы довольствуются тем,
Что видят смысл в каждом слове.
Пергаменты не утоляют жажды.
Ключ мудрости не на страницах книг.
Кто к тайнам жизни рвется мыслью каждой,
В своей душе находит их родник.
Хранят покой свой себялюбцы жадно;
Честь, верность, долг, любовь – им прах и дым.
Как будто, если в их дому все ладно,
Пожар соседа не опасен им!
Всегда желанье с разумом боролось,
Довольство не спасает от фантазий,
В привычном счастье есть однообразье,
Дай людям солнце — захотят на полюс.
Но там, где все горды развратом,
Понятия перемешав,
Там правый будет виноватым,
А виноватый будет прав.
Кто ищет — вынужден блуждать.
Кто презирает Мир, лишь войной прельщен, Знай, что теряетСчастье надежды он.
Ученость ваша у крестьян Прославлена и всем видна. Вот полный доверху стакан, И сколько капель в нём вина, Пусть столько же счастливых дней Вам бог прибавит к жизни всей. Желаю здравья вам в ответ В теченье столь же многих лет.
Порода в женщинах, как и в лошадях, великое дело; это открытие принадлежит Юной Франции. Она, то есть порода, а не Юная Франция, большею частью изобличается в поступи, в руках и ногах; особенно нос много значит. Правильный нос в России реже маленькой ножки.
Ах, подарки! чего не сделает женщина за цветную тряпичку!..
Все это вздор! — сказал кто-то, — где эти верные люди, видевшие список, на котором означен час нашей смерти? И если точно есть предопределение, то зачем же нам дана воля, рассудок? Почему мы должны давать отчёт в наших поступках?
Я надеялся, что скука не живет под чеченскими пулями — напрасно: через месяц я так привык к их жужжанию и к близости смерти, что, право, обращал больше внимание на комаров, — и мне стало скучнее прежнего, потому что я потерял почти последнюю надежду.
… Разочарование, как все моды, начав с высших слоев общества, спустилось к низшим, которые его донашивают, и нынче те, которые больше всех и в самом деле скучают, стараются скрыть это несчастье, как порок.
Я как матрос, рождённый и выросший на палубе разбойничьего брига; его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце; он ходит себе целый день по прибрежному песку, прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и всматривается в туманную даль: не мелькнёт ли там на бледной черте, отдаляющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся к пустынной пристани…
Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера — напротив, что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже смерти ничего не случится — а смерти не минуешь!
Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки, я глупо создан: ничего не забываю, ничего.
Гнаться за погибшим счастьем бесполезно и безрассудно.
Что началось необыкновенным образом, то должно так же и закончиться.
Любая вещь является правильной или неправильной лишь постольку, поскольку ты так считаешь. И ничто не является правильным или неправильным по сути своей.
Цель любых взаимоотношений – решить, какую часть себя ты хотел бы «проявить», а не какую часть другого человека ты хотел бы захватить и удержать.
Ты пришел в эту жизнь не для того, чтобы чему-то учиться, – тебе нечему учиться; ты пришел проявить то, что ты уже знаешь. Проявляя это, ты приведешь свои способности в действие и создашь себя заново через свой опыт. Так ты подтвердишь свою жизнь и придашь ей смысл. Так ты привнесешь в нее святость.
Моими всегда являются твои самые Высокие Мысли, твои самые Ясные Слова, твои самые Великие Чувства. Все, что меньше этого, – из другого источника.
Глубочайшая тайна в том, что жизнь – это не процесс открытия, а процесс сотворения.
Вы не открываете себя, а создаете себя заново. Поэтому стремитесь не открыть, Кто Вы Есть, а определить, Кем Вы Хотите Быть!
Существует только одна цель всякой жизни: чтобы ты и все живое приобрели опыт самого полного счастья.
Цель человеческой души – ощутить всё, чтобы она могла быть всем.
Законы очень просты. 1. Мысль творит. 2. Страх притягивает подобную энергию. 3. Любовь – это все, что есть.
Так вот, первое, что имеет смысл сделать, — это прекратить осуждать себя. Узнай желание души и следуй ему. Будь вместе со своей душой.
Что важно для души? Высочайшее ощущение любви, которое ты только можешь себе представить. Это и есть желание души. Это и есть ее смысл и цель. Душе нужны чувства. Не знания, но чувства. У нее уже есть знания, но знания — это понятия. Чувства же — это опыт. Душа хочет прочувствовать себя и, таким образом, познать себя на собственном опыте.
Каждодневность — источник взаимопонимания, даже соучастия, и, в отличие от привычек, именно она позволяет нащупать сочетание блеска и банальности, обособленности и близости.
То, что я сейчас расскажу вам, непросто представить и невозможно допустить, но если вы согласитесь выслушать мою историю, если вы согласитесь отнестись ко мне с доверием, тогда, может быть, в конце концов, мне удасться все объяснить, а это очень важно, потому что, сами того не зная, вы — единственный человек в мире, с которым я могу поделиться.
— Наличие идеалов создает серьезные затруднения. — Почему? — Ты ставишь планку слишком высоко. — Для другого? — Нет, для себя.
Он потерял мать рано, а отца ещё раньше. Они дали ему всё лучшее, что в них было, — за то время, которым они располагали. Так сложилась жизнь, в этом были и преимущества, и недостатки.


Ты дал мне то, о чем я даже и не подозревала, благодаря тому, что ты дал мне пережить, я поняла, сколько самых простых вещей может подарить любовь. Все, что у меня было до тебя, не стоит и одной секунды, которую мы провели вместе.
Знаешь, каждому свой мир! Главное — пустить корни в подходящую почву.
Его самолёт поднялся так высоко в небо, что остался на звёздах.
Когда умирает мама, это как пожар в библиотеке.
— Моя мать обучала меня с помощью историй об идеальной любви, а наличие идеалов создаёт серьёзные затруднения… — Почему? — Ты ставишь планку слишком высоко. — Для другого? — Нет, для себя.
Только когда даешь то, чего у тебя самого мало, даешь по-настоящему.
У счастья нет владельца. Иногда нам выпадает шанс взять его в аренду, стать его квартиросъемщиком. И надо быть очень аккуратным с квартплатой, иначе мигом выставят за дверь.
Кто книгу с мыслью умной и благой Теперь у нас читает, в самом деле?Нет, молодёжь до дерзости такой Дошла теперь, как никогда доселе!
Любовью, счастьем, божеством.Нет подходящих соответствий, И нет достаточных имён, Все дело в чувстве, а названье Лишь дым, которым блеск сиянья Без надобности затемнен.
Я шлю проклятие надежде, Переполняющей сердца, Но более всего и прежде Кляну терпение глупца.
Любовь сжигает нежные сердца, и он пленился телом несравнимым, погубленным так страшно в час конца, Любовь, любить велящая любимым.
Я философию постиг, я стал юристом, стал врачом… Увы! С усердьем и трудом и в богословье я проник, — и не умней я стал в конце концов, чем прежде был.
А главное, мой друг, введите приключенья! Глазеть на них — толпе нет выше наслажденья; Ну и пускай толпа, разиня рот, глядит… Причудливую ткань раскиньте перед нею — и вы упрочили за пьесою своею успех.
Та лишь речь сердца пленяет, Что от сердца ведена.
За громы схватиться хочешь? Счастье, что не вам Даны они, жалким смертным! Сокрушить непокорного — вот известный прием тиранов, к которому они прибегают, когда их поставят в тупик!
Ты — это то, в чем силою одной Нуждаются и праведный и грешный: Один, чтоб злу всегда сопротивляться, Другой, чтоб злу всецело подпадать. Всё для того, чтоб Зевсу повод дать Премило над обоими смеяться.
О женский род, безумно опрометчивый! Зависит от мгновенья он; играет им То счастье, то несчастье. Вы не можете Нигде быть равнодушными: одна другой Противореча, спорите бесплодно вы; В беде и в счастье вечно вы рыдаете или смеетесь.
Я иногда себя презираю… Не оттого ли я презираю других?
Беспокойная потребность любви, которая нас мучит в первые годы молодости, бросает нас от одной женщины к другой, пока мы найдем такую, которая нас терпеть не может: тут начинается наше постоянство — истинная бесконечная страсть, которую математически можно выразить линией, падающей из точки в пространство; секрет этой бесконечности — только в невозможности достигнуть цели, то есть конца.
Неужели зло так привлекательно?..
— Милый мой, я ненавижу людей, чтоб их не презирать, потому что иначе жизнь была бы слишком отвратительным фарсом.
— Милый мой, я презираю женщин, чтобы не любить их, потому что иначе жизнь была бы слишком нелепой мелодрамой.
Нет ничего парадоксальнее женского ума; женщин трудно убедить в чем-нибудь, надо их довести до того, чтоб они убедили себя сами; порядок доказательств, которыми они уничтожают свои предубеждения, очень оригинален; чтоб выучиться их диалектике, надо опрокинуть в уме своем все школьные правила логики.
