Эрих Фромм — именитый психолог немецкого происхождения. Эрих является одним из основателей такого направления психологии, как нейрофрейдизм. Окончив школу в 1918 году, он поступает в университет, где активно занимается изучением философии и социологии. И спустя 4 года, он защищает свою докторскую диссертацию. Популярность и всемирную известность ему принес труд «Бегство от свободы». В данной подборке собраны цитаты из книг Эриха Фромма.

Любить – это значит проявлять продуктивную активность, которая имплицитно включает в себя потребность заботиться о другом существе или предмете, стараться узнать его, стремиться к нему, радоваться ему, будь то человек, дерево, картина или идея. Любить кого-то, означает тревожиться о нем, будить его к жизни, усиливать в нем желание жить; и одновременно любовь – это процесс самовозрождения и самообновления.
Точно так же, как современное массовое производство требует стандартизации продукции, социальные процессы требуют стандартизации людей, и эта стандартизация называется у нас «равенством».
Чем глубже мы заглядываем в себя или в кого-то другого, тем больше от нас ускользает задача познания.
На самом деле большинство представителей нашей культуры под привлекательностью понимают чаще всего смесь популярности и сексуальной привлекательности.
Неверно было бы считать, что любовь – это прежде всего отношение к какому-то конкретному человеку; это – установка, ориентация характера личности, определяющая отношение личности к миру в целом, а не к одному лишь «объекту» любви.
Нищета мучительна не только из-за страданий, которые она причиняет напрямую, но еще и потому, что лишает бедняка радости отдавать.
Любовь разрушает стену, отделяющую человека от других людей, и объединяет его с ними; любовь заставляет человека преодолеть чувство обособленности и отчуждения, позволяя ему оставаться самим собой, сохранять свою целостность. Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя.
Еще одним условием успешного овладения искусством является страстная заинтересованность в этом.
Зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостность личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке.
Для того чтобы иметь веру, необходимо мужество, способность идти на риск, готовность переносить боль и разочарование.
Тесно связан с заботой еще один аспект любви – ответственность.
Для большинства проблема любви – это прежде всего проблема того, как быть любимым, а не того, как любить самому, то есть не проблема способности любить.
Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя
Вера в себя – условие нашей возможности что-то обещать, а поскольку, по словам Ницше, человек определяется его способностью обещать, вера оказывается одной из опор человеческого существования.
Чувство отчужденности порождает тревогу; оно и является источником всех тревог.
Если человек любит кого-то одного и безразличен ко всем остальным, то это не любовь, а симбиотическая привязанность или расширенная версия эгоизма.
Отдавать – значит в высшей степени проявлять свою состоятельность.
Самой фундаментальной разновидностью любви, лежащей в основе всех ее типов, является братская любовь.
Забота, ответственность, уважение и понимание – базовые элементы, общие для всех форм любви
Мужчины и женщины делаются как противоположные полюса.
Современный человек превратил себя в товар; он ощущает свою внутреннюю энергию как вклад, благодаря которому он получит наивысший доход с учетом своего положения и ситуации на личностном рынке. Он отчужден от себя, от других людей и от природы. Его главная цель – совершить выгодный обмен своих умений, знаний и себя самого – своего «личностного набора» качеств – с другими людьми, в равной мере стремящимися к справедливому и выгодному обмену. Жизнь не имеет другой цели, кроме движения вперед, других принципов, кроме правил справедливого обмена, и другого удовлетворения, кроме потребления.
Капитал распоряжается трудом; накопленные вещи – вещи мертвые – имеют более высокую ценность, чем живые труд и человеческая сила.
Эта новая концепция приоритета свободы в любви чрезвычайно повысила важность объекта в противовес важности функции.
Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты нужен мне, потому что я тебя люблю».
Если к человеку вернется способность любить, он будет возвращен на свое главенствующее место.
Полностью бодрствовать – значит не испытывать и не вызывать скуки; не скучать самому и не надоедать другому – важнейшее условие любви.
