Самые острые высказывания и фразы (200 цитат)

Хорошее воспитание — это умение скрывать, как много мы думаем о себе и как мало о других.

Когда стоишь перед выбором, просто подбрось монетку. Это не даст верного ответа, но в момент когда монетка в воздухе, ты уже знаешь на что надеешься.

Чем больше ты доверился человеку, тем больший у него соблазн тебя предать.

Такой вот парадокс: мы совершаем подвиги для тех, кому до нас уже нет никакого дела, а любят нас те, кому мы нужны и без всяких подвигов…

Каждому человеку нужно какое-нибудь хобби — якобы с целью «выйти из стресса», — но ты-то прекрасно понимаешь, что на самом деле люди попросту пытаются выжить и не сойти с ума.

Чем дольше ты ждёшь, тем больше вероятность, что ты ждёшь не там.

Наверное, никого нельзя насильно заставить измениться, даже если он сам об этом просит. В конце концов, если ты созрел, то сможешь измениться и без посторонней помощи, сам.

Трусливый друг страшнее врага, ибо врага опасаешься, а на друга надеешься.

Счастье — это свойство характера. У одних в характере его всё время ждать, у других непрерывно искать, у третьих — повсюду находить.

— Романенко, быстро неси вазелин!
— Семен, давай останемся друзьями!

Ничто так не выдает человека, как то, над чем он смеётся.

Иногда момент, который ты так долго ждал, приходит в самое неподходящее время…

Проще расстаться с человеком, чем с иллюзиями на его счёт.

Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.

Лучшая помощь бедным — не стать одним из них.

У нас две жизни, и вторая начинается, когда мы понимаем, что у нас только одна.

Дай человеку костёр — и он будет греть его одну ночь. Подожги человека — и ему будет тепло до конца жизни.

Отвечать на вопрос — признак слабости.

Намного проще сидеть и слушать умных людей, чем заняться реальными проблемами и задачами.

Предпринимательство — это когда всё идёт не так, как ты задумывал.

Нужны маленькие шаги на пути к большому результату.

Я пытаюсь ему объяснить, что это неправильно, что так делать нельзя. А он думает, что это шутка.

Если вы добились успеха в одном виде бизнеса, вы добьётесь успеха в любом виде бизнеса.

Знаете, что еще неверно в фильмах, рассказывающих об инновациях? Никто не пишет математические формулы на стекле. Так не бывает.

Самая важная вещь, которую должны сделать предприниматели, — выбрать что-то, что им сильно нравится, работать над этим, но не погружаться в это полностью, пока оно не заработает.

Районы называются теперь — спальными! Люди приходят туда только поспать, а уходят, чтобы оплатить квартиры в этих спальных районах. Они спят, потому что устали работать, а работают, чтобы оплатить то место, где спят.

В этом мире нет справедливости. Смиритесь.

Вы не знаете, что подарить подруге на 8 Марта? Значит вы её не знаете…

Если бы никто никогда не рисковал, Микеланджело расписал бы фресками пол Сикстинской капеллы.

Жизнь — довольно рискованное занятие.

Кто ничего не оставляет на долю случая, почти все делает правильно — только ему мало что удается сделать.

У истоков каждого успешного предприятия стоит однажды принятое смелое решение.

Результат управления без риска — бизнес без выигрыша и удовольствия.

Неопределенность и риск — главная трудность и главный шанс бизнеса.

В минуту нерешительности действуй быстро и старайся сделать первый шаг, хотя бы и лишний.

Сильные люди не любят свидетелей своей слабости.

Они улыбаются, когда ты звонишь им, но у них нет времени позвонить тебе.

Вечно я говорю «очень приятно с вами познакомиться», когда мне ничуть не приятно. Но если хочешь жить с людьми, приходится говорить всякое.

8 Марта — это день цветов и конфет.

Если вы решили расстаться со своей девушкой, но не знаете, как это сделать культурно, просто подарите ей на 8 Марта носки.

Не знаю, что подарить мужу на 23 Февраля. У него уже есть всё, что мне надо.

— Я люблю тебя. — Это пройдёт, Грейс. Всё проходит…

— Что за хрень происходит с ним последнее время? — Если бы я знала — купила бы лекарство в аптеке.

Когда план хорош — торопиться смысла нет.