Например, способ обыкновенный:
Этот человек любит меня, но я замужем: следовательно, не должна его любить.
Способ женский:
Я не должна его любить, ибо я замужем; но он меня любит, следовательно…
Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом деле… Одни скажут: он был добрый малый, другие — мерзавец. И то и другое будет ложно. После этого стоит ли труда жить? а все живешь — из любопытства: ожидаешь чего-то нового… Смешно и досадно!
Неужто я влюблен? Я так глупо создан, что этого можно от меня ожидать.
… мы почти всегда извиняем то, что понимаем.
Любовь, как огонь, — без пищи гаснет.
Я уже прошел тот период жизни душевной, когда ищут только счастия, когда сердце чувствует необходимость любить сильно и страстно кого-нибудь, — теперь я только хочу быть любимым, и то очень немногими; даже мне кажется, одной постоянной привязанности мне было бы довольно: жалкая привычка сердца!..
И вы даже не просто отвергаете, а поступаете еще хуже: стремитесь причинить вред тому, чего вы не выбираете. Вы стараетесь уничтожить это. Если есть человек, место или вещь, с которыми вы не согласны, вы нападаете. Если существует религия, которая расходится с вашей, вы объявляете ее неправильной. Если существует мысль, которая противоречит вашей, вы высмеиваете ее. Если есть идея, которая отличается от вашей, вы отбрасываете ее. В этом ваша ошибка, поскольку таким образом вы создаете лишь половину Вселенной. Вы не в состоянии понять даже свою половину, когда с легкостью отбрасываете другую.
Всю свою жизнь вы проводите, убеждая себя в том, что вы плохие. И не только вы плохие, но и то, что вы хотите, — тоже плохо. Секс — это плохо, деньги — это плохо, радость — это плохо, сила — это плохо, иметь много — это плохо, плохо иметь много чего бы то ни было. Некоторые из ваших религий даже склоняют вас к вере в то, что танцевать — плохо, слушать музыку — плохо, радоваться жизни — плохо. Скоро вы согласитесь с тем, что плохо — улыбаться, плохо — смеяться, плохо — любить.
Когда ты заранее благодаришь Бога за тот опыт, который ты выбрал пережить в своей реальности, ты, по существу, благодаришь за то, что есть… в действительности. Благодарность, таким образом, есть наиболее мощное заявление для Бога: подтверждение того, что еще до того, как ты попросил, — Я уже ответил.
Итак, никогда не проси. Выражай благодарность.
Религия требует, чтобы ты учился на опыте других. Духовность побуждает тебя вести собственный поиск.
Религия не выносит Духовности. Она не может мириться с ней. Потому что Духовность может привести тебя к другому выводу, чем предлагает религия, – а вот уж этого никакая религия не потерпит.
Религия советует тебе исследовать мысли других и принимать их как свои собственные. Духовность предлагает тебе отбросить чужие мысли и думать своей головой.
Мастера – это те, кто выбрал Любовь.
В любом случае. В любое мгновение. При любых обстоятельствах.
Любовь — это абсолютная реальность. Это — единственное. Это — всё. Ощущение любви есть твое переживание Бога. Такова высшая Истина: любовь — это всё, что есть, всё, что было, и всё, что когда-либо будет. Когда ты идешь к Абсолюту — ты идешь к любви.
Первый Закон заключается и том, что ты можешь быть кем угодно, делать, что тебе угодно, и иметь всё, что тебе угодно. Второй закон — ты притягиваешь то, чего боишься. Чувство является силой, которая притягивает. Чего ты сильно боишься — то и испытаешь.
Вы не должны обрести братство в Боге — оно уже есть. Вы не получите всё, что попросите, — вы уже всё имеете. Необходимо только знать об этом. Ты есть творец своей реальности. Какой ты мыслишь себе жизнь, такой она для тебя и обернется. И никак иначе. Твоя мысль рождает реальность. Это первый шаг творения. Бог-Отец — это мысль. Твоя мысль — прародитель, который порождает всё остальное. Это один из законов, которые мы должны помнить.
Существует лишь Один Момент — этот момент — Вечный Момент Сейчас.
Пусть ребенок постигает сам. Знай это: Знание утрачивается. Мудрость невозможно забыть.
Разглядеть счастье, когда оно лежит у твоих ног, иметь смелость и решимость нагнуться, подобрать его, прижать к себе… сохранить. Это разум сердца. Просто разум, без разума сердца – всего лишь логика, и она недорого стоит.
Одиночество – это сад, где душа высыхает; цветы, которые там растут, не имеют запаха.
Ты узнаешь много страхов. Борись с ними, но не подменяй их слишком долгими колебаниями. Подумай, реши и делай! Не поддавайся сомнениям, неспособность отвечать за собственный выбор отравляет жизнь.
Потому что все пережить нельзя, важно пережить главное, и это главное у каждого свое.
Подать доллар бродяге, выходя из супермаркета, – дело пустяковое и ничего не значит. «Только когда даешь то, чего у тебя самого мало, даешь по-настоящему».
У любви чудесный вкус; люби. Помни: чтобы получать, надо отдавать; помни, что надо быть самим собой, чтобы уметь любить.
Родители – это горы, на которые всю жизнь стараешься взобраться, пока однажды сам не заметишь, что играешь их роль.
Только когда даёшь то, чего у тебя самого мало, даёшь по-настоящему.
Я не принадлежу системе, я всегда боролся против этого. Я вижусь с людьми, которых люблю, хожу туда, куда хочу, читаю книгу, потому что она мне интересна, а не потому, что ее обязательно надо прочесть, и так всю жизнь. Я делаю то, что мне нравится, не задаваясь тысячью вопросов «почему» и «как». А остальное меня не заботит.
Хорошие воспоминания не должны быть мимолётными.
Заставь мир двигаться, это же твой мир!
Где пахнет злом, там бабий род Уходит на версту вперед.
Мы век проводим за трудами дома И только в праздник видим мир в очки.
Не размышляй о том, что рок судил;Жизнь — долг наш, знай, — хотя б лишь миг то был.
Бездарных проходимцев ремесло, Как вижу я, у вас в большом почете.
Народ теперь о правде позабыл, Былое времечко умчалось.
Розы могут быть воспеты, Чуть распустится их кисть, Яблоко же и поэту Надо перед тем разгрызть.
Как ни плоха среда, но все подобны, И человек немыслим без людей.
Насущное отходит вдаль, а давность, Приблизившись, приобретает явность.
Сойти с небес, сквозь землю в ад!..
Я богословьем овладел,
Над философией корпел,
Юриспруденцию долбил
И медицину изучил.
Однако я при этом всем
Был и остался дураком.
Мы драпируем способами всеми
Свое безволье, трусость, слабость, лень.
Нам служит ширмой состраданья бремя,
И совесть, и любая дребедень.
Цените время: дни уходят невозвратно!
Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия: я только удовлетворял странную потребность сердца, с жадностью поглощая их чувства, их радости и страданья — и никогда не мог насытиться.
Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его; первый, быть может, через час простится с вами и миром навеки, а второй…
В первой молодости я был мечтателем; я любил ласкать попеременно то мрачные, то радостные образы, которые рисовало мне мое беспокойное и жадное воображение. Но что от этого мне досталось? <…> Я вступил в эту жизнь, пережив её уже мысленно, и мне стало скучно и гадко, как тому, кто читает дурное подражание давно известной книге.
Я не стану обвинять тебя — ты поступил со мною, как поступил бы всякий другой мужчина: ты любил меня как собственность, как источник радостей, тревог и печалей, сменявшихся взаимно, без которых жизнь скучна и однообразна. Я это поняла сначала… Но ты был несчастлив, и я пожертвовала собою, надеясь, что когда-нибудь ты оценишь мою жертву, что когда-нибудь ты поймешь мою глубокую нежность, не зависящую ни от каких условий. Прошло с тех пор много времени: я проникла во все тайны души твоей… и убедилась, что то была надежда напрасная. Горько мне было! Но моя любовь срослась с душой моей: она потемнела, но не угасла.
Мне хотелось вас заставить рассказать что-нибудь; во-первых, потому что слушать менее утомительно; во-вторых, нельзя проговориться; в-третьих, можно узнать чужую тайну; в-четвертых, потому что такие умные люди, как вы, лучше любят слушателей, чем рассказчиков.
Да и какое дело мне до радостей и бедствий человеческих, мне, странствующему офицеру, да еще подорожной, но казенной надобностью…
Были некогда люди премудрые, думавшие, что светила небесные принимают участие в наших ничтожных спорах за клочок земли или за какие-нибудь вымышленные права!.. И что ж? эти лампады, зажженные, по их мнению, только для того, чтобы освещать их битвы и торжества, горят с прежним блеском, а их страсти и надежды давно угасли вместе с ними, как огонек, зажженный на краю леса беспечным странником! Но зато какую силу воли придавала им уверенность, что целое небо со своими бесчисленными жителями на них смотрит с участием, хотя немым, но неизменным!.. А мы, их жалкие потомки, скитающиеся по земле без убеждений и гордости, без наслаждения и страха, кроме той невольной боязни, сжимающей сердце при мысли о неизбежном конце, мы не способны более к великим жертвам ни для блага человечества, ни даже для собственного счастия, потому знаем его невозможность и равнодушно переходим от сомнения к сомнению, как наши предки бросались от одного заблуждения к другому, не имея, как они, ни надежды, ни даже того неопределенного, хотя и истинного наслаждения, которое встречает душа во всякой борьбе с людьми или судьбою…
Русские барышни большею частью питаются только платонической любовью, не примешивая к ней мысли о замужестве; а платоническая любовь самая беспокойная.
Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его душою: как будто с потерею члена душа теряет какое-нибудь чувство.
Нет проку в том, кто старых друзей забывает!..
Честолюбие есть не что иное как жажда власти, а первое мое удовольствие — подчинять моей воле все, что меня окружает; возбуждать к себе чувство любви, преданности и страха — не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?
Плохое дело в чужом пиру похмелье.
Вот тест, по которому ты можешь определить, помогаешь ты или обижаешь: Прибавилось или убавилось возможностей у твоих собратьев в результате твоей помощи? Ты сделал их больше или меньше? Они научились или разучились?
Душа говорит с тобой чувствами. Слушай свои чувства. Следуй за чувствами. Уважай свои чувства.
Время от времени к тебе присоединяются Другие Игроки в этой Игре во Вселенной — как Случайные Знакомые, Второстепенные Участники, Временные Спутники, Долговременные Посредники, Родственники и Семья, Любимые или Супруги.
Вначале ты должен Себя видеть достойным, и тогда ты сможешь видеть достойным другого. Вначале ты должен видеть блаженным Себя, и тогда ты сможешь видеть блаженным другого. Вначале ты должен познать Себя как святого, и тогда ты сможешь признать святость в другом.
Просветление – это понимание того, что тебе некуда идти, нечего делать и некем становиться, кроме того, кем ты как раз и являешься прямо сейчас.
Говорю тебе: все, что ты видишь в своем мире, – результат твоего представления о нем.
Если хочешь узнать, что истинно для тебя относительно чего бы то ни было, обрати внимание на то, что ты чувствуешь по этому поводу.
Не порицайте поэтому все то, что вам кажется плохим в этом мире. Лучше задайтесь вопросом, что позволило вам судить об этом плохо и что бы вы хотели сделать – если вообще хотели бы, – чтобы как-то изменить это.
Боль является результатом суждения, которое ты сделал о чем-либо. Убери суждение – и боль исчезнет.
Ничто не является болезненным само по себе. Боль – результат ложной мысли. Это ошибка в мышлении.
Твоя жизнь всегда есть результат твоих мыслей о ней – в том числе и твоей явно творящей мысли о том, что ты редко получаешь то, что выбираешь.
Пусть каждый заботится во взаимоотношениях не о другом, а только, и только, и только о Себе.
Завтрашний день — тайна для всех, и эта тайна должна вызывать смех и желание, а не страх и отказ.
Все мечты имеют цену.
Мужчины тоже имеют право плакать, мужчинам тоже знакома печаль.
У счастья нет владельца. Иногда нам выпадает шанс взять его в аренду, стать его квартиросъёмщиком. И надо быть очень аккуратным с квартплатой, иначе мигом выставят за дверь.
Счастье не трогают потихоньку. Либо отдаёшь, либо получаешь. Я же отдаю, ещё ничего не получив.
Разглядеть счастье, когда оно лежит у твоих ног, иметь смелость и решимость нагнуться, подобрать его, прижать к себе… сохранить. Это разум сердца. Просто разум, без разума сердца — всего лишь логика, и она недорого стоит.
… слёзы уносят печаль…
Но самая прекрасная вещь, которую дала нам земля, то, что превращает нас в человеческие существа, — это счастье делиться с кем-то. Тот, кто не умеет делиться, — калека, инвалид без чувств.
Море притягивает к себе наш взгляд, а земля — наши ноги.
Прошлое таково, каково оно есть, вот и всё.
— Почему ты даешь мне все лучшее, что есть в тебе, получая так мало взамен? — Потому что ты оказалась здесь так быстро и внезапно, потому что ты есть, и один миг с тобой — это уже невероятно много. Вчерашний день уже прошел, завтрашний еще не существует, только сегодняшний имеет значение, только настоящее.
Ступай, чудак, про гений свой трубя!
Чтоб сталось с важностью твоей бахвальской,
Когда б ты знал: нет мысли маломальской,
Которой бы не знали до тебя!
И каждый, кто желанным обладает,
Всегда, глупец к желаньям новым рвется,
Презрев то счастье, что само дается:
Чтоб лёд согреть, он солнце покидает.
И каждый, кто желанным обладает,
Всегда, глупец к желаньям новым рвется,
Презрев то счастье, что само дается:
Чтоб лёд согреть, он солнце покидает.
Наружный блеск рассчитан на мгновенье,
А правда переходит в поколенья.
Мы побороть не в силах скуки серой,
Нам голод сердца большей частью чужд,
И мы считаем праздною химерой
Все, что превыше повседневных нужд.
Что трудности, когда мы сами себе мешаем и вредим.
Я утром просыпаюсь с содроганием
И чуть не плачу, зная наперёд,
Что день пройдёт, глухой к моим желаньям,
И в исполненье их не приведёт.
Завтра она захочет вознаградить меня. Я все это уж знаю наизусть — вот что скучно!
Слава — удача, и чтоб добиться ее, надо только быть ловким.
Надо мною слово жениться имеет какую-то волшебную власть: как бы страстно я ни любил женщину, если она мне даст только почувствовать, что я должен на ней жениться, — прости любовь! мое сердце превращается в камень, и ничто его не разогреет снова. Я готов на все жертвы, кроме этой; двадцать раз жизнь свою, даже честь поставлю на карту… но свободы моей не продам.
— Пора! — шепнул мне доктор, дёргая за рукав, — если вы теперь не скажете, что мы знаем их намерения, то всё пропало. Посмотрите, он уж заряжает… Если вы ничего не скажете, то я сам… — Ни за что на свете, доктор! — отвечал я, удерживая его за руку, — вы всё испортите; вы мне дали слово не мешать… Какое вам дело? Может быть, я хочу быть убит… — О, другое дело!.. Только на меня на том свете не жалуйтесь…
Никогда не должно отвергать кающегося преступника: с отчаяния он может сделаться еще вдвое преступнее… и тогда…
Часто на лице человека, который должен умереть через несколько часов, есть какой-то отпечаток неизбежной судьбы, так что привычным глазом трудно ошибиться.
На все есть манера; многое не говорится, а отгадывается…
Это новое страдание, говоря военным слогом, сделало во мне счастливую диверсию.
И запомни: то, что ты обвиняешь, – обвинит тебя; тем, что ты осуждаешь, – однажды станешь сам.
Смысл жизни не в том, чтобы попасть куда-то, а в том, чтобы заметить, что ты уже находишься там – и всегда находился. Ты всегда и во веки веков находишься в моменте чистого творения. Смысл жизни, таким образом, – в том, чтобы создать то, Кем и Чем Ты Являешься, а затем – пережить это на опыте.
Но не суди и не обвиняй, ибо не знаешь, почему событие происходит и к чему ведет.
Если яне двигаюсь вовнутрь, я двигаюсь наружу.
Ибо такова человеческая природа: любить, затем разрушать, а затем снова любить то, что они ценят больше всего.
Жить свою жизнь, не имея ожиданий – без нужды в конкретных результатах, – это и есть свобода. Это Божественность. Так живу Я.
Истинный Мастер — не тот, у кого больше учеников, а тот, кто сделает Мастерами большинство из них.
Истинный лидер — не тот, у кого больше последователей, а тот, кто воспитает лидеров из большинства.
Истинный король — не тот, у кого больше подданных, а тот, кто взрастит из них королей.
Цель любых взаимоотношений – решить, какую часть себя ты хотел бы «проявить», а не какую часть другого человека ты хотел бы захватить.
— Ты всегда прибегаешь к метафорам? — Часто, некоторые вещи так легче выразить.
Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие. Это трудно, потому что бессилие часто порождает страх. Оно сводит на нет наши силы, разум, здравый смысл и открывает дорогу слабости.
Если думаешь, что способен разделить какую-то часть своей жизни на двоих, не уверяй себя и другого, будто можно начать что-то серьёзное, если не готов по-настоящему отдавать.
В долгом плавании, что ждёт тебя, никогда не теряй частицы души ребёнка, никогда не забывай свои мечты, они станут двигателем твоего существования, от них будут зависеть вкус и запах каждого твоего утра. Скоро ты узнаешь другую любовь, отличную от той, которую ты испытываешь ко мне; чувства созданы для того, чтобы делиться ими; самые лучшие воспоминания рождаются из мечты, воплощенной вместе. Одиночество — это сад, где душа высыхает; цветы, которые там растут не имеют запаха.