Тот велик и праведен, кто, любя себя, любит всех остальных с той же силой.
Давать – более приятно и радостно, чем получать; любить – важнее, чем быть любимым.
Понять силу страха оказаться иным, страха выделиться из толпы можно, только оценив глубину потребности не оказаться в изоляции.
Если я могу сказать кому-то «Я тебя люблю», я должен быть в силах сказать: «В тебе я люблю всех, через тебя я люблю мир, в тебе я люблю и себя тоже».
Любовь к Богу – это не мысленное познание Бога и не мысль о любви к Богу, а акт переживания единства с ним.
Второй предпосылкой такого отношения служит мнение, что проблема любви – это проблема выбора объекта, а не способности любить. Люди полагают, будто любить легко, а вот найти достойный объект для любви и добиться его – трудно.
Легче понять эгоизм, сравнив его с маниакальной заботой о других, что мы находим, например, у чрезмерно заботливой матери. Хотя сама она убеждена, что очень привязана к своему ребенку, на самом деле она испытывает глубоко скрытую, подавленную неприязнь к нему. Она чересчур заботлива не потому, что слишком любит ребенка, а из-за необходимости компенсировать заботой отсутствие способности любить его.
Не скучать самому и не надоедать другому – важнейшее условие любви.
Любовь есть деятельная озабоченность, заинтересованность в жизни и благополучии того, кого мы любим.
Наше общество – это общество хронически несчастных людей, мучимых одиночеством и страхами, зависимых и униженных, склонных к разрушению и испытывающих радость уже от того, что им удалось «убить время», которое они постоянно пытаются сэкономить.
Первый шаг на этом пути – осознать, что любовь – это искусство, как и сама жизнь. Если мы хотим научиться любить, мы должны действовать так же, как мы действуем, если хотим обучиться любому другому искусству – скажем, музыке, живописи, ковроткачеству, медицине или инженерии.
В современном западном обществе принадлежность к группе по-прежнему является наиболее распространенным способом преодоления отчужденности.
Итак, влюбляются друг в друга тогда, когда каждый из двоих чувствует, что нашел наилучший из имеющихся на рынке объектов с учетом своей собственной обменной ценности.
Но только по-настоящему любящая женщина, которая бывает счастливее, отдавая, чем получая, которая прочно стоит на ногах, способна быть любящей матерью и тогда, когда ее ребенок начинает от нее отдаляться.
Глубочайшая потребность человека, таким образом, это потребность преодолеть свою отчужденность и выбраться из тюрьмы одиночества.
Материнская любовь к жизни так же заразительна, как и ее тревожность. Обе установки оказывают глубокое воздействие на всю личность ребенка…
Сексуальное желание может порождаться не только любовью, но и боязнью одиночества, тщеславием, желанием причинить боль и даже уничтожить.
Вера в себя – условие нашей возможности что-то обещать, а поскольку, по словам Ницше, человек определяется его способностью обещать, вера оказывается одной из опор человеческого существования.
Обязанность жить – это то же, что обязанность стать самим собой, развиться в ту личность, которой он потенциально является.
Отдавать – значит в высшей степени проявлять свою состоятельность. В самом этом акте я проявляю свою силу, свое богатство, свою власть. Испытывая яркое ощущение жизни и жизненных сил, я наполняюсь радостью. Я чувствую себя переполненным через край, расходующим, живым – и следовательно, радостным[4]. «Давать» приносит больше радости, чем «получать», не потому, что это – лишение, а потому, что этим актом я подтверждаю тот факт, что я жив.
Уважать человека – значит быть заинтересованным в том, чтобы он развивался по своему собственному пути.
Если индивид способен к плодотворной любви, он любит также и себя; если он способен любить только других, он не способен любить вообще.
Понятие «иметь» относится к вещам, а вещи конкретны и поддаются описанию. Понятие «быть» относится к переживаниям, а их в принципе невозможно описать.
