Все становятся религиозными, когда садятся в самолет.
Я считаю, что действительно настоящая религия — это Доброе Сердце.
He все святые, кто ходит в церковь.
Церковь, связывая, дарует свободу.
Разве Церковь — в стенах? Церковь — во множестве верующих.
Для государства высший закон — благо народа, для Церкви — спасение душ.
Доброжелательность ко всем существам — вот истинная религиозность.
Если бы не Церковь, никто бы не знал про евреев.
Церковь – скорее лечебница для грешников, чем музей святых.
Америка стала такой возбужденной и нервной, что уже многие годы я не видел прихожанина, который спит в церкви.
Я впечатлен, насколько продвинутой стала ваша группа — вы уже не боитесь плыть в открытое море без страха упасть за край Земли.
Даже видимая Церковь видима только верующим, ибо для неверующего таинство есть только обряд, и Церковь только общество.
— Я отпускаю грехи только католикам. — Ясно. А как к вам поступить? Поколотить протестанта?
Когда Церкви не удалось убедить людей делать то, чему она учит, она стала учить тому, что делают люди.
Когда дело идет о вопросах религии, люди берут на себя грех изворотливой неискренности и интеллектуальной некорректности.
И в настоящее время Церковь есть царствие Христово и царствие небесное.
Я вот думал, почему люди, старея, всё активнее читают Библию. И тут меня осенило: они ведь готовятся к выпускному экзамену.
Церковь состоит из национальных церквей, так же как человечество из наций.
Все, что я вижу пришло в упадок: религия — модная замена вере, искусство — болезнь, любовь — иллюзия.
Послушание без веры церковь предпочитает вере без послушания.
Журналист: «Какое это чувство — знать, что у террористов 11 сентября была та же религия, что и у Вас?». Мохаммед Али: «Какое это чувство — знать, что у Гитлера была та же религия, что и у Вас?»
И если ты услышишь, что кто-то прикрывает свою ненависть религией, не слушай их. Потому что ненависть не идет от религии, она исходит от страха.
Церковь вечно должна созидаться, ибо вечно гниет изнутри и терпит нападки извне.
Личность — тайна одного, брак — тайна двух, церковное общество — тайна трех.
Когда я делаю добро, я чувствую себя хорошо. Когда я поступаю плохо, я чувствую себя плохо. Вот моя религия.
Церковь — место, где джентльмены, никогда не бывавшие на небесах, рассказывают небылицы тем, кто никогда туда не попадет.
Некоторые лингвисты-антропологи считают, что религия – это языковой вирус, который переписывает нервные окончания в мозгу, притупляет критическое мышление.
Музыка — это моя религия.
Власть церквей обусловлена языком, который они сумели сохранить.
Религия — это симптом иррациональной веры и беспочвенной надежды.
Я ничего не имею против церкви — пока она не вмешивается в дела Всевышнего.
Убить большое количество людей просто потому, что они не выглядят как вы, не говорят как вы, и у них нет таких же шляп как у вас. Вы когда-нибудь замечали, что каждый раз, как вы видите две группы людей, которые серьёзно ненавидят друг друга, велики шансы, что они носят разные шляпы.
Сколько людей не ходило бы в церковь, если бы их видел там один только Бог!
Если бы в одно прекрасное утро мы обнаружили, что отныне все люди — одной нации, одной веры и одной расы, то еще до обеда мы бы изобрели новые предубеждения.
Извините, но если я захочу петь про Господа, я пойду в церковь. Причина того, почему я не хожу в церковь, в том, что большинство церквей не особенно задумывается о людях с нетрадиционной ориентацией. Или о женщинах. Или о науке.
Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.
Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворных храмах живет.
Люди, уверяющие, что мораль и религия не нужны лишь потому, что встречаются плохие люди среди верующих, подобны людям, готовым запретить электричество, потому что кого-то может убить током.
Мы должны всегда быть готовы верить: то, что видится мне белым, — черно, если иерархическая Церковь определяет так.
Каждая церковь должна быть Церковью Всех Святых.
Я всегда буду любить Россию и надеяться, что русская молодёжь не допустит саморазрушения от токсичного микса национализма и религиозного фанатизма.