Знаете, джентльмены, есть ад, а есть другое место — ниже ада.

— Она нашла на телеграфе список имен. И в этом списке наши с тобой имена значатся. Что это за список такой, где имя коммуниста идет рядом с именем букмекера? — Быть может, это список тех, кто тщетно питает надежды нищих? Мы с тобой, Фредди, только в одном отличаемся: мои лошади… Мои лошади, иногда все же выигрывают.

Когда лошадь берет барьер, в этом есть что-то, от чего становится хорошо. Может, это риск, может, игра. В любом случае именно это мне и нужно.

Рисковать — это значит прыгнуть с обрыва, расправляя крылья в полете.

Да, в эдакие-то мгновения забываешь и все прежние неудачи! Ведь я добыл это более чем жизнию рискуя, осмелился рискнуть и — вот я опять в числе человеков!

Далеко заплывает лишь тот, кто готов рисковать. Безопасные лодки не отходят далеко от берега.

Слово «кризис», написанное по-китайски, состоит из двух иероглифов: один означает «опасность», другой — «благоприятная возможность».

Каждый шаг художника — приключение, величайший риск. В этом риске, однако, и только в нем, заключается свобода искусства.

Из тех бросков, которые ты не сделал, 100% — мимо ворот.

Болит меньше, когда тебе просто безразлично.

Нет ничего хуже, чем любить кого-то, кто никогда не перестанет тебя разочаровывать.

Знаешь, что самое стрёмное? Осознание того, что всё, во что ты верил — абсолютная чушь.

Умереть за любовь не сложно. Сложно найти любовь, за которую стоит умереть.

У людей теперь нет времени друг для друга.

Хорошие друзья, хорошие книги и спящая совесть – вот идеальная жизнь.

Каждому нужен кто-то, кто его выслушает.

Я, например, всегда расстраиваюсь, когда думаю о жизни, что не использую свою возможность и теряю драгоценные секунды, а жизнь так коротка.

Все сочувствуют несчастьям своих друзей, и лишь немногие — радуются их успехам.

— Ты знал, что они собирались взять Эден? — Знаю ли я про Эден? Да. — Ты знал, что они собираются это сделать еще до того, как они это сделали? Потому что это определяет главного, так? Того, кто знает обо всем еще до того, как что-то произойдет. — Я знаю, что я знаю, знаешь ли. Если ты не знаешь, значит ты, мать твою, не знаешь, не так ли?

Господу все равно, где ты живешь в трущобах или во дворце, Господу все равно беден ты или богат. Для него ты все равно остаешься божьим.

— Поднимите руки те, кто воевал во Франции; те, кто стоял плечом к плечу со своими товарищами и видели, как они умирают, поднимите руки. Кровь, пролитая на полях Фландрии, реки вашего пота, и кому-то из вас досталась награда? Может быть, вам? — Нет! — Может быть, вашим женам? — Нет, нет! — Так кому же тогда? Они есть среди нас? — Нет! — Или они сидят по домам, в комфорте, с набитыми животами, когда вы пытаетесь наскрести жалкие гроши на обувь вашим детям? И что они предлагают вам за ваши жертвы? Они урезают вам жалование! Вот ваше вознаграждение.

— Иногда я жалею, что спас тебя от той пули во Франции. — Поверь, иногда и я об этом жалею.

В тебе здравомыслие матери и безрассудство отца. Я вижу, как они борются. Пусть победит мать.

Вы не должны позволять вашему прошлому влиять на ваши суждения.

Там, во Франции, я привык смотреть как умирают люди, но не привык к виду умирающих лошадей, они тяжело умирают…

— Вам веселую песню или грустную? — Грустную. — Хорошо, но предупреждаю, я разобью вам сердце. — Уже разбито…

Рискнуть — значит на мгновение потерять точку опоры. Не рисковать — значит потерять самого себя.

Нельзя выиграть войну под лозунгом «Осторожность прежде всего».

Всегда надо лезть в горячую воду, тогда останешься чистым.

Вся жизнь — управление рисками, а не исключение рисков.

Умеренность — роковое свойство. Только крайность ведет к успеху.

Домогаться малых выгод ценой большой опасности — все равно что удить рыбу на золотой крючок: оторвись крючок, и никакая добыча не возместит потери.