Воспринимать трудности, неудачи и печали в жизни как вызов, принимая и парируя который мы становимся сильнее, а не как несправедливое наказание, которого мы не заслуживаем, – все это тоже требует веры и мужества.
Итак, радость – это то чувство, которое мы испытываем на пути к реализации своих сущностных сил, на пути становления личности и ее самореализации.
Любое дело, если делать его сосредоточенно, делает человека более бодрым (хотя потом наступает естественная и благотворная усталость), в то время как рассеянность вызывает сонливость на работе и, напротив, трудности с засыпанием в конце дня.
проблема любви – это проблема выбора объекта, а не способности любить. Люди полагают, будто любить легко, а вот найти достойный объект для любви и добиться его – трудно.
Если я на самом деле люблю кого-то – я люблю всех и люблю весь мир, я люблю жизнь. Если я могу сказать кому-то «Я тебя люблю», я должен быть в силах сказать: «В тебе я люблю всех, через тебя я люблю мир, в тебе я люблю и себя тоже».
Воспитание состоит в помощи ребенку реализовать свои возможности
интенсивность увлечения, то, что они «сходят с ума» друг по другу, они принимают за доказательство силы своей любви, хотя на самом деле это лишь свидетельствует о степени их предшествующего одиночества.
Нежность вовсе не является, как считал Фрейд, сублимацией сексуального инстинкта; это прямое проявление братской любви, и она входит в состав как физической, так и нефизической формы любви.
Если вы любите, не вызывая любви, т. е. ваша любовь как таковая любви не порождает, если, проявляя себя как любящий человек, вы не сумели вызвать ответной любви, значит, ваша любовь бессильна, и это – несчастье
И пока каждый хочет иметь больше, неизбежно будут возникать классы, будет продолжаться классовая борьба, а в глобальном масштабе – мировые войны. Жажда обладания и мирная жизнь исключают друг друга.
Уважение исключает использование одного человека в целях другого.
То, чем человек занят в данный момент, должно быть единственным, что имеет значение, и этому делу нужно отдаваться полностью.
Влюбленность имеет смысл обычно лишь по отношению к такому человеческому товару, который нам «по карману», на который мы можем обменять себя.
И хотя верно, что эгоистичный человек не способен любить других, он не способен любить и себя тоже.
Человек любит то, ради чего трудится, и трудится для того, кого любит.
Умение любить – это личностный опыт, который каждый может обрести только сам и только для самого себя
Тот, кто знает, не говорит. Тот, кто говорит, не знает.
Кант: ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека; все люди равны в том, что они – цель, и только цель, и никакие не средства друг для друга.
Не скучать самому и не надоедать другому – важнейшее условие любви.
Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя.
Едва ли существует поле деятельности или занятие, которые бы сулили столь огромные надежды и ожидания и тем не менее так регулярно приводили к фиаско, как любовь.
Сексуальная близость создает на короткий миг иллюзию слияния, однако без любви это «слияние» оставляет людей такими же чужими и далекими друг от друга, какими они были и раньше; порой они даже стыдятся друг друга, потому что, когда иллюзия развеивается, их отчужденность ощущается еще более остро, чем прежде.
Нищета мучительна не только из-за страданий, которые она причиняет напрямую, но еще и потому, что лишает бедняка радости отдавать.
Авторитарные системы используют угрозы и террор для воспитания в духе конформизма, а в демократических странах той же цели служат убеждение и пропаганда.
В самом общем смысле активный характер любви может быть описан утверждением, что любить – значит в первую очередь давать, а не брать.
Любовь по сути должна быть волевым актом, решением посвятить свою жизнь полностью жизни другого человека.
Инфантильная любовь следует принципу: «Я люблю, потому что меня любят». Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты нужен мне, потому что я тебя люблю».
Мужчина и женщина обретают цельность только в соединении с противоположным полом. Поэтому полярность – основа всякого творчества.
Любить кого-то – это не просто сильное чувство: это решение, это суждение, это обет. Если бы любовь была только чувством, незачем было бы обещать любить друг друга вечно. Чувство приходит и может уйти. Как я могу полагать, что оно будет вечным, если мои действия не основаны на сознательном решении?
Если человек боится, что его не любят, то очень может быть, что это он боится любить, сам того не сознавая.
Первый шаг в этом направлении – уяснить себе, что любовь – это искусство, подобно тому как жизнь есть искусство; если мы хотим научиться любить, мы должны поступать так же, как если бы мы хотели овладеть любым другим искусством – например, музыкой, живописью, плотницким делом, медициной или инженерным искусством.
Если я на самом деле люблю кого-то – я люблю всех и люблю весь мир, я люблю жизнь.
Материнская любовь к жизни так же заразительна, как и ее тревожность.
Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя.
Любовь – единственный способ познания, который в процессе соединения дает ответ на поставленный вопрос. Только любя, отдавая себя, проникая в другого человека, я нахожу себя, открываю себя и нас обоих, открываю человека.
Любить кого-то – это не просто сильное чувство: это решение, это суждение, это обет.
Излишне напоминать, что способность любить отдавая зависит от особенностей развития личности. Это предполагает, что личность должна выработать в себе преимущественную установку на плодотворную деятельность, преодолев зависимость, самолюбование, склонность к накопительству и к помыканию другими; человек должен поверить в собственные силы, должен отважиться полагаться на себя в достижении целей. Чем менее развиты в человеке эти качества, тем больше он боится отдавать, а значит, боится любить.
Любовь – деятельное проникновение в сущность другого человека, в котором жажда познания утоляется в акте слияния.
Зависть, ревность, амбиции, любой вид алчности – все это страсти.
Второй предпосылкой такого отношения служит мнение, что проблема любви – это проблема выбора объекта, а не способности любить. Люди полагают, будто любить легко, а вот найти достойный объект для любви и добиться его – трудно.
Мудрые видят, что небо – мужчина, а земля – женщина; земля вскармливает то, что роняет небо.
Если я такой же, как все, если у меня нет мыслей и чувств, которые отличали бы меня от других, если я подчиняюсь обычаям, дресс-коду, идеям группы, я защищен и спасен от пугающего одиночества.
Большинство людей видят проблему в том, чтобы быть любимыми, а не в том, чтобы любить, обладать способностью к любви.
Иллюзия – полагать, будто человек может так устроить свою жизнь, что будет успешен в деле любви, будучи неудачником во всех прочих отношениях.
Осознание человеческой разобщенности без воссоединения любовью – вот источник стыда. И здесь же исток чувства вины и тревоги.
Второй предпосылкой такого отношения служит мнение, что проблема любви – это проблема выбора объекта, а не способности любить.
«Привлекательность» обычно рассматривается как заманчивый набор качеств, пользующихся популярностью и спросом на рынке личностей.
Однако на самом деле люди хотят подчиняться в гораздо большей степени, чем они к этому принуждаются, во всяком случае, в западных демократических странах.
Чтобы быть в силах давать мед, женщина должна быть не только хорошей матерью, но и счастливым человеком – а такой цели достигают немногие.
Бог объясняет Ионе, что суть любви – «трудиться» ради чего-то, «вырастить» что-то, что любовь и труд неразделимы. Человек любит то, ради чего трудится, и трудится для того, кого любит.
Наш характер ориентирован на то, чтобы продавать и получать, обмениваться и потреблять; все – как духовные, так и материальные – ценности делаются предметами купли-продажи и потребления.
Эгоистичный человек любит себя слишком слабо, а не слишком сильно. Отсутствие заинтересованности в себе и заботы о себе, явное нежелание что-либо созидать опустошают его и разрушают. Эгоист неизбежно несчастен и отчаянно стремится урвать у жизни удовлетворение, которое сам же не дает себе получить.
Большинство людей слушают других и даже что-то советуют, на самом деле не слыша их.
Давать» приносит больше радости, чем «получать», не потому, что это – лишение, а потому, что этим актом я подтверждаю тот факт, что я жив.
Более сложным оказывается невротическое расстройство в любовных отношениях, развившееся в результате ситуации, когда родители не любят друг друга, но слишком сдержанны, чтобы ссориться или открыто проявлять неудовольствие.
Тот, кто ничего не знает, ничего и не любит. Тот, кто не может ничего сделать, ничего не понимает. Тот, кто ничего не понимает, бесполезен. Но тот, кто понимает, также любит, замечает, видит… Чем больше понимания вложено в предмет, тем больше любовь… Любой, кто считает, будто все ягоды поспевают в то же время, что и земляника, ничего не знает о винограде. Парацельс
Счастье современного человека заключается в трепетном разглядывании витрин и в приобретении всего, что он может себе позволить, – за наличные или в рассрочку. Он (или она) так же смотрит и на людей.
Индивид включается в схему конформизма в возрасте трех-четырех лет и впоследствии уже никогда не теряет контакта со стадом.
Забота, ответственность, уважение и понимание – базовые элементы, общие для всех форм любви.
Детская любовь следует принципу: «Я люблю, потому что меня любят». В основе зрелой любви лежит принцип: «Меня любят, потому что я люблю». Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты мне нужен, потому что я тебя люблю».
Эгоизм и любовь к себе не только не идентичны, они на самом деле взаимно противоположны. Эгоистичный человек любит себя слишком слабо, а не слишком сильно. Отсутствие заинтересованности в себе и заботы о себе, явное нежелание что-либо созидать опустошают его и разрушают. Эгоист неизбежно несчастен и отчаянно стремится урвать у жизни удовлетворение, которое сам же не дает себе получить.
Давать» приносит больше радости, чем «получать», не потому, что это – лишение, а потому, что этим актом я подтверждаю тот факт, что я жив.
Чтобы научиться сосредоточенности, следует по возможности избегать пустых разговоров, то есть разговоров не по существу.
Активный характер любви может быть описан утверждением, что любить – значит в первую очередь давать, а не брать.
Эротическая любовь исключает любовь к другим людям только в отношении эротического слияния, полной самоотдачи во всех смыслах, но не в смысле искренней братской любви к ним.
Нагляднее всего отчуждение любви, особенно в том, что касается брака, проявляется в идее «команды».
Всякая деятельность, если ею заниматься сосредоточенно, возбуждает человека (хотя потом приходит естественная и благотворная усталость), в то время как всякая несосредоточенная деятельность нагоняет на него сон – и в то же время не дает ему уснуть ночью.
Наши жизнеспособность, счастье, развитие, свобода зависят от нашей способности любить, основанной на заботе, уважении, ответственности и знании.
Однако у многих индивидов, не умеющих преодолевать отчуждение другими способами, поиск сексуального оргазма приобретает функцию, не особенно отличающуюся от алкоголизма или наркомании. Это становится отчаянной попыткой избежать тревоги, порождаемой отчужденностью и приводящей ко все возрастающему чувству изоляции, поскольку половой акт без любви не может устранить пропасть между людьми (разве что на мгновение).
Любовь может проявляться только в условиях свободы и никогда – в результате принуждения.
И хотя верно, что эгоистичный человек не способен любить других, он не способен любить и себя тоже.
заслуженная» любовь оставляет горькое чувство, что любят не тебя самого, а твои достоинства, и в конечном счете тебя не любят, а просто используют.
Мужчина и женщина стали одинаковыми, вместо того чтобы стать равными как противоположные полюсы.
Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты мне нужен, потому что я тебя люблю».
Любить – значит, не требуя никаких гарантий, полностью отдаться своей любви в надежде на то, что наша любовь вызовет ответное чувство. Любовь – это акт веры, и кто мало верит, тот мало и любит.
Активная форма симбиотического союза есть доминирование, или, если использовать медицинