Известный во всем мире революционер и партизан держал в страхе правительства государств Южной Америки в течение нескольких лет. Ему практически удалось совершить невозможное, но его подвела команда, которая не выдержала изнурительной борьбы на протяжении долгого времени. За это время Че Гевара успел произнести большое количество действительно мотивирующих и достаточно мудрых высказываний. Ознакомиться с ними советуем в данной подборке. Ниже представлены знаменитые цитаты Эрнесто Че Гевары.

Если есть сомнения, следует убивать.
Жестоких лидеров могут заменить только новые лидеры еще более жестокие.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Лучше умереть стоя, чем жить на коленях.
Молчание — это продолжение спора другими средствами.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Будьте реалистами – требуйте невозможного.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Чтобы добиться многого вы должны потерять все.
Те, кто умирают, оставляют после себя свои благодеяния и уносят с собой свои грехи.
Чтобы добиться многого, вы должны потерять все.
Молчание — это продолжение спора другими средствами.
Жизнь человека в миллион раз дороже мне, чем все богатства олигарха на земле.
Если вы сможете найти пути без каких-либо препятствий, он, вероятно, никуда не ведет.
На Кубе нет условий для становления сталинской системы.
В ревности больше себялюбия, чем любви.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.
Обнаженная женщина являет, вероятно, меньшую опасность, нежели женщина, облаченная в одежду, если последняя расположена так искусно, что, все скрывая, вместе с тем все выставляет напоказ.

Я хочу признаться, папа, что мне очень нравятся убийства.
Бог сотворил нас по своему образу и подобию. Но откуда уверенность, что он работал в реалистической манере?
Печально не иметь друзей, но еще грустнее, не иметь врагов.
Если у человека нет ни одного подлинного увлечения, он подобен деревянному идолу, который стоит там, где его поставили.
Я знаю, что ты пришёл убить меня. Стреляй, трус, ты всего лишь убьёшь человека.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Каждого человека можно выслушать, но не с каждым стоит разговаривать.
Непременно до победы. Родина или смерть!
Жестоких лидеров могут заменить только новые лидеры еще более жестокие.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Я не освободитель. Освободители не существуют. Люди сами освобождают себя.
Я не освободитель. Освободители не существуют. Люди сами освобождают себя.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Если вы сможете найти пути без каких-либо препятствий, он, вероятно, никуда не ведет.
Жизнь отдельного человека стоит в миллион раз больше, чем все имущество самого богатого человека на земле.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Если есть сомнения, следует убивать.
Чтобы добиться многого, вы должны потерять все. Мы не можем быть уверены в том, что нам есть ради чего жить, пока мы не будем готовы отдать за это свою жизнь.
Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах… Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
Мы не можем быть уверены в том, что нам есть ради чего жить, пока мы не будем готовы отдать за это свою жизнь.
После революции работу делают не революционеры. Её делают технократы и бюрократы. А они — контрреволюционеры.
Передайте Фиделю, что революция не закончена, она все равно восторжествует! Скажите Алейде, пусть снова выйдет замуж, будет счастлива и позаботится, чтобы дети хорошо учились. И прикажите солдатам целиться хорошо.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Печально не иметь друзей, но еще грустнее не иметь врагов.
Молчание — это продолжение спора другими средствами.
Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах. Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
После революции работу делают не революционеры. Её делают технократы и бюрократы. А они — контрреволюционеры.
Каким бы путем ни пошло человечество, не может быть все сведено к чистогану, пошлости и «побрякушкам комфорта», и за защиту человеческого достоинства можно пожертвовать жизнью.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все – банда преступников и убийц.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц.
Где-нибудь в лесу, долгими ночами (с заходом солнца начиналось наше бездействие) строили мы дерзкие планы. Мечтали о сражениях, крупных операциях, о победе. Это были счастливые часы. Вместе со всеми я наслаждался впервые в моей жизни сигарами, которые научился курить, чтобы отгонять назойливых комаров. С тех пор въелся в меня аромат кубинского табака. И кружилась голова, то ли от крепкой „гаваны“, то ли от дерзости наших планов — один отчаяннее другого.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Лучше умереть стоя, чем жить на коленях.
Каким бы путем ни пошло человечество, не может быть все сведено к чистогану, пошлости и «побрякушкам комфорта», и за защиту человеческого достоинства можно пожертвовать жизнью.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Каким бы путем ни пошло человечество, не может быть все сведено к чистогану, пошлости и «побрякушкам комфорта», и за защиту человеческого достоинства можно пожертвовать жизнью.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Будьте реалистами – требуйте невозможного.