Христианская церковь есть общество грешников. Это единственное общество, вступить в которое могут лишь недостойные.
Церковь — это единственная диктатура, которая выстояла века.
Люди приходят в церковь не для того, чтобы найти там Бога, а чтобы поделиться Богом друг с другом.
Современная религия является отражением современной мифологии. Странно, что находятся люди, которые до сих пор воспринимают Библию буквально.
История русской церкви есть только сокращенное повторение истории церкви византийской.
Так низость голую я прикрываю лохмотьями священных ветхих текстов и, сердцем дьявол, выгляжу святым.
Как все религиозного типа сообщества, церковь еще на пороге храма требует от верующего полного отказа от самостоятельного мышления.
А я и не говорил, что деньги — это плохо. Я с уважением отношусь к любой религии, какой бы рабской она не была.
Церковь – это место, где джентльмены, никогда не бывавшие на небесах, расхваливают их перед людьми, которые никогда туда не попадут.
Насмехаться над славой, религией, любовью, над всем в мире — это большое утешение для тех, кто не знает что делать.
В сравнении с церковью все властители выглядят мелкими дилетантами.
Я за прекращение любой атеистической пропаганды — если прекратится религиозная.
Не то плохо, что в церкви полно пустых скамеек, а то, что скамейки заполнены пустыми людьми.
Однажды я встретил священника-иезуита, и сказал: «Какая самая короткая молитва в мире?» И он сказал: «Хер с ним».
Силу своих религиозных чувств лучше всего узнаешь, когда священник подходит к тебе с тарелкой для пожертвований, а у тебя только пятидолларовые банкноты.
— Жак, как вы относитесь к христианству? — Это замечательная идея! Когда они собираются воплотить ее в жизнь?
Невежество — первая предпосылка веры, и поэтому церковь так высоко его ценит.
Что можно сказать о жизни, когда люди собираются выслушивать небылицы, идущие вразрез со всеми законами Вселенной, чтобы просто спокойно прожить день?
Он был верующим в том смысле, что церковь, которую он не посещал, была католической.
Говорят, что каждый десятый — гей. И если это правда, то один из двенадцати апостолов мог быть геем. Мой вариант — Симон, потому что это имя — самое гейское.
А что, если церкви — это усыпальницы не только для мертвых, но и для живых?
Церкви нужны не реформаторы, а святые.
Если стремишься к душевному покою и удовольствию, тогда веруй; если стремишься знать правду, тогда исследуй.
Нет спасения вне церкви.
Все умные люди исповедуют одну и ту же религию. Какую? Умные люди никогда об этом не говорят.
Есть две вещи, которых мужчине постичь не дано: это тайна Творения и шляпка его жены.
Онтологическое вранье о свете в конце тоннеля – вот что продают священники. И психиатры.
Бог стучится в сердце, а дьявол — в голову.
Есть ли религия, не приправляющая веру виной, как обжора – пищу специями? Я таких не знаю.
Кто говорит: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец, ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит?
Религия — величайший обман человечества.
В гости к Богу не бывает опозданий.
Удивительно, как охотно люди сражаются за религию и как неохотно живут по её предписаниям.
Я бы сошел с ума от несправедливости этого мира, если бы не знал, что последнее слово останется за Господом Богом.
Ад, должно быть, клевое место, раз малые, что придумали религию, так хотели, чтобы туда, кроме них, никто не попал.
Не продавай душу дьяволу — Бог даст за нее больше.
Религия не опиум для народа. Религия — плацебо для народа.
Всевышний отвечает тремя способами. Говорит «да» и дает, что ты хотел. Говорит «нет» и дает то, что лучше. Говорит «потерпи» и дает самое лучшее.
Да, я пошел против Папы Римского. Это случилось потому, что я приехал в Ватикан и увидел крыши из золота. А потом услышал, как Папа говорит о том, что Церковь беспокоится о бедных детях… Но, черт возьми, продай крышу, сделай хоть что-нибудь!
Ты открой своё Сердце для Бога. Веру, в Душу свою ты впусти.. и бывает Сурова дорога, Но Всевышний, поможет пройти…
Христос мне, в общем, нравится, но вся остальная муть в Библии — не особенно.
Когда ты начинаешь менять музыку на деньги, Господь покидает комнату.
Он любит воображаемое существо, неспособное на взаимность. Как миллионы тех, кто ходит в церковь.
Бог нас никогда не оставляет, Его оставляем мы.
Все религии были придуманы людьми.
Для кого-то Бог на небе, а для кого-то в собственном сердце. И этот Бог в сердце не даёт опуститься ниже определенного человеческого уровня… Он не позволит ударить ногой собаку, обидеть старика, плохо относиться к родителям.
Одним религия лечит душу, другим – серьёзно калечит голову.
Разум мой не силён и не слишком глубок, Чтобы замыслов божьих распутать клубок. Я молюсь и Аллаха понять не пытаюсь — Сущность бога способен понять только бог.
Веришь ты в Бога или нет, мама не может умереть совсем, её бессмертие здесь, в сердце ребенка, которого она любила.
Отходя от Бога, человек испытывает адскую муку.
Когда религия строится вокруг денег, у нее нет ничего общего с духовностью.
Этот мастер всевышний — большой верхогляд: Он недолго мудрит, лепит нас наугад. Если мы хороши — он нас бьет и ломает, Если плохи — опять же не он виноват!
К Богу приходят не экскурсии с гидом, а одинокие путешественники.
Не находишь оправдания другим, но находишь себе самому? Тогда пройдет совсем немного времени, и Христос не найдет оправдания для тебя.
И по старой привычке он возблагодарил бога за то, что перестал в него верить.
Стоит повернуться к дьяволу спиной, и увидишь путь к Богу…
Бойтесь людей, чей Бог на небе.
Природа есть в некотором смысле Евангелие, благовествующее громко творческую силу, премудрость и величие Бога. И не только небеса, но и недра земли проповедуют славу Божию.
Точка зрения, будто верующий более счастлив, чем атеист, столь же абсурдна, как распространенное убеждение, что пьяный счастливее трезвого.
Я долго искал Бога у христиан, но Его не было на кресте. Я побывал в индуистском храме и древнем буддийском монастыре, Но и там не нашел я даже следов Его. Я отправился к Каабе, но Бога не было и там. Тогда я заглянул в свое сердце. И только там узрел Бога, Которого не было больше нигде…
Религия только одна, но в сотне обличий.
После Бога мы в первую очередь в долгу перед женщиной: сперва она дарует нам жизнь, а потом придает этой жизни смысл.
В городах стоят храмы, наполненные золотом и серебром, не нужным богу, а на папертях храмов дрожат нищие, тщетно ожидая, когда им сунут в руку маленькую медную монету.
Я верю в Бога и считаю, что он есть в каждом человеке.
– Ты не мог выключить сотовый в церкви? – Может, это Бог?
Согрешив, ни к чему себя адом стращать! Стать безгрешным не надо себе обещать! Для чего милосердному Богу безгрешник! Грешник нужен Всевышнему, чтобы прощать!
Дьявол оказал церкви такие услуги, что меня поражает, как его до сих не канонизировали.
Отчего Всемогущий Творец наших тел Даровать нам бессмертия не захотел? Если мы совершенны — зачем умираем? Если несовершенны — то кто бракодел?
Я не молился Богу. Я не молился Ему тридцать семь лет, почти не вспоминал Его. Я Его отверг. Я сам был бог, богочеловек. Сейчас я постиг малую толику своего заблуждения.
Когда у какой-либо одной религии возникает претензия заставить все человечество принять ее доктрину, она становится тиранией.
Мир полон звуков! Звуки — все мы сами! и только Бог тихонько ходит между нами.
А обедня — это то же, что и обед?
Бог дает человеку не то,что он хочет,а то,что ему надо. Поэтому не спрашивайте»За что»,а подумайте»Для чего».
Я думаю, что вечер мы можем закончить разговором о человеческой душе. Все крупнейшие религии учат нас, что после окончания жизни душа не погибает. Так что же значит умереть?
Я всё больше прихожу к убеждению, что о Боге нельзя судить по созданному им миру: это лишь неудачный этюд.
Регулярное посещение церкви так же не способно сделать человека христианином, как регулярное посещение гаража не способно сделать человека шофёром.
Жизнь это трудное дело. И она становится невыносимо трудна, когда из нее изгоняется Бог.