Кто наблюдает ветер, тому не сеять, и кто смотрит на облака, тому не жать.

Когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей – по морю.

А кто говорил, что будет легко? Всякие отношения — это сложно! Но если вы хотите быть рядом даже тогда, когда всё плохо — значит это по-настоящему!

Какая это роскошь — в любую минуту иметь возможность обнять любимого человека…

Восемьдесят три процента всех дней в году начинаются одинаково: звенит будильник.

Самый хороший способ испортить отношения — это начать выяснять их.

Забыть боль так трудно — но ещё труднее помнить хорошее.
Счастье не оставляет шрамов. Мирные времена ничему нас не учат.

Ложь ходит быстрее правды.

Виски — самая лучшая сыворотка правды, сразу показывает, кто лжет, а кто нет.

— Ты обрюхатил Аду, потому что она Шелби? Думал, это поможет тебе стать кем-то? Я не позволю испоганить жизнь моей сестре, ради твоих планов. — Господи, ты в самом деле в это веришь? Я люблю ее, Томми. Люблю с тех пор, как ей было девять, а мне двенадцать. И она любит меня. Ты хоть слово такое знаешь?

— Томми, нам дали худшую работу. — Да, а мы еще и сами вызвались… Иногда это длится целую ночь… Я лежу здесь и слышу лопаты и кирки… за стеной, там. И молюсь, что солнце взойдет раньше, чем они докопают. Нет, я не молюсь — я надеюсь. И иногда получается — солнце побеждает. Но чаще всего — лопаты побеждают солнце.

В пабах люди много чего болтают. Чаще всего, за них говорит виски.

— Дома люди совсем другие. — В смысле? — Расслабленнее, беззащитнее.

— Ада говорила, что вы все держите в себе. — Так поступают мужчины. — У вас хорошая сестра, она мне понравилась. Ей нелегко видеть, как брат и муж борются друг с другом. Томас, мужчинам тоже нужно выговариваться.

Я кое-что понял. Мы с вами очень разные, но в то же время совершенно одинаковые. Как отражение в зеркале. Мы ненавидим людей, а они, в свою очередь, ненавидят нас. И боятся нас. В конечном итоге ваше сердце будет разбито, как и мое. Такие как мы, мистер Шелби, всегда будут одни. И за всю любовь, которую мы получаем, приходится дорого платить.

«Дорогая Грейс, я пишу это письмо с тяжелым сердцем. Я точно знаю, что ты сделала и с кем ты это сделала. Ничего этого не будет упомянуто в отчете, тем не менее, ты должна знать, я в курсе, что ты отдалась человеку, который является нашим заклятым врагом. Это не просто измена, это отвратительнейший поступок, твой отец стыдился бы тебя. Что касается меня — я опустошен. Ты предала каждый принцип и понятия чести, данные тебе от рождения и во имя чего?» — Любви…

— А кто рассказал все полиции? — Знаешь, Джон, учитывая, какой я умный, выходит, что это мог быть только я.

У Раневской спросили: что для неё самое трудное?
— О, самое трудное я делаю до завтрака, — сообщила она.
— И что же это?
— Встаю с постели.

Вот, например, если мужчине нравится женщина, он должен ее завоевать, а если женщине нравится мужчина, она… она же должна ему сдаться. То есть проиграть. Проигрывает, выигрывая. Мы играем в шашки. Они играют в поддавки… Кривая женская логика… Всегда у них так.

Ну почему то единственное, что мы не имеем, мешает нам наслаждаться всем тем, что мы имеем?

«Твои» люди остаются с тобой, как бы ты ни ныл, каким бы ором ни орал, как бы ни пропадал. Они просто есть, они рады тебе открыть дверь протянуть руки, разделить бутерброд.

Раньше он не мог сделать выбор, потому что не знал, что будет потом. Теперь он знает, что будет и потому не может сделать выбор.

— Ты тоже это ненавидишь?
— Ненавижу что?
— Неловкое молчание. Почему людям обязательно нужно сморозить какую-нибудь чушь, лишь бы не почувствовать себя в своей тарелке?
— Не знаю. Хороший вопрос.
— Только тогда понимаешь, что нашла по-настоящему особенного человека, когда можешь просто заткнуться на минуту и с наслаждением разделить с ним тишину…

— Будешь искать её? — Она в прошлом, а прошлое меня не волнует, впрочем, будущее уже тоже…

— Одна минута перед боем. Солдатская минута. В бою это все, что у тебя есть. Одна минута на все. Все, что было до — бессмысленно, всё, что будет после — бессмысленно тоже… Ничего не сравнится с этой минутой. — Разве у тебя было недостаточно таких минут во Франции?