Есть волшебный банк. И он доступен каждому из нас — это время! Рог изобилия, из которого постоянно текут секунды…
Она ушла на цыпочках сердца.
Все боятся каждодневности, как будто она несет в себе фатальную неизбежность, чреватую скукой, привычкой; я в эту неизбежность не верю…
Иногда мы бессильны перед судьбой, желаниями или порывами, и это мучительно, часто непереносимо. Такое чувство будет преследовать тебя всю жизнь, иногда забываясь, а иногда превращаясь в наваждение.
Ты — то, что представляешь ты собою.
Надень парик с мильоном завитков,
Повысь каблук на несколько вершков,
Ты — это только ты, не что иное.
…Так кто ж ты, наконец?
— Я — часть той силы,
что вечно хочет
зла и вечно совершает благо.
Котам нужна живая мышь,
их мёртвою не соблазнишь.
Бессодержательную речь
Всегда легко в слова облечь.
Из голых слов, ярясь и споря,
Возводят здания теорий.
Словами вера лишь жива.
Как можно отрицать слова?
В ком больше силы — тот и прав.
Никто не спросит: «Чьё богатство?
Где взято и какой ценой?»
Война, торговля и пиратство —
Три вида сущности одной.
Несчастные влюбленные! Отказ
Вам не урок. Вы рады без ответа
Смотреть, свернувши шею, вслед предмету.
Вы стройны и во всей красе,
Ваш вид надменен, взгляд рассеян.
В того невольно верят все,
Кто больше всех самонадеян.
О друг мой, верь, что мудрость вся людская — Нередко спесь лишь пошлая, пустая!
Я проклинаю ложь без меры И изворотливость без дна, С какою в тело, как в пещеру, У нас душа заключена.
Живейшие и лучшие мечты В нас гибнут средь житейской суеты. В лучах воображаемого блеска Мы часто мыслью воспаряем вширь И падаем от тяжести привеска, От груза наших добровольных гирь.
Идеи — создания органические, сказал кто-то: их рождение дает уже им форму, и эта форма есть действие; тот, в чьей голове родилось больше идей, тот больше других действует; от этого гений, прикованный к чиновническому столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического удара.
Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня…
Под конец вечера разговор принял философско-метафизическое направление; толковали об убеждениях: каждый был убежден в разных разностях.
Я остановил себя <…>, имея правило: ничего не отвергать решительно и ничему не вверяться слепо.
Наша публика так еще молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее на находит нравоучения. Она не угадывает шутки, не чувствует иронии; она просто дурно воспитана. Она еще не знает, что в порядочном обществе и в порядочной книге явная брань не может иметь места; что современная образованность изобрела орудие более острое, почти невидимое и тем не менее смертельное, которое, под одеждою лести, наносит неотразимый и верный удар.
До самого дома она говорила и смеялась поминутно. В её движениях было что-то лихорадочное; на меня не взглянула ни разу. Все заметили эту необыкновенную веселость. И княгиня внутренно радовалась, глядя на свою дочку; а у дочки просто нервический припадок: она проведет всю ночь без сна и будет плакать.
Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!
— … но зачем же подавать надежды?
— Зачем же ты надеялся? Желать и добиваться чего-нибудь — понимаю, а кто ж надеется?
У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку.
Довольно людей кормили сластями; у них от этого испортился желудок: нужны горькие лекарства, едкие истины.
Каждый знает, что сексуальный опыт может быть самым любовным, самым радостным, самым мощным, самым возбуждающим, самым обновляющим, самым насыщающим энергией, самым утверждающим, самым доверительным, самым объединяющим, самым восстанавливающим физическим опытом, на который люди только способны.
Жить свою жизнь, не имея ожиданий – без нужды в конкретных результатах, – это и есть свобода. Это Божественность. Так живу Я .
Если ты хочешь чувствовать себя плохо – чувствуй себя плохо. Но не суди и не обвиняй, ибо не знаешь, почему событие происходит и к чему ведет. И запомни: то, что ты обвиняешь, – обвинит тебя; тем, что ты осуждаешь, – однажды станешь сам. Вместо этого ищи способ изменить эти вещи или поддержать тех, кто изменяет их, – изменяет вещи, которые больше не отражают высший смысл того, Кто Ты Есть. Но благословляй все, ибо все есть творение Божье, через жизнь живую, и это – творение высшее.
Не в поступках другого человека, но в своих ответных поступках обретешь ты свое спасение.
Ты не можешь проиграть в этой битве. Тебя не может постичь неудача. Так что это и не битва вовсе, а просто некий процесс. Однако, если не знать этого, ты будешь воспринимать все как постоянную борьбу. Может быть, ты даже будешь верить в борьбу достаточно долго, чтобы успеть создать вокруг нее целую религию. И эта религия будет учить тому, что смысл жизни – в борьбе . Это ложное учение. На самом деле процесс идет, когда ты не борешься. Ты побеждаешь, когда сдаешься.
Думать, говорить и делать что-то, в чем ты не убежден искренне, – невозможно. Таким образом, процесс творения должен включать убеждение, или знание. И это – абсолютная вера. Это то, что за пределами надежды. Это знание со всей определенностью («по вере своей будешь исцелен» 10 ). Таким образом, деятельная часть творения всегда включает и знание. И речь здесь идет об абсолютной ясности, о полной уверенности, совершенном приятии чего-то как реальности .
И знай: то, что ты делаешь во времена своих величайших испытаний, может быть твоим величайшим триумфом. Это опыт, который ты создаешь, заявляет о том, Кто Ты Есть – и Кем Ты Желаешь Быть.
Ты притянул эти души. Они притянули тебя. Это взаимный опыт творения, выражающий выборы и желания обеих сторон.
Никто, кому довелось испытать смерть, никогда не оплакивает ничью смерть.
Человек боится, что он может что-то потерять или ему не удастся что-то получить. Но самые лучшие личные взаимоотношения, и, конечно же, самые романтичные, — это такие взаимоотношения, в которых каждый знает всё. В которых «открытость» — это не только ключевое слово, но и главное слово.
— Я говорил, что люблю тебя? — робко спросил он. — Ты мне дал доказательства своей любви. Это намного больше..
— Я живу в абсолютном одиночестве. Вы не представляете, что это значит — не иметь возможности ни с кем поговорить, быть совершенно прозрачной, не существовать ни в чьей жизни.
Воспоминания должны оставаться навечно, такие мгновения должны застыть…
— В твоей жизни было много женщин? — спросила она, не поднимая головы. — Когда любят, то не считают!
Всё на свете возможно, и, пока есть жизнь, есть и надежда.
Не поддавайся сомнениям, неспособность отвечать за свой собственный выбор отравляет жизнь.
Если хочешь понять, что такое год жизни, задай вопрос студенту, который завалил годовой экзамен. Если хочешь понять, что такое месяц, спроси у матери, которая родила недоношенного ребенка и ждет, когда его извлекут из инкубационной камеры. Если неделя – спроси человека, который работает на конвейере или в шахте, чтобы прокормить семью. Если день – спроси влюбленных, которые ждут встречи. Если час – спроси у страдающего клаустрофобией человека, который застрял в лифте. Секунда – посмотри на выражение лица того, кто в тысячную долю мига избежал смерти, или спроси у спортсмена, который только что выиграл серебряную медаль на Олимпийских играх вместо золотой, ради которой тренировался всю жизнь.
Сомнение и связанный с ним выбор – это две силы, заставляющие звучать струны наших чувств. Запомни, что важна только гармония этого звучания.
Я скажу тебе, почему я «безмятежный», как ты выразилась. Потому что все пережить нельзя, важно пережить главное, и это главное у каждого свое.
– У счастья нет владельца. Иногда нам выпадает шанс взять его в аренду, стать его квартиросъемщиком. И надо быть очень аккуратным с квартплатой, иначе мигом выставят за дверь.
Всего приличней для солдата — бой, А хоровод — для девки молодой, — Всё хорошо, когда оно на месте.
В любом наряде буду я по праву Тоску существованья сознавать.
Мир бытия — досадно малый штрих Среди небытия пространств пустых.
Не доверяйте духам темноты, Роящимся в ненастной серой дымке, Какими б ангелами доброты Ни притворялись эти невидимки.
На ваших лицах холода печать, Я равнодушье вам прощаю, дети: Чёрт старше вас, и чтоб его понять, Должны пожить вы столько же на свете.
Узнал ученого ответ. Что не по вас — того и нет. Что не попало в ваши руки — Противно истинам науки. Чего учёный счесть не мог — То заблужденье и подлог.
Везде своя нужда: таков уж белый свет! Здесь то, другое там. У нас вот денег нет.
Народ пошел, куда понес поток.
Ведь эта глупость до того жалка, Что даже потерпевшего не жалко!
Вот неизбежная вещей изнанка: Природному вселенная тесна, Искусственному ж замкнутость нужна.
Усыпила я до смерти мать, дочь свою утопила в пруду. Бог думал её нам на счастье дать, а дал на беду.
Я опять ошибся: любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедают, как и кокетство другой.