Здание клуба атеистов и церковь стоят по соседству, как сказать: хотите верьте, хотите нет.
Мы — послушные куклы в руках у Творца! Это сказано мною не ради словца. Нас по сцене Всевышний на ниточках водит И пихает в сундук, доводя до конца.
Основная задача всех церквей была одна и та же: внушать бедным холопам, что для них — нет счастья на земле, оно уготовано для них на небесах, и что каторжный труд на чужого дядю — дело богоугодное.
Вся история церкви — смесь заблуждения и насилия.
Наш брак основан на лжи, но также на лжи основаны другие прекрасные вещи как религия и история Америки.
Церковь тем постоянно и держится, что она — враг прогресса и ставит рогатки на его пути. Но как только прогресс побеждает, она спешит причислить это к своим заслугам. Все, что церковь проклинает, — живет, все, чему она противится, — расцветает.
Если люди хороши только из-за боязни наказания и желания награды, то мы действительно жалкие создания.
Цивилизация не достигнет своего совершенства до тех пор, пока последний камень последней церкви не упадет на голову последнего священника.
Я думаю, большинство людей верят в Бога на всякий случай.
Церковь. Все это слово есть название обмана, посредством которого одни люди хотят властвовать над другими.
— Мы не уверены точно, что это был припадок. Он же всегда так делает: поёт песни и исцеляет людей. — Как интересно. Религиозное поведение так похоже на безумие, что мы не можем их отличить.
Церковь – единственный бизнес, который в плохие времена переживает пик конъюнктуры.
Библия — важнейшее литературное произведение, но когда люди умирают за слова, написанные на бумаге, — это странно и опасно!
Самую мелкую услугу можно получить только за деньги, церковь ничего не делает даром.
— Вера — это не болезнь. — Нет, конечно. С другой стороны, она распространяется и убивает кучу людей.
Меня всегда удивляло, что женщинам разрешают входить в церковь. О чем они могут говорить с Богом?
Католики, одним из которых я был, пока не достиг сознательного возраста, и прочие христиане — против абортов. Ещё они против однополых связей. Ну и что это за херня? Оставьте гомосексуалов в покое, у них-то гарантированно никогда не будет ни одного аборта! Вот и попробуйте найти в религии хоть каплю логики.
Держите свою религию при себе.
Если единственное, что удерживает человека в рамках приличия — это ожидание божественной награды, тогда этот человек кусок дерьма.
Церковь, насколько она есть видимое учреждение, есть также форма общего духа, который действует на частный дух, как высшее законодательство и высшее требование.
Представьте, что нет рая. Это просто, попробуйте! Под нами нет ада, Над нами только небо.
Церковь, это своего рода государство, но особенно лживое.
В одном из своих эссе я написал, что Христос был знаменит в первую очередь из-за того, что его убили. У каждой религии есть свой Иисус, которого убивают. Всё это происходит из-за того, что людям надо во что-то верить, потому что они не верят в себя.
Обряд – религиозный пепел: он охраняет остаток религиозного жара от внешнего холода жизни.
Человека можно заставить (деньгами или угрозой) ходить в церковь — но не более того.
Религия заключается в добре, а не в жалкой теологической болтовне.
Бог умер! Бог не воскреснет! И мы его убили! Чем же еще являются эти церкви, если не могилами и надгробиями Бога?
Если бы освобождение крестьян зависело исключительно от церкви, то крепостное право существовало бы, вероятно, и доныне.
Смотря на них, как они веруют в Бога, так и хочется уверовать в черта.
У Бога нет религии.
Хоть мы живем и в материальном мире, но человеческое сознание стремится к чему-то более высокому. Многим хочется верить, что существует другая реальность и духовный мир, поэтому в мире существует великое множество религий. А каждая религия стремится разжиться собственными церквями и храмами, и благодаря пожертвованиям верующих это удается. В данной подборке собраны цитаты о церквях и храмах.
🔄 Обновлено: 15.06.2025
Я считаю, что действительно настоящая религия — это Доброе Сердце.
Я всегда буду любить Россию и надеяться, что русская молодёжь не допустит саморазрушения от токсичного микса национализма и религиозного фанатизма.