Дорогая Грейс, я пишу тебе без злости, очень давно я научился ненавидеть своих врагов, но еще никогда никого из них я не любил.

Проще всего договориться с отчаянным человеком.

Помнится, я где-то читал, что вы, ирландцы, не можете договориться между собой. Король предлагает подписать мирное соглашение, а вы раздуваете конфликт. Забавно, не так ли? Война за мир…

Хотите меня убить — цельтесь в голову. Там все проблемы. От выстрела в живот умирают пол дня. Я видел таких на войне, солдаты ходят с кишками в руках, как с грязным бельем.

— Ей нужна помощь. — Боже! Она же Шелби! <…> Она же сестра дьявола Острых козырьков! — Но сама-то она ангел.

— А сколько будет стоить ваш костюм? — Я не плачу за костюмы. Либо они за счет заведения, либо заведение сгорает.

— Я не знаю, что здесь делать. — Артур, ты две трети жизни провел в пабах. Просто наливай вместо того, чтобы пить. — Но я же все равно могу пить? — Твой паб — делай, что хочешь.

Ох, уж эти подростки! Думают, что главное — иметь побольше друзей.
Достаточно и одного. Одного-единственного, но своего.

У нее что-то заклинило внутри, а он просто идиот. Влюбленные все такие.

И не могу сказать, что не могу жить без тебя — поскольку я живу.

Оставаться наедине со своими мыслями — весьма опасное занятие… но очень полезное!

Беда в том, что если я тебе не верю, то я не могу верить твоим словам о том, что тебе можно верить.

Большая любовь, очевидно, заключается в доверии, в радости друг от друга, в уважении личной жизни друг друга и в уважении профессионального выбора.

Нет более жалкого зрелища, чем человек, объясняющий свою шутку.

Как бы мне хотелось, чтобы кто-нибудь где-нибудь ждал меня. В конце концов, это не так уж и сложно.

По-моему, мне надо перестать думать. Я долго думал, прежде чем пришел к этому заключению.

Интернет, он не сближает. Это скопление одиночества. Мы вроде вместе, но каждый один. Иллюзия общения, иллюзия дружбы, иллюзия жизни…

Соседняя очередь всегда движется быстрее.

Бывает, встретишь настоящего красавца, а потом поговоришь с ним, и через пять минут он скучный, как кирпич. А бывают другие. Знакомишься с ними и думаешь: «А ничего, нормальный». А потом узнаешь их поближе и понимаешь, что лицо им подходит, как будто на нем написана вся их сущность. И они вдруг начинают казаться такими красивыми…

Кто хочет удержать – тот теряет. Кто готов с улыбкой отпустить – того стараются удержать.

Мы не выбираем, в кого влюбляться. Этот выбор непредсказуем!

Машины не лошади — у них нет сердца, с ними не поговоришь.

— Томми, я хочу, чтобы среди всех людей в мире именно ты оценил мою смелость. <…> — Смелость — это бывать в тех местах, где не бывали другие мужчины. А о Лиззи Старк такого сказать нельзя.

— Надеюсь, ты помнишь, кто он? Он обрезал людям уши и языки. — Я помню, кто он! — Проблема работы под прикрытием в том, что важно помнить, кто ты.

Гнев побеждает страх.

— Ты произнес прекрасную речь, что веришь в равные права для женщин компании, но когда доходит до дела, ты нас не слушаешь. Ты не доверяешь женщинам? Томас, это была всего одна женщина, может пора ее забыть? — Забыть кого?

Полагаю, получить пулю от женщины также больно, как и от мужчины? Только позорнее. Знаете, мистер Кэмпбелл, когда я получил пулю, то мне дали медаль, а вам, видимо, не дали… <…> Каждый раз, когда вы опираетесь на трость, вы, должно быть, видите её лицо.

Чтобы тебя здесь не было, когда я вернусь! Если вернусь. «Если» — неотъемлемая часть жизни в Бирмингеме.