Я стал читать, учиться – науки также надоели; я видел, что ни слава, ни счастье от них не зависят нисколько, потому что самые счастливые люди – невежды.
Быть для кого-нибудь причиною страданий и радостей, не имея на то никакого положительного права, — не самая ли это сладкая пища нашей гордости? А что такое счастие? Насыщенная гордость.
Еще минута, и я упал бы к ногам ее…
Он скептик и материалист, как все почти медики, а вместе с этим поэт, и не на шутку, — поэт на деле всегда и часто на словах, хотя в жизнь свою не написал двух стихов.
Никому не рассказывайте о своих несчастьях: друзей это опечалит, а врагов развеселит.
Женщины любят только тех, которых не знают.
Я люблю врагов, хотя не по-христиански. Они меня забавляют, волнуют мне кровь. Быть всегда настороже, ловить каждый взгляд, значение каждого слова, угадывать намерения, разрушать заговоры, притворяться обманутым, и вдруг одним толчком опрокинуть все огромное и многотрудное здание их хитростей и замыслов, — вот что я называю жизнью.
– Разве я похож на убийцу?..
– Вы хуже…
Из двух друзей всегда один раб другого, хотя часто ни один из них в этом себе не признается.
Когда кто-то входит в твою жизнь неожиданно, отыщи дар, ради которого этот человек пришел к тебе.
Всё проще, чем ты думаешь. И многие достигли такого уровня сознания. Многие были Христами, не только Иисус из Назарета. Ты тоже можешь быть Христом.
Каждая человеческая мысль и каждое человеческое действие основаны или на любви, или на страхе. Это все, что мотивирует человека, и все другие идеи – производные этих двух. Все остальное – просто различные вариации, различные обработки одной и той же темы.
Ад – это противоположность радости. Это нереализованность. Это знание того, Кто и Что Ты Есть, и невозможность пережить это. Это значит быть меньше. Это и есть ад, и нет ничего худшего для твоей души.
Если сейчас в твоей жизни есть что-то, что ты хотел бы испытать, не «хоти» этого – выбери это.
Слушай свои чувства. Слушай свои самые Высокие Мысли. Прислушивайся к своему опыту. И когда что-нибудь из этого будет отличаться от того, что тебе говорили твои учителя или что ты узнал из книг, – забудь слова. Слова – это наименее надежный проводник Истины.
Ты не будешь иметь то, о чем просишь, равно как и не сможешь иметь то, чего желаешь. А всё потому, что твоя просьба сама по себе является утверждением отсутствия и твои слова о том, что ты чего-то хочешь, работают только на то, чтобы произвести опыт отсутствия этого в твоей реальности.
Страх – это энергия, которая сжимает, закрывает, втягивает, убегает, прячет, накапливает, наносит ущерб. Любовь – это энергия, которая расширяет, раскрывает, посылает вовне, отпускает, дает откровение, делится, исцеляет.
Никогда ничего не делай во взаимоотношениях из чувства долга. Делай все из осознания великолепной возможности, которую твои отношения тебе предоставляют, чтобы ты решился и стал тем, Кто Ты Есть в Действительности.
Пусть у других неразбериха, Передерись хотя весь свет, Да только б дома было тихо.
Лишь в маленьком кружке интимном Есть место тонкостям взаимным. Здесь, видишь ли, полутемно, И это лучше полусвета.
Кропанье пошлостей — большое зло. Вы этого совсем не сознаете.
Я проклинаю самомненье, Которым ум наш обуян, И проклинаю мир явлений, Обманчивых, как слой румян. И обольщенье семьянина, Детей, хозяйство и жену, И наши сны, наполовину Неисполнимые, кляну.
Мир духов рядом, дверь не на запоре, Но сам ты слеп, и все в тебе мертво. Умойся в утренней заре, как в море, Очнись, вот этот мир, войди в него.
Я дух, всегда привыкший отрицать.
И с основаньем: ничего не надо.
Нет в мире вещи, стоящей пощады,
Творенье не годится никуда.
Но жалок тот, кто копит мертвый хлам.
Что миг рождает, то на пользу нам.
Я скромно высказал лишь правду, без сомненья.
Ведь это только вы мирок нелепый свой
Считаете за все, за центр всего творенья!
Что было прежде, то и тут:
Весь мир, любя лишь игры и забавы,
В конце концов — один огромный шут.
Я не всеведущ, я лишь искушен.
У меня есть предчувствие… знакомясь с женщиной, я всегда безошибочно отгадывал, будет она меня любить или нет…
Любовь, которую мы читаем в глазах, ни к чему женщину не обязывает, тогда как слова…
В сердцах простых чувство красоты и величия природы сильнее, живее во сто крат, чем в нас, восторженных рассказчиках на словах и на бумаге.
Натура — дура, Судьба — индейка, А жизнь — копейка.
Она хорошо сделала, что умерла: ну что бы с ней сталось, если б Григорий Александрович её покинул?.
Ведь есть, право, этакие люди, у которых на роду написано, что с ними должны случаться разные необыкновенные вещи!
Нет женского взора, которого бы я не забыл при виде кудрявых гор, озаренных южным солнцем, при виде голубого неба или внимая шуму потока, падающего с утеса на утес.
Где есть общество женщин — там сейчас явится высший и низший круг.
– Заметьте, любезный доктор, – сказал я, – что без дураков было бы на свете очень скучно!..
Как камень, брошенный в гладкий источник, я встревожил их спокойствие и, как камень, едва сам не пошел ко дну!
И причина обнаруживается в первой лжи – той лжи, которую вы стали считать правдой: что Богу нельзя доверять.
Божественное ни в чем не нуждается, ибо Все Сущее есть именно это: все, что существует. Так что Оно, по определению, не нуждается и не испытывает недостатка ни в чем.
То, что ты делаешь для Себя, ты делаешь для другого. То, что ты делаешь для другого, ты делаешь для Себя». Это потому, что ты и другой едины. А это потому, что… Не существует ничего, кроме Тебя
Но Создатель не управляет, а просто создает, создает – и продолжает создавать.
Ты не будешь иметь то, о чем просишь, равно как и не сможешь иметь то, чего желаешь. А всё.
Ненависть – самое разрушительное умственное состояние. Она отравляет тело, и ее последствия практически необратимы.
Пока ты придерживаешься мнения, что где-то там есть кто-то, кто «делает» всё это с тобой, ты лишаешь себя силы что-либо изменить. Только когда ты скажешь: «Я сделал это», ты найдешь такую силу.
Если ты прислушаешься к своей душе, ты узнаешь, в чем заключается «самое лучшее» для тебя, поскольку лучшее для тебя то, что для тебя истинно.
Тогда пусть разонравится. Пусть вам вместо этого нравится чувствовать, что в вас не нуждаются, потому что самый лучший подарок, который ты можешь преподнести кому-то, — это сила и возможность не нуждаться в тебе, чтобы от тебя никому ничего не было нужно.
Но выбирай секс не вместо любви, а как торжество любви. Выбирай власть не над людьми, а власть, разделенную с людьми. Выбирай славу не ради самой славы, а как средство добиться большего. И выбирай успех не за счет других, а как инструмент, с помощью которого ты помогаешь другим. И не выбирай победу любой ценой, а выбирай победу, которая другим ничего не стоит и от которой они даже выигрывают.
Не поддавайся сомнениям, неспособность отвечать за собственный выбор отравляет жизнь.
Иногда мы бессильны перед судьбой, желаниями или порывами, и это мучительно, часто непереносимо. Такое чувство будет преследовать тебя всю жизнь, иногда забываясь, а иногда превращаясь в наваждение. Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие. Это трудно, потому что бессилие часто порождает страх. Оно сводит на нет наши силы, разум, здравый смысл и открывает дорогу слабости.
Каждое утро, просыпаясь, мы получаем кредит в размере 86 400 секунд жизни в день, и, когда мы засыпаем вечером, запас исчезает, а что не было прожито за день – пропало.
– Разглядеть счастье, когда оно лежит у твоих ног, иметь смелость и решимость нагнуться, подобрать его, прижать к себе… сохранить. Это разум сердца. Просто разум, без разума сердца – всего лишь логика, и она недорого стоит.
Вчерашний день уже прошел, завтрашний еще не существует, только сегодняшний имеет значение, только настоящее.
Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие.
– Разглядеть счастье, когда оно лежит у твоих ног, иметь смелость и решимость нагнуться, подобрать его, прижать к себе… сохранить. Это разум сердца. Просто разум, без разума сердца – всего лишь логика, и она недорого стоит
Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие. Это трудно, потому что бессилие часто порождает страх. Оно сводит на нет наши силы, разум, здравый смысл и открывает дорогу слабости.
Твоя мама была настоящей леди, а настоящие леди умеют уходить достойно, не беспокоя тех, кого любят.
Потому что именно пока ты подсчитываешь, прикидываешь все за и против, жизнь проходит мимо.
Каким путем вошел, таким и выходить.
Влюбившийся на глупости горазд:
Светила и созвездья он отдаст
На фейерверк — красотке на забаву!
Пред тем, что не грозит, дрожать обречены;
Ещё не потеряв, мы плачем о потере.
Да, хорошо, конечно, где нас нет;
Когда привычный угол мы теряем,
Он поневоле кажется нам раем.
Человеком был я в мире,
Это значит — был борцом!
Лишь из души должна стремиться речь,
Чтоб прелестью правдивой, неподдельной,
Сердца людские тронуть и увлечь!
Кто вырос, тот угрюм и привередлив,
Кому еще расти, тот всё поймет.
Живут, урокам вопреки
Своим умом ученики.
Кто хочет действовать — тот позабудь покой.
Без души и помыслов высоких
Живых путей от сердца к сердцу нет.
Ах, две души живут в больной груди моей,
Друг другу чуждые, — и жаждут разделенья!
Но время — царь; пришёл последний миг, Боровшийся так долго пал старик,Часы стоят!
И к свисту пули можно привыкнуть.
Он изучал все живые струны сердца человеческого, как изучают жилы трупа, но никогда не умел он воспользоваться своим знанием.
Княжна, кажется, из тех женщин, которые хотят, чтоб их забавляли; если две минуты сряду ей будет возле тебя скучно, ты погиб невозвратно: твое молчание должно возбуждать ее любопытство, твой разговор — никогда не удовлетворять его вполне; ты должен ее тревожить ежеминутно; она десять раз публично для тебя пренебрежет мнением и назовет это жертвой и, чтоб вознаградить себя за это, станет тебя мучить — а потом просто скажет, что она тебя терпеть не может. Если ты над нею не приобретешь власти, то даже ее первый поцелуй не даст тебе права на второй; она с тобою накокетничается вдоволь, а года через два выйдет замуж за урода, из покорности к маменьке, и станет себя уверять, что она несчастна, что она одного только человека и любила, то есть тебя, но что небо не хотело соединить ее с ним, потому что на нем была солдатская шинель, хотя под этой толстой серой шинелью билось сердце страстное и благородное…
Все почти страсти начинаются так, и мы часто себя очень обманываем, думая, что нас женщина любит за наши физические или нравственные достоинства; конечно, они приготовляют ее сердце к принятию священного огня, а все-таки первое прикосновение решает дело.
С тех пор, как поэты пишут и женщины их читают (за что им глубочайшая благодарность), их столько раз называли ангелами, что они в самом деле, в простоте душевной, поверили этому комплименту, забывая, что те же поэты за деньги величали Нерона полубогом.
История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа, особенно когда она — следствие наблюдений ума зрелого над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие или удивление.
Меня невольно поразила способность русского человека применяться к обычаям тех народов, среди которых ему случается жить; не знаю, достойно порицания или похвалы это свойство ума, только оно доказывает неимоверную его гибкость и присутствие этого ясного здравого смысла, который прощает зло везде, где видит его необходимость или невозможность его уничтожения.
Удаляясь от условий общества и приближаясь к природе, мы невольно становимся детьми; все приобретенное отпадает от души, и она делается вновь такою, какой была некогда, и, верно, будет когда-нибудь опять.
Вернер намедни сравнил женщин с заколдованным лесом, о котором рассказывает Тасс в своем «Освобожденном Иерусалиме». «Только приступи, — говорил он, — на тебя полетят со всех сторон такие страхи, что боже упаси: долг, гордость, приличие, общее мнение, насмешка, презрение… Надо только не смотреть, а идти прямо, — мало-помалу чудовища исчезают, и открывается перед тобой тихая и светлая поляна, среди которой цветет зеленый мирт. Зато беда, если на первых шагах сердце дрогнет и обернешься назад!»
— Так вы не женитесь?..
— Доктор, доктор! Посмотрите на меня: неужели я похож на жениха или на что-нибудь подобное?
Так скажи, почему мне нужно так много времени, чтобы создать реальность, которую я выбираю?

По целому ряду причин. Потому что ты не веришь, что ты можешь иметь то, что выбираешь. Потому что ты не знаешь, что выбрать. Потому что ты постоянно пытаешься вычислить, что для тебя «лучше всего». Потому что тебе нужны гарантии наперед, что все твои решения окажутся «правильными». И потому, что ты все время меняешь свои решения!

Так как же нам учить нашу молодежь?

Прежде всего, обращайтесь с ними как с душами. Они — это души, которые вошли в физическое тело. Душе нелегко это сделать, и душе нелегко к этому привыкнуть. Она как бы в заточении. Если ребенка сильно ограничивать, он может вдруг выразить свой протест. Услышьте этот крик. Поймите его. И дайте своим детям столько чувства «неограниченности», сколько вы можете.

Для начала говори правду себе о себе. Потом правду себе о другом. Затем правду о себе другому. Потом правду другому о нем самом. Наконец, говори правду всем обо всем.
Это Пять Уpовней Говоpения Правды. Это пятиступенчатый путь к свободе. Истина действительно сделает вас свободными.
Если ты что-то выбираешь, то сосредоточь на этом все свои силы и помыслы. Не проявляй слабости. Действуй. Двигайся к задуманному. Будь решительным.
Самый быстрый способ перестать прятаться — говорить правду. Всем. Всегда.
Начни говорить правду прямо сейчас и никогда не переставай делать это. Для начала говори правду себе о себе. Потом правду себе о другом. Затем правду о себе другому. Потом правду другому о нем самом. Наконец, говори правду всем обо всем.
Абсолютная Власть не требует абсолютно ничего.
Не существует того, чем ты не можешь быть, не существует того, чего ты не можешь сделать. Не существует того, чего ты не можешь иметь.
Самый любящий человек – тот, кто сосредоточен на Себе.
Первый Закон заключается в том, что ты можешь быть кем угодно, делать, что тебе угодно, и иметь все, что тебе угодно. Второй закон — ты притягиваешь то, чего боишься.
Но цель взаимоотношений не в том, чтобы был другой, кто мог бы завершить тебя, а в том, чтобы был другой, с кем можно разделить свою завершенность.
Итак, ты хочешь, чтобы твоя жизнь «дала тебе передышку»? Начинай сразу же представлять ее такой, какой тебе хотелось бы ее видеть, – и погружайся в это. Выявляй каждую мысль, слово и дело, которые не находятся в гармонии с этим. Уходи от них.
Память содержит частицы воспоминаний и умеет их извлекать — никто не знает как и почему — в любой момент.
Не поддавайся сомнениям, неспособность отвечать за свой собственный выбор отравляет жизнь.
Всё на свете возможно, и, пока есть жизнь, есть и надежда.
— Я живу в абсолютном одиночестве. Вы не представляете, что это значит — не иметь возможности ни с кем поговорить, быть совершенно прозрачной, не существовать ни в чьей жизни.
— В твоей жизни было много женщин? — спросила она, не поднимая головы.
— Когда любят, то не считают!
Воспоминания должны оставаться навечно, такие мгновения должны застыть…
В долгом плавании, что ждёт тебя, никогда не теряй частицы души ребёнка, никогда не забывай свои мечты, они станут двигателем твоего существования, от них будут зависеть вкус и запах каждого твоего утра. Скоро ты узнаешь другую любовь, отличную от той, которую ты испытываешь ко мне; чувства созданы для того, чтобы делиться ими; самые лучшие воспоминания рождаются из мечты, воплощенной вместе. Одиночество — это сад, где душа высыхает; цветы, которые там растут не имеют запаха.
— Я говорил, что люблю тебя? — робко спросил он.
— Ты мне дал доказательства своей любви. Это намного больше..
Иногда мы бессильны перед судьбой, желаниями или порывами, и это мучительно, часто непереносимо. Такое чувство будет преследовать тебя всю жизнь, иногда забываясь, а иногда превращаясь в наваждение.
Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие. Это трудно, потому что бессилие часто порождает страх. Оно сводит на нет наши силы, разум, здравый смысл и открывает дорогу слабости.
Позвольте мне — хоть этикет здесь строгий, Сравненьем речь украсить: он на вид, Ни дать ни взять, — кузнечик долгоногий, Который по траве то скачет, то взлетит И вечно песенку старинную твердит. И пусть ещё в траве сидел бы он уютно, — Так нет же, прямо в грязь он лезет поминутно.
Что старость в детство нас приводит — пустяки; до самой старости мы дети — вот в чем дело!
Ты верен весь одной струне И не задет другим недугом, Но две души живут во мне, И обе не в ладах друг с другом.
Им не понять, как детям малым, Что счастье не влетает в рот. Я б философский камень дал им, — Философа недостает.
Божок вселенной, человек таков, Каким и был он испокон веков. Он лучше б жил чуть-чуть, не озари Его ты божьей искрой изнутри. Он эту искру разумом зовёт И с этой искрой скот скотом живёт. Прошу простить, но по своим приемам Он кажется каким-то насекомым. Полулетя, полускача, Он свиристит, как саранча, О, если б он сидел в траве покоса И во все дрязги не совал бы носа!
Пусть текут часы забвенья,Грусть и радость устраня; Близко время исцеленья, — Верь же вновь сиянью дня!
Все изолгались, вот в чем горе. Былой уклад невозвратим.
Довольно болтовни салонной. Не нам любезности плести. Чем зря отвешивать поклоны, Могли б мы к путному прийти.
Рабом я быть не могу, а повелевать в этом случае — труд утомительный.
Думая о близкой и возможной смерти, я думаю об одном себе: иные не делают и этого. Друзья, которые завтра меня забудут или, хуже, возведут на мой счет бог знает какие небылицы; женщины, которые, обнимая другого, будут смеяться надо мною, чтоб не возбудить в нем ревности к усопшему, — бог с ними! Из жизненной бури я вынес только несколько идей — и ни одного чувства. Я давно уж живу не сердцем, а головою. Я взвешиваю, разбираю свои собственные страсти и поступки с строгим любопытством, но без участия.
Вы, мужчины, не понимаете наслаждений взора, пожатия руки, а я, клянусь тебе, я, прислушиваясь к твоему голосу, чувствую такое глубокое, странное блаженство, что самые жаркие поцелуи не могут заменить его.
Я смеюсь над всем на свете, особенно над чувствами.
Я его понял, и он за это меня не любит, хотя мы наружно в самых дружеских отношениях.
Все нашли, что мы говорим вздор, а, право, из них никто ничего умнее этого не сказал.
Неужели, думал я, мое единственное назначение на земле — разрушать чужие надежды? С тех пор как я живу и действую, судьба как-то всегда приводила меня к развязке чужих драм, как будто без меня никто не мог бы ни умереть, ни прийти в отчаяние!
Страсти не что иное, как идеи при первом своем развитии: они принадлежность юности сердца, и глупец тот, кто думает целую жизнь ими волноваться: многие спокойные реки начинаются шумными водопадами, а ни одна не скачет и не пенится до самого моря. Но это спокойствие часто признак великой, хотя скрытой силы; полнота и глубина чувств и мыслей не допускает бешеных порывов; душа, страдая и наслаждаясь, дает во всем себе строгий отчет и убеждается в том, что так должно; она знает, что без гроз постоянный зной солнца ее иссушит; она проникается своей собственной жизнью, — лелеет и наказывает себя, как любимого ребенка. Только в этом высшем состоянии самопознания человек может оценить правосудие божие.
Взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.
Твоя собственная жизнь такова, какова она есть, благодаря тебе и тем выборам, которые ты сделал – или не смог сделать.
Это – цель твоей души. В этом ее смысл – полностью реализовать себя, будучи в теле; стать воплощением всего того, чем она в действительности является.
То, что происходит, – это просто то, что происходит. Как ты чувствуешь себя по этому поводу – это другое дело.
Существует только одна причина делать что-либо: заявить Вселенной о том, Кто Ты Есть.
Поэтому будь светом в темноте и не проклинай ее.
Глубочайшая тайна в том, что жизнь – это не процесс открытия, а процесс сотворения. Вы не открываете себя, а создаете себя заново. Поэтому стремитесь не открыть, Кто Вы Есть, а определить, Кем Вы Хотите Быть!
Любовь – это энергия, которая расширяет, раскрывает, посылает вовне, отпускает, дает откровение, делится, исцеляет.
Если вы оба на осознанном уровне согласитесь с тем, что цель ваших взаимоотношений в том, чтобы создать благоприятную возможность, а не обязательство, – возможность для роста, для полного выражения Себя, для доведения ваших жизней до уровня наивысшего потенциала, для исцеления любой ложной мысли или искаженной идеи о себе и для полного слияния с Богом посредством единения двух ваших душ, – если вы примете эту клятву вместо тех клятв, которые до сих пор принимали, – значит, отношения начались на очень хорошей ноте. Они пошли с правой ноги. Это очень благоприятное начало.
Вот почему тебе никогда не удается понастоящему и до конца полюбить другого человека. Ты никогда по-настоящему и до конца не любил Себя. Поэтому я говорю тебе: отныне и навсегда будь сосредоточен на Себе. Каждый момент смотри на то, кем ты являешься, что делаешь, что имеешь, а не на то, что происходит с другим.
Существует только одна цель всякой жизни: чтобы ты и все живое приобрели опыт самого полного счастья
Нужно просто наблюдать за выбором, и затем стараться, насколько это возможно, помочь душе в поиске и совершении более высокого выбора . Так что будь внимателен к тому, какой выбор делают другие, но не суди. Знай, что их выбор совершенен для них в данный момент, но будь готов помочь им в их поиске нового – более высокого выбора.
Каждая человеческая мысль и каждое человеческое действие основаны или на любви, или на страхе. Это все, что мотивирует человека, и все другие идеи – производные этих двух. Все остальное – просто различные вариации, различные обработки одной и той же темы.
Жизнь (как вы это называете) является для тебя возможностью познать на опыте то, что ты уже знаешь на уровне понятий. Тебе не нужно ничему учиться , чтобы сделать это. Тебе просто необходимо вспомнить то, что ты уже и так знаешь, и действовать исходя из этого. Я не уверен, что понял. Давай начнем вот с чего: душа, твоя душа всегда, с самого начала знает все, что необходимо знать. Для нее нет ничего сокрытого, ничего неизвестного. Но одного знания недостаточно. Душа стремится к опыту .
Вот первый вопрос при любом взаимодействии с другим человеком: Кто Я Есмь теперь и Каким Я Хочу Быть в отношении к этому?
Ты всегда находишься в процессе созидания. Каждый момент. Каждую минуту. Каждый день. Как ты можешь творить, об этом мы поговорим позже. А пока просто поверь Мне на слово: ты большая творящая машина, и ты порождаешь каждое новое проявление буквально с такой же скоростью, с какой ты мыслишь.
В этом смысле то, что ты желаешь для себя, есть то, чего Бог желает для тебя.
Супружество является таинством. Но не по причине его священных обязательств, а по причине его безграничных благоприятных возможностей.
Большинство людей вступает во взаимоотношения скорее с прицелом на то, что они могут из них извлечь, чем на то, что они могут в них внести. Цель любых взаимоотношений – решить, какую часть себя ты хотел бы «проявить», а не какую часть другого человека ты хотел бы захватить и удержать.
И не забывай, Кто Ты Есть, когда тебя окружит то, что не есть ты. Но восхваляй мироздание, даже стремясь изменить его.
Нет – тогда в испытаниях не было бы смысла . Смысл как раз и заключается в том, чтобы создать свой опыт и, таким образом, создать свое «Я» в этот славный момент под названием Сейчас. Так что вы не выбираете ту жизнь.
Если думаешь, что способен разделить какую-то часть своей жизни на двоих, не уверяй себя и другого, будто можно начать что-то серьёзное, если не готов по-настоящему отдавать.
Все боятся каждодневности, как будто она несет в себе фатальную неизбежность, чреватую скукой, привычкой; я в эту неизбежность не верю…
Его самолёт поднялся так высоко в небо, что остался на звёздах.
— Почему ты даешь мне все лучшее, что есть в тебе, получая так мало взамен?
— Потому что ты оказалась здесь так быстро и внезапно, потому что ты есть, и один миг с тобой — это уже невероятно много. Вчерашний день уже прошел, завтрашний еще не существует, только сегодняшний имеет значение, только настоящее.
Но самая прекрасная вещь, которую дала нам земля, то, что превращает нас в человеческие существа, — это счастье делиться с кем-то. Тот, кто не умеет делиться, — калека, инвалид без чувств.
Память содержит частицы воспоминаний и умеет их извлекать — никто не знает как и почему — в любой момент.
… слёзы уносят печаль…
Прошлое таково, каково оно есть, вот и всё.
Разглядеть счастье, когда оно лежит у твоих ног, иметь смелость и решимость нагнуться, подобрать его, прижать к себе… сохранить. Это разум сердца. Просто разум, без разума сердца — всего лишь логика, и она недорого стоит.
Море притягивает к себе наш взгляд, а земля — наши ноги.
Счастье не трогают потихоньку. Либо отдаёшь, либо получаешь. Я же отдаю, ещё ничего не получив.
Чудо — веры лучшее дитя.
А главное, гоните действий ход Живей, за эпизодом эпизод. Подробностей побольше в их развитье, Чтоб завладеть вниманием зевак, И вы их победили, вы царите, Вы самый нужный человек, вы маг. Чтобы хороший сбор доставить пьесе, Ей требуется сборный и состав. И всякий, выбрав что-нибудь из смеси, Уйдет домой, спасибо вам сказав.
Кто много предложил, тот многим угождает.
Не каждый сознает, чем он живёт.
Когда я стал судить трезвей, число Людей далеких вдвое возросло.
Как странно, Что мы вместе в этот миг, И что Земля, Растратив блеск и юность, Летит вперед Для нас лишь для двоих В чередованьи дней и сумерек безлунных.
Вы снова здесь, изменчивые тени, Меня тревожившие с давних пор, Найдётся ли наконец вам воплощенье…
Ты действуй, а не проповедуй. Что пользы от вниканья в суть?