Где-нибудь в лесу, долгими ночами (с заходом солнца начиналось наше бездействие) строили мы дерзкие планы. Мечтали о сражениях, крупных операциях, о победе. Это были счастливые часы. Вместе со всеми я наслаждался впервые в моей жизни сигарами, которые научился курить, чтобы отгонять назойливых комаров. С тех пор въелся в меня аромат кубинского табака. И кружилась голова, то ли от крепкой „гаваны“, то ли от дерзости наших планов — один отчаяннее другого.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Чтобы добиться многого вы должны потерять все.
Жестоких лидеров могут заменить только новые лидеры, еще более жестокие.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Если вы сможете найти пути без каких-либо препятствий, он, вероятно, никуда не ведет.
Жестокость империализма — жестокость, которая не знает пределов и не признаёт национальных границ. Зверства США равнозначны зверствам гитлеровских армий, равнозначны зверствам бельгийских парашютистов или французского империализма в Алжире. Поскольку суть империализма заключается в превращении человека в животное. Кровожадное животное! Предназначенное для резни, убийств, уничтожения. Вплоть до уничтожения даже самого образа революционера или партизана любой страны. Они топчут его своими сапогами, потому что даже его образ борется за свободу.
Я хочу признаться, папа, что мне очень нравятся убийства.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Ты пришел убить меня. Пожалуйста, успокойся и хорошо прицелься. Ты убиваешь мужчину.
Революция – это не яблоко, которое падает, когда оно созрело. Вы должны заставить его упасть.
Я хочу признаться, папа, что мне очень нравятся убийства
Будьте реалистами — требуйте невозможного!
Каким бы путем ни пошло человечество, не может быть все сведено к чистогану, пошлости и «побрякушкам комфорта», и за защиту человеческого достоинства можно пожертвовать жизнью.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства. Вероятно, в этом и состоит великая внутренняя драма каждого руководителя. Он должен совмещать духовную страсть и холодный ум, принимать мучительные решения, не дрогнув ни одним мускулом. Наши революционеры должны поднять до уровня идеалов свою любовь к народу, к своему святому делу, сделать её нерушимой и целостной. Они не могут снизойти даже до малой дозы повседневной ласки там, где обычный человек это делает. Руководители революции имеют детей, в чьём первом лепете нет имени отца. Их жёны — частица тех жертв, которые они приносят в жизни. Круг их друзей строго ограничен товарищами по Революции. Вне её для них нет жизни.
Чтобы добиться многого, вы должны потерять все.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц.
Страны социалистического лагеря морально ответственны за прекращение своего молчаливого согласия на участие в эксплуатации совместно с западными государствами.
Где-нибудь в лесу, долгими ночами (с заходом солнца начиналось наше бездействие) строили мы дерзкие планы. Мечтали о сражениях, крупных операциях, о победе. Это были счастливые часы. Вместе со всеми я наслаждался впервые в моей жизни сигарами, которые научился курить, чтобы отгонять назойливых комаров. С тех пор въелся в меня аромат кубинского табака. И кружилась голова, то ли от крепкой „гаваны“, то ли от дерзости наших планов — один отчаяннее другого.
Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.
Ты явился, чтобы лишить меня жизни. Не волнуйся, ты лишишь жизни мужчину.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Товарищ для меня тот, кто имеет настолько сильное чувство справедливости, что видя любую неправду, постарается побороть её, чего бы это ему не стоило.
После революции работу делают не революционеры. Её делают технократы и бюрократы. А они — контрреволюционеры.
Мы не можем быть уверены в том, что нам есть ради чего жить, пока мы не будем готовы отдать за это свою жизнь.
Мечтали о сражениях, крупных операциях, о победе. Это были счастливые часы.
Моё поражение – ещё не свидетельство невозможности победы. Немало людей проигрывали на пути покорения Эвереста, но в итоге высота всё-таки была покорена.
Живя в реальном мире, стремись к невероятному!
Жестокость империализма — жестокость, которая не знает пределов и не признаёт национальных границ.
Всё время нужно думать о народе, а не об отдельно взятых личностях. Задумываться только о личностях – преступление, поскольку их интересы – ничто, если сравнивать их с общественными.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побежден.

Я хочу признаться, папа, что мне очень нравятся убийства.
Нет никакой уверенности в том, что наша жизнь имеет цель, пока мы не поймём, что наконец готовы ради неё идти до конца.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Let me say, at the risk of seeming ridiculous, that the true revolutionary is guided by great feelings of love.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь.
Не нужно затевать судебных тяжб. Перед лицом революции все аргументы второстепенны. Мы должны верить в то, что делаем. Все остальные – шайка разбойников и висельников.
Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все – банда преступников и убийц.