Обязательно дружите с теми, кто лучше вас. Будете мучиться, но расти.

В конце концов, именно такой человек и нужен… Который сам приходит, когда необходим… Которого никогда не нужно просить…

Они улыбаются, когда ты звонишь им, но у них нет времени позвонить тебе.

Хорошие друзья, хорошие книги и спящая совесть – вот идеальная жизнь.

Все сочувствуют несчастьям своих друзей, и лишь немногие — радуются их успехам.

— Я обязательно, ты слышишь? Я обязательно, — сказал Медвежонок. Ежик кивнул.
— Я обязательно приду к тебе, что бы ни случилось. Я буду возле тебя всегда.
Ежик глядел на Медвежонка тихими глазами и молчал.
— Ну что ты молчишь?
— Я верю, — сказал Ежик.

… какая-то часть тебя уходит с тем, кого ты потерял, ведь дружба — это как любовь. Лучше ни к кому не привязываться, слишком это рискованно.

Если бы мы встретились в другом месте и в другое время, мы бы стали друзьями.

Необходима большая смелость, чтобы противостоять врагам, но гораздо большая, чтобы пойти наперекор друзьям.

Никто по-настоящему не знает, что ты чувствуешь, к чему ты действительно стремишься и что ты на самом деле пробуешь делать для достижения тех или иных целей. Черт, я даже сам, собственно, не знаю к чему стремился все это время. Единственное, что я знал — это то, что я не хотел быть всего лишь составляющей огромной системы под названием «общество».

— Да не бывает такого, чтоб мужик один разок изменил. Вот то, что один разок попался, вот это бывает.

Чем хуже у девушки дела, тем лучше она должна выглядеть.

Найти лучшего друга — самая большая удача в жизни…

Опасность таится в том, что порой мы обожествляем боль, даём ей имя человека, думаем о ней непрестанно.

Всегда прощайте своих врагов, ничто не раздражает их так сильно.

Люди просят совета только для поддержки решения, которое они уже приняли.

Шутим, шутим, а тоска всё растёт, растёт…

Настоящий друг с тобой, когда ты не прав. Когда ты прав, всякий будет с тобой.

Ох, уж эти подростки! Думают, что главное — иметь побольше друзей.
Достаточно и одного. Одного-единственного, но своего.

… не всё потеряно и жизнь не кончена, пока у тебя есть хорошая история и друг, которому её можно рассказать.

Найти лучшего друга — самая большая удача в жизни…

— Я просто хочу, чтобы мы были друзьями.
— Забавно. Это последнее, кем бы мне хотелось быть для тебя.

Я друзей не выбираю. Это занятие глупое и бесполезное. Мне гораздо интереснее выбирать овощи на рынке. Друзья – это подарки судьбы.

— А вы кто?
— Я отшельник.
— Отшельник с друзьями?
— Да, объединились. Каждые десять лет собираемся, обсуждаем свои пещеры. Это весело!

Зима пробуждает аппетит. Пока на улицах лежит снег, шоколадное пирожное — лучшее лекарство.

Финал — это всегда нелегко, обычно я столько всякого по-напридумываю, что никто не соответствует моим ожиданиям, и я разочарован. Я даже не знаю, почему для меня так важно, как здесь всё окончится. Наверное, это потому, что нам всем хочется верить, будто всё, что мы делаем, важно, что люди прислушиваются к вам, что им важно, о чем мы думаем, а на самом деле радуетесь, если благодаря вам хотя бы один человек почувствовал себя лучше. Ведь главное — это люди, которые были в вашей жизни. В моей памяти всплывают лица, которые я видел тут раньше. Члены семьи, коллеги, ушедшая любовь, и даже те, кто ушел от нас.

Люди плачут не потому, что они слабые, а потому, что они были сильными слишком долгое время.

Есть песни, под которые хочется танцевать, песни, которым хочется подпевать, но лучшие песни — это те, которые возвращают тебя к моменту, когда ты впервые услышал их, и снова, и снова разбивают твоё сердце.

Ещё вчера ты верил в прекрасное будущее с ней, а сегодня ты живёшь прошлым, и не понимаешь, зачем тебе настоящее…

Когда мы встречаем особенного человека, мы отдаем ему все свое время, он поглощает все наши мысли, и всякий раз нам приходится его терять…

Дойдя до конца, люди смеются над страхами, мучившими их в начале.

