Красивые цитаты про студентов (50 цитат)

— Днем студентка, а вечером барменша?
— Обучение не бесплатное. А еще и за жилье надо платить.
— Ты не говорила, что ты инженер-эколог.
— А ты не говорил, что ты министр обороны.

Гиена — животное, весьма почитаемое некоторыми восточными народами за благочестие: она часто навещает по ночам места захоронений. Впрочем, такое же обыкновение есть и у студентов-медиков.

Вчера была поэтесса двадцати одного года — с поклонником физиком. Стихи талантливы, но пустые, читала манерно и выспренне. Я спросил, есть ли у нее в институте товарищи. Она ответила, как самую обыкновенную вещь:
— Были у меня товарищи — «ребята», — теперь это значит юноши, — но всех их прогнали.
— Куда? За что?
— Они не голосовали за наше вторжение в Чехо-Словакию.
— Только за это?
— Да. Это были самые талантливые наши студенты!
И это сделано во всех институтах.

В какой-то момент в студенческом самосознании произошел перелом – они решили, что должны существовать на уровне не ниже средних менеджеров крупных компаний. Тогда и начались проблемы с персоналом, точнее, с его отсутствием.

— Кристин, это капец…
— Да-да, они называют это стипендией…

В конце каждого семестра наступает время, когда преподаватель может проучить, отомстить и публично унизить — «сессия» называется!

М-да, это и есть моя группа? Пара тощих загорелых дочерна белобрысых шибздиков с хитрющими глазами, юная леди в розовых лосинах и подобии балетной пачки, высокомерно задравшая острый носик, и нечто унылое в черном комбезе. Унылое — это я, если кто не понял.

Вот с моими студентами хоть крокодил заговорит — они не удивятся! Зато могут споить в мгновение ока и продать в зоопарк за хорошие бабки в евро.

– И почему все студентки так выглядят? Ведь большинство девушек от природы хорошенькие, но студентки – просто пугала. Наверное, всё дело в окружении. Тут хочешь не хочешь становишься толстой, прыщавой и близорукой.
– Истинно научный подход, а с наукой не поспоришь.

Вообще, никто особо не любит брать первый курс… Как выражается мой папенька: «И тут каждый суслик начинает из себя агронома корчить».

Баклан, прилетающий последним, щелкает клювом и пролетает дальше.

Выходило, что я был самый незаинтересованный студент во всем колледже. Меня посетило чувство превосходства.

Москва товарная студентов любит
И выручает, дает работу.

Если вы сейчас подумали, что мы просто молчим и тупим, то это не так. Мы следуем древнему студенческому ритуалу — молчать и тупить с жалким выражением лица перед преподом, в надежде на плюс один балл. Потому что, если ты откроешь рот, когда препод начал задавать вопросы, то любая твоя фраза уделает даже Кличко. Может, у этих гребанных волшебников есть какие-то амулеты для устранения красноречия, не знаю. Хотя обождите. А что, если это все потому, что мы нихрена не учим и все тупо списываем? Да не, бред какой-то. По нам сразу видно, что мы интеллектуалы.

Почти все «девочки» и некоторые «мальчики» однокурсники. Зачем они на литфаке? Некоторые, явно, решили неопределённость в выборе профессии таким образом. Некоторым здесь учиться казалось (так, пожалуй, и есть) всего легче. Некоторые, одержимые болезнью «самомнения», заявились «учиться на писателей и поэтесс». Многим нужен университетский знак, а литература — легчайший способ его присвоения. И почти все эти здесь случайно. Литературу они не любят, не понимают, не ценят. Они ничего не хотят видеть в ней и ничего не сделают для неё.

Важнейшее умение преподавателя — не показывать студентам, что их оскорбления тебя задели. Надо выждать и сквитаться с ними, когда настанет удачный момент.

Коротка жизнь мага, а жизнь преподавателя еще короче. Не враги, так адепты доконают.

— А что за той дверью? Голодный вурдалак?
— Гораздо хуже, — ухмыльнулся директор. — За той дверью очередь из двухсот двенадцати поступивших, которым не терпится подписать свой договор.

Вообще-то я сторонилась студентов университета, грубых, поглощенных собой и еще более того – собственной молодостью: они видели в ней источник для переживаний или повод для скуки.

Подавлять студенческое движение — значит загонять болезнь внутрь, вместо того чтобы взглянуть правде в лицо.

Я студент.
Компьютер вместо башки, мне забили её хренотенью

В словаре студентов не было понятий «прилично — неприлично». Как все самцы рода Homo sapiens, оказавшиеся в группе численностью свыше двух человек, они деградировали буквально на глазах.

— Извини, я такой бомж, что даже к чаю ничего не принесла.
— Извини, я такой бомж, что у меня даже чая нет. Проходи.

— Четыре года колледжа, двести тысяч долларов — плата обучения, стоимость книг -= пять тысяч, питание и проживание — двадцать пять тысяч, заснуть пьяным на столе — пятьсот долларов, две оливки в носу?..
— Бесценно!..

— Им нельзя доверять!
— Да почему нельзя — то?
— Ты не знаешь их! Ты не понимаешь их! Для них мы не люди! В их глазах я — оружие, она — шлюха!
— Ну, мне кажется, ты немного недооцениваешь память преподавателей на фамилии.

К тому же, я заявил студентам, что во имя будущего человечества мне бы хотелось, чтобы их всех стерилизовали.

Исключительность любого университета определяется числом исключенных студентов.