Если есть сомнения, следует убивать.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Я знаю, что ты пришёл убить меня. Стреляй, трус, ты всего лишь убьёшь человека.
Печально не иметь друзей, но еще грустнее, не иметь врагов.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах… Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
Молчание — это продолжение спора другими средствами.
Если вы сможете найти пути без каких-либо препятствий, он, вероятно, никуда не ведет.
Только пуля может заставить меня перестать мечтать.
Я знаю, что ты пришёл убить меня. Стреляй, трус, ты всего лишь убьёшь человека.
Чтобы добиться многого, вы должны потерять все.
Я хочу признаться, папа, что мне очень нравятся убийства.
Я не освободитель. Освободители не существуют. Люди сами освобождают себя.
Молчание — это продолжение спора другими средствами.
Будьте реалистами — требуйте невозможного!
Передайте Фиделю, что революция не закончена, она все равно восторжествует! Скажите Алейде, пусть снова выйдет замуж, будет счастлива, и позаботится, чтобы дети хорошо учились. И прикажите солдатам целиться хорошо.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Печально не иметь друзей, но еще грустнее не иметь врагов. It’s a sad thing not to have friends, but it is even sadder not to have enemies.
Каким бы путем ни пошло человечество, не может быть все сведено к чистогану, пошлости и «побрякушкам комфорта», и за защиту человеческого достоинства можно пожертвовать жизнью.
Не важно, если я упаду, до тех пор, пока кто-то другой возьмет мой пистолет и будет продолжать стрелять.
Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля.
Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
Я знаю, что ты пришёл убить меня. Стреляй, трус, ты всего лишь убьёшь человека.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Если вы сможете найти пути без каких-либо препятствий, он, вероятно, никуда не ведёт.
Непременно до победы. Родина или смерть!
Будьте реалистами — требуйте невозможного!
Непременно до победы. Родина или смерть!
Я не освободитель. Освободители не существуют. Люди сами освобождают себя.
Если есть сомнения, следует убивать.
Жестоких лидеров могут заменить только новые лидеры, еще более жестокие.
Cruel leaders are replaced only to have new leaders turn cruel!
Жизнь отдельного человека стоит в миллион раз больше, чем все имущество самого богатого человека на земле.
Печально не иметь друзей, но еще грустнее, не иметь врагов.
Если есть сомнения, следует убивать.
Передайте Фиделю, что революция не закончена, она все равно восторжествует! Скажите Алейде, пусть снова выйдет замуж, будет счастлива, и позаботится, чтобы дети хорошо учились. И прикажите солдатам целиться хорошо.

Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах… Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
Авангард революции приносит свои жизни на ее алтарь.
Судьба первопроходцев революции трагична и достойна преклонения.
Нужно уметь становиться грубее, сохраняя в себе свою нежность.
Истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства”.
Государства соцлагеря обязаны порицать капиталистические страны-эксплуататоры, а не молчанием поддерживать их.
Молчние – это не конец спора, а его новый уровень.
Не важно если я упаду, до тех пор, пока кто-то другой возьмет мой пистолет и будет продолжать стрелять.
Скорее всего легкая дорога никуда не приведет.
Жестоких лидеров могут заменить только новые лидеры, еще более жестокие.
После победы революции, борцы за идеалы уступают свое место бюррократам. А они не верят в идеалы.
Участь возвышенна и печальна.
Родина или смерть!
Кубинец Че Гевара говорил: “Смерть предпочтительнее рабству.”
Судьба первопроходцев революции трагична и достойна преклонения.
Многие назовут меня авантюристом, и я … только один из них: тот, кто рискует своей кожей, чтобы доказать свою правду.
Авангард революции приносит свои жизни на ее алтарь.
Мое поражение не будет означать, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побежден.
Когда нечем гордиться в настоящем, хвастаются вчерашними заслугами.
Величайшая победа — победа над самим собой.
Если вы сможете найти пути без каких-либо препятствий, он, вероятно, никуда не ведет.
Если вас охватывает ярость при виде несправедливости, то вы мне друг.
Мы не можем быть уверены в том, что нам есть ради чего жить, пока мы не будем готовы отдать за это свою жизнь.
Лишь все отринув, можно все приобрести.
Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах… Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Че Гевара: “Молчние – это не конец спора, а его новый уровень.”
После революции работу делают не революционеры. Её делают технократы и бюрократы. А они – контрреволюционеры.
Вы мой товарищ, если чувство справедливости заставляет вас бороться со всеми проявлениями неправды.
Только когда мы будем знать, за что нам стоит умереть, только тогда поймем, для чего нам нужно жить.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.
Жестоких лидеров могут заменить только новые лидеры еще более жестокие.