— Вы слыхали о Дэйви Джонсе, да? Морская косточка! Славная душа! Но как-то наткнулся на камень преткновения всех мужчин.
— Что это за камень?
— И правда… Что это?
— Море!
— Алгебра!
— Дихотомия добра и зла!
— Бабы.

Четыре года медицинского колледжа, четыре года медицинского факультета и тонна неоплаченных счетов помогли мне понять одну вещь: я ни хрена не знаю.

Сначала ты молчишь, потому что придумал причину обидеться… Потом будет неловко нарушить молчание. А потом, когда уже всё уже забудется, мы просто забудем язык, на котором понимали друг друга…

Если вашу мечту легко осуществить, значит это фигня, а не мечта.

Человек чувствует себя неуютно, когда говорит о себе. Дайте ему маску, и он расскажет вам всю правду.

Боль оказалась такой неожиданной, сильной и незаслуженной, что она даже не заплакала, а очень сильно удивилась.

Я вообще-то не люблю такие места, где полно людей. У меня от этого клаустрофобия.

Если женщина говорит, что все «так», значит все не «так». А если она говорит, что все «не так», значит вообще все «не так».

— Самый полезный опыт, это познать не свой характер, а характер своего друга, и вовремя сделать выводы.
— Или ноги.

Если отказаться от надежды спасти друга означает поумнеть, то я лучше навсегда останусь глупцом.

Но мы не друзья! Мы два человека, которые притворяются друзьями потому, что было бы неудобно не быть ими.

У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей.

Недоверие к друзьям — вершина бесчестья.

В вопросах дружбы размер не имеет значения.

Есть события, пережив которые нельзя не проникнуться друг к другу симпатией.

Если бы мы слушались нашего разума, у нас бы никогда не было любовных отношений. У нас бы никогда не было дружбы. Мы бы никогда не пошли на это, потому что были бы циничны: «Что-то не то происходит» или: «Она меня бросит» или: «Я уже раз обжёгся, а потому…» Глупость это. Так можно упустить всю жизнь. Каждый раз нужно прыгать со скалы и отращивать крылья по пути вниз.

Верните мне лучшего друга, я люблю её.

Так трудно найти нужные слова, чтобы удержать тебя. Наверное это из-за того, что я понимаю бессмысленность этих попыток.

Мы должны признать очевидное: понимают лишь те, кто хочет понять.

Всё можно пережить, если подобрать нужную песню.

Ну не меняться же мне из-за каждого идиота!

Мне нужно идти. В движении чувства не так душат, как ночью, когда ворочаешься в постели, собирая одеяло в плотный комок, чтобы было кого обнимать во сне.

Мой друг Борух Фарбер, фотограф, говорил:
— Девушки, когда фотографируетесь, надо говорить «сыр», а не «утюг»!

Когда вам покажется, что цель недостижима, не изменяйте цель — изменяйте свой план действий.

Не нравится? Выходы есть на всех этажах.

Музыка глушит печаль.

Иногда такую глупость услышишь, а оказывается – точка зрения.

Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер. Мертвому это все ни к чему.

Знакомые появляются и исчезают, а лучшие друзья — это навсегда. Потому что даже тогда, когда ты не знаешь, куда идешь, они помогают осознать, что ты идешь туда не один.

Никогда не преувеличивайте глупость врагов и верность друзей.

У победителя много друзей, и лишь у побежденного они настоящие.

— Подонок, это было последнее пиво. Я убью тебя!
— И я убью тебя, друг. Я тоже тебя убью.

Семью определяет не кровное родство, семья — это те, о ком ты заботишься. Поэтому вы для меня больше, чем друзья: вы — моя семья.

Бывший лучший друг уже никогда не может стать просто хорошим знакомым. Когда накал дружбы падает, всегда возникает смущение и общее острое неудобство. Даже «привет!» всегда говоришь с протезной улыбкой. Кого пустил однажды в душу, просто так уже не прогонишь. Там навсегда останется его пустой стул.

Требуется немалое мужество, чтобы противостоять врагам. Но еще больше мужества нужно, чтобы противостоять друзьям.

— Как тебя понимать?
— Понимать меня необязательно. Обязательно любить и кормить вовремя.