… бедный студент, существо дурнославное и пренебрежимое…

В сущности, о профессоре можно судить еще до того, как он откроет рот, по манере, с какой он слушает студента, плавающего перед ним. Есть профы важные, сидят, точно в суде председательствуют. Дурно воспитанный проф разваливается в своем кресле, зевая от скуки, глядит в потолок и ковыряет в носу. Проф-комедиант не перестает улыбаться с тонким видом, гримасничает, поднимает брови. Проф-псих и крикун то и дело что-то яростно записывает, но потом почти не говорит, не обобщает. Существует даже проф-охальник, который разглядывает сидящую с ним рядом студентку, точно она продажная девка или он сам — сеньор, располагающий правом первой ночи.

Пицца и невозможно горячий чай. Классический завтрак студента.

— Только повара моего не обижать! Он ненадолго, так, недели на две.
— А он что, мужчина?
— Какой мужчина? Студент.

Меня награждали почти все руководители нашей страны, при которых я жил. Но самая главная для меня награда — учить студентов. Я просто очень люблю их.

— Ненавижу теплые сортиры, пыльные ковры и домашние тапочки. Я весь в молодости, а молодость во мне.
— Уйду в общежитие.

Ибо забыл ты первую заповедь студиоза! В вечных скрижалях написано: «Не восхрапи на лекции ибо храпом своим ты разбудишь соседа своего!».

Университетское образование должно быть широким и разносторонним. Но этим студентам образование не дают, их натаскивают. Набивают начинкой, как страсбургского гуся. Заталкивают в глотку жидкую кашицу, от которой раздается только одна какая-то часть их мозгов. Как целое ум такого студента игнорируется ради развития той его части, что обладает рыночной ценностью.

Утром Марина ездила на занятия, балдея от своего статуса и своей учености – студентка университета!!! – а вечером балдела от красивой возвышенной бедности студенческого общежития: четыре койки впритык, чаек с пряниками и мудрые хрестоматии.

Мы пересекли несколько зеленых лужаек, на которых валялись студиозы в черных хламидах. Я хмыкнула – кто с учебником, а кто с бутылкой – ничто из века в век не меняется!

Вадим обхватил ладонью подбородок и задумался. Ну, это у него привычка такая, еще с института. На ладони, тогда, было что-нибудь написано, типа шпаргалки, и это позволяло Вадику подглядывать и вспоминать нужные данные. Правда, один раз ладонь вспотела. Уж очень важный экзамен был. Препод больше пораженно рассматривал вязь узоров на подбородке Вадима, чем слушал его ответ.
— Понятненько, молодой человек! — Наконец прищурился преподаватель. — Вот только тут у вас неувязочка вышла. Вы тут цифру забыли вставить. Разрешите, я исправлю!
И преподаватель, не дрогнувшей рукой, вывел на скуле Вадика цифру «2». Вадику потом стоило больших трудов выправить положение. Так вот, шпаргалок на ладони больше не было, а привычка осталась.

— Я хотел бы навсегда остаться в колледже.
— Почему?
— Потому что там меня все знают. Диджей имеет вес. Он — фигура. Все ждут, что я сделаю из своей жизни нечто грандиозное. Но за стенами колледжа, я такой же неудачник, как все. Безымянный. Безликий. Испуганный. Простой прохожий…

Студенты на то и студенты, чтобы целоваться, — закон жизни, может, самый справедливый на свете.

Ещё одного я не мог от них добиться – вопросов. В конце концов один студент объяснил мне: «Если я задам Вам вопрос во время лекции, потом все будут говорить: «Зачем ты отнимаешь у нас время на занятиях? Мы стараемся что-то узнать. А ты прерываешь лекцию, задавая вопросы». Это было какое-то непостижимое высокомерие, так как никто ничего не понимал в происходящем, и все только делали вид, что понимают. Они притворялись, что им все ясно. И если кто-то задавал вопрос, признавая тем самым, что ему не все понятно, на него смотрели сверху вниз и говорили, что он отнимает время.

Процесс обучения в Университете осуществлялся древним как мир способом: помещаешь большое количество молодых людей как можно ближе к огромному количеству книг и надеешься, что каким-то невероятным путем хотя бы что-то из последних перетечет в первых. В то время как указанные молодые люди предпочитают «помещаться» как можно ближе к тавернам и всякого рода забегаловкам — по той же самой причине и с той же самой целью.

Надо быть круглым идиотом, чтобы соревноваться, кто больше выпьет, со студентами!

По-моему, молодежи не стоит культивировать в себя иждивенчество и какую-то неполноценность. Нужно преодолевать препятствия и доказывать, что Вы – самые лучшие, самые достойные.

А вы дайте студенту-практиканту короткое разделочное заклинание и убедитесь, что четыре ошибки в слове из трёх букв — это далеко не предел, а уж последствий может быть куда больше, причём все такие неожиданные, что сильно позеленевший учитель сбежал от нас уже на второй минуте практики.

В наши дни студенты только и делают, что жалуются на нищету, на то, как трудно поддерживать беспутный, гедонистический образ жизни.

Первая пара вот-вот уйдет в историю, а потом на десять минут университет вновь станет похожим на психиатрическую клинику с уклоном устойчивого всеобщего помешательства. Коридоры наводнят толпы разношерстных пациентов: уличные рэперы, редко принимающие душ ботаники, готы, гопники, эмо, хипстеры, трэши, да и просто те, кто плывет по течению и не парится за свои идеалы. А факультет иностранного языка порой и вовсе напоминает фильм «Властелин Колец» Питера Джексона.

Если честно, я всегда был плохим студентом, даже когда хотел учиться.