Дух и природа – не для христиан. Вот где ты уязвим и досягаем. Мы нечестивцев на кострах сжигаем За эти лжеученья и обман.
Смерть — посетитель не ахти какой.
Напрасно истины ищу, зато, когда людей учу, их научить, исправить — не мечтаю.
Теперь пошла иная речь: Отвыкли женщины беречь, Ни в чём у них расчёта нет, — Желаний больше, чем монет!
— Как ты зовешься? — Мелочный вопрос В устах того, кто безразличен к слову, Но к делу лишь относится всерьёз И смотрит в корень, в суть вещей, в основу.
Если вы хотите, я ее еще люблю, я ей благодарен за несколько минут довольно сладких, я за нее отдам жизнь, — только мне с нею скучно…
Иногда маловажный случай имеет жестокие последствия.
И, может быть, я завтра умру!… и не останется на земле ни одного существа, которое поняло бы меня совершенно.
При возможности потерять ее навеки Вера стала для меня дороже всего на свете — дороже жизни, чести, счастья!
Зло порождает зло; первое страдание дает понятие о удовольствии мучить другого; идея зла не может войти в голову человека без того, чтоб он не захотел приложить ее к действительности.
Есть необъятное наслаждение в обладании молодой, едва распустившейся души! Она как цветок, которого лучший аромат испаряется навстречу первому лучу солнца; его надо сорвать в эту минуту и, подышав им досыта, бросить на дороге: авось кто-нибудь поднимет!
Есть люди, с которыми непременно должно соглашаться.
Сострадание — чувство, которому покоряются так легко все женщины, впустило свои когти в ее неопытное сердце.
Мы вышли вместе с Грушницким; на улице он взял меня под руку и после долгого молчания сказал: — Ну, что? «Ты глуп», — хотел я ему ответить, но удержался и только пожал плечами.
Грустно видеть, когда юноша теряет лучшие свои надежды и мечты, когда пред ним отдергивается розовый флер, сквозь который он смотрел на дела и чувства человеческие, хотя есть надежда, что он заменит старые заблуждения новыми, не менее проходящими, но зато не менее сладкими…
Потому что она тебе не во благо. Пойми, чтобы организованная религия имела успех, ей надо заставить людей поверить в то, что она нужна им. Чтобы люди были склонны верить во что-то другое, вначале они должны потерять веру в себя. Второе необходимо для того, чтобы заставить тебя увидеть, что у нее есть ответы, которых нет у тебя. А третья, самая важная задача — заставить тебя принять эти ответы без всяких вопросов.
Если ты задаешь вопросы, значит, ты начинаешь думать! Если ты думаешь — ты начинаешь возвращаться к Источнику Внутри. Религии не рассчитывают на то, что ты сделаешь это, ведь у тебя может появиться другой ответ, а не тот, который придумала религия. Поэтому религия должна заставить тебя сомневаться в Себе. Она должна заставить тебя сомневаться в твоей способности мыслить здраво.
Большинство — если не все — мировые проблемы и конфликты, а также ваши проблемы и конфликты как отдельных личностей были бы решены и устранены, если бы вы, как общество, выполнили следующее:
1. Отказались от концепции Разобщенности.
2. Приняли концепцию Открытости.
Никогда больше не воспринимайте себя отдельно друг от друга и никогда не воспринимайте себя отдельно от Меня. Никогда и никому не говорите ничего, кроме правды, и никогда больше не принимайте меньшего, чем вашу величайшую истину обо Мне.
Истина и Бог находятся в одном месте — в тишине.
Когда ты нашел Бога и когда ты нашел истину, нет необходимости говорить об этом. Это самоочевидно.
Если ты очень много говоришь о Боге, вероятнее всего, ты делаешь это потому, что все еще ищешь. Но это нормально. Просто знай, где ты находишься.
Революции и гражданские войны неизбежны, как и войны между странами, до тех пор, пока «имущие» будут стремиться продолжать эксплуатировать «неимущих», делая вид, что предоставляют возможности.


Но старайся не оказывать такую помощь, которая лишает человека собственных возможностей. То, что лишает собственных возможностей, способствует зависимости или ставит в зависимость.
На самом деле всегда есть способ помочь другим так, чтобы они почувствовали в себе больше сил.
Никогда не предлагай помощь, которая лишает человека собственных возможностей. Никогда не настаивай на оказании помощи, которая, по-твоему, необходима. Пусть человек или люди, которым нужна помощь, знают, что ты должен им дать. Затем выслушай, что они хотят, и пойми, что они готовы принять.
Говори о себе скромно, чтобы кто-то не принял по ошибке твою Высочайшую Правду за хвастовство.
Вы должны перестать воспринимать Бога отдельно от вас и себя — отдельно друг от друга.
Единственное решение — это Элементарная Истина — во Вселенной ничто не существует отдельно от чего-то другого. По существу, все взаимо­связано, неизбежно взаимозависимо, взаимодействует, вплетено в ткань всей жизни.
Уже говорилось, что если отдельным людям давать все, то им все меньше захочется зарабатывать на жизнь своим трудом.
Если я в ответе за всех, то Коммунистический Манифест был прав! «От каждого по способностям — каждому по потребностям».
Жизнь есть процесс творения, а не процесс открытия.
То, чему ты сопротивляешься, усиливается. То, к чему ты внимателен, исчезает.
Никто не делает того, чего он не хочет делать.
Чувство – это энергия в движении. Приводя энергию в движение, ты создаешь определенный эффект. Если оперируешь достаточным количеством энергии, ты создаешь материю. Материя есть сгущенная энергия. Перемещенная. Сжатая. Если ты будешь определенным образом манипулировать энергией достаточно долго, то получишь материю. Каждому Мастеру понятен этот закон. Это алхимия Вселенной. И это – секрет всей жизни.
Первый шаг – научиться отслеживать свои мысли; думать о том, о чем ты думаешь.
Ты пришел в эту жизнь не для того, чтобы чему-то учиться, — тебе нечему учиться; ты пришел проявить то, что ты уже знаешь. Проявляя это, ты приведешь свои способности в действие и создашь себя заново через свой опыт. Так ты подтвердишь свою жизнь и придашь ей смысл. Так ты привнесешь в нее святость.
Любовь – это абсолютная реальность. Это – единственное. Это – всё. Ощущение любви есть твое переживание Бога.
Значительно легче изменить то, что делаешь ты, чем то, что делает другой.
Беспокойство – это деятельность разума, который не осознает своей связи со Мной.
Если ты желаешь быть представленным точно, ты должен работать над тем, чтобы изменить в своей жизни все, что более не соответствует тому образу тебя, который ты хочешь спроецировать в вечность.
Мысль – это чистая энергия. Любая из мыслей, которые у тебя есть, были и будут, созидает. Энергия твоей мысли никогда не умирает. Никогда. Она покидает твое существо и устремляется во Вселенную, вечно расширяясь. Любая мысль вечна.
Чем больше ты есть, тем большим ты можешь стать, и чем большим ты можешь стать, тем большим ты уже можешь быть.
Продолжай, делай то, что ты действительно любишь делать! Не делай ничего другого! У тебя так мало времени. Как можно думать о том, чтобы терять какой-то миг, делая что-то, чего ты не любишь, дабы заработать на жизнь? Что это за жизнь? Это не жизнь, а умирание!
Если ты не движешься внутрь, ты движешься наружу.
На самом деле процесс идет, когда ты не борешься. Ты побеждаешь, когда сдаешься.
Ад – это противоположность радости. Это нереализованность. Это знание того, Кто и Что Ты Есть, и невозможность пережить это. Это значит быть меньше . Это и есть ад, и нет ничего худшего для твоей души. Но ад не существует как какое-то место, которое вы выдумали, где приходится гореть в некоем вечном огне или существовать в некоем состоянии непрекращающегося мучения.
Ваши телевизионные программы ничего не имеют против показа неприкрытого насилия, но стесняются показывать обнаженную любовь. Все ваше общество служит отражением такого приоритета.
В этой жизни, сын Мой, ты посланник. Вестник. Искатель и иногда глашатай Истины. Для одной жизни этого достаточно. Будь счастлив.
То, что происходит, – это просто то, что происходит. Как ты чувствуешь себя по этому поводу – это другое дело.
У счастья нет владельца. Иногда нам выпадает шанс взять его в аренду, стать его квартиросъёмщиком. И надо быть очень аккуратным с квартплатой, иначе мигом выставят за дверь.
Мужчины тоже имеют право плакать, мужчинам тоже знакома печаль.
Завтрашний день — тайна для всех, и эта тайна должна вызывать смех и желание, а не страх и отказ.
Все мечты имеют цену.

Leave your vote

0 Голосов
Upvote Downvote

Цитатница - статусы,фразы,цитаты
0 0 голоса
Ставь оценку!
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Add to Collection

No Collections

Here you'll find all collections you've created before.

0
Как цитаты? Комментируй!x