Социалистические страны несут моральную ответственность прекратить своё молчаливое соучастие в эксплуатации со странами Запада.
Всегда следует думать о массах, а не об индивидуумах Об индивидуумах думать преступно, потому что интересы индивидуума ничего не значат перед лицом человеческого сообщества.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Меня называли Боровом.
Нет, потому что я был грязным».
Hasta la victoria siempre. Patria o muerte./Непременно до победы. Родина или смерть!
Печально не иметь друзей, но еще грустнее не иметь врагов.
Печально не иметь друзей, но еще грустнее не иметь врагов.
Создадим один, два, три Вьетнама!
Жизнь отдельного человека стоит в миллион раз больше, чем все имущество самого богатого человека на земле.
Неважно, если я упаду, до тех пор, пока кто-то другой возьмет мой пистолет и будет продолжать стрелять.
Родина или смерть: мы победим.
После революции работу делают не революционеры. Её делают технократы и бюрократы. А они — контрреволюционеры.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц.
Всегда до победы.
Первая обязанность революционера – быть образованным.
Передайте Фиделю, что революция не закончена, она все равно восторжествует! Скажите Алейде, пусть снова выйдет замуж, будет счастлива, и позаботится, чтобы дети хорошо учились. И прикажите солдатам целиться хорошо.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Первая обязанность революционера – быть образованным
Я не освободитель. Освободители не существуют. Люди сами освобождают себя.
Печально не иметь друзей, но еще грустнее не иметь врагов.
Моё поражение не будет означать, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, но в конце концов Эверест был побеждён.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Я — Че Гевара и стою (для вас) больше живым, чем мёртвым больше живым, чем мёртвым.
Не следует устраивать волокит с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц.
Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.
Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ.
Революция – это не яблоко, которое падает, когда оно созрело. Вы должны заставить его упасть.
Если я проиграю, то это не будет значить, что нельзя было победить. Многие потерпели поражение, стараясь достичь вершины Эвереста, и в конце концов Эверест был побеждён.
Я не освободитель. Освободители не существуют. Люди сами освобождают себя.
Я не освободитель. Освободителей не существует. Люди сами освобождают себя.
Мы не можем быть уверены в том, что нам есть ради чего жить, пока мы не будем готовы отдать за это свою жизнь.
Не важно, если я упаду, до тех пор, пока кто-то другой возьмет мой пистолет и будет продолжать стрелять.
Чтобы добиться многого, вы должны потерять всё.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.
Я всегда любил мечтать и никогда не перестану, пока полет моей мечты не остановит пуля…
Каким бы путем ни пошло человечество, не может быть все сведено к чистогану, пошлости и «побрякушкам комфорта», и за защиту человеческого достоинства можно пожертвовать жизнью.
Не важно, если я упаду, до тех пор, пока кто-то другой возьмет мой пистолет и будет продолжать стрелять.
После революции работу делают не революционеры. Её делают технократы и бюрократы. А они — контрреволюционеры.
…Развитие стран, вставших на путь освобождения, должно быть оплачено социалистическими странами. ‹…› Мы считаем, что братские отношения обязывают сильные страны помогать зависимым и развивающимся странам и строить с ними отношения, забыв о «взаимной выгоде» и мировом рынке, торгашеские цены которого разоряют и без того бедные государства. Как можно говорить о «взаимной выгоде», когда и на сырьё, добытое с таким трудом бедными странами, и на технику, созданную на гигантских автоматизированных заводах, установлены одни и те же цены мирового рынка? Если мы введём подобные отношения между государствами с большим индустриально-техническим потенциалом, и нациями, ещё не вышедшими на столь высокую ступень развития, мы признаем, что развитые социалистические страны являются в определённом смысле пособниками империалистов. ‹…› Социалистические страны должны прекратить молчаливое пособничество эксплуататорам.
Мои мечты не знают границ, пока пуля не прервет их полет.
Я вновь чувствую пятками ребра моего Россинанта, вновь, облачившись в доспехи, отправляюсь в путь… Я считаю, что вооруженная борьба есть единственный выход для народов, борющихся за свое освобождение, и я последователен в своих взглядах. Многие называют меня авантюристом. Это правда. Но только я авантюрист особого рода, один из тех, кто рискует жизнью, чтобы доказать свою правоту. Вполне возможно, что я пытаюсь сделать это в последний раз. Я не ищу подобного конца, но, рассуждая логически, он вполне возможен… И воля, которую я укреплял с воистину актерской увлеченностью, вынуждает действовать мои слабые ноги и утомленные легкие. Я достигну своей цели
Every day People straighten up the hair, why not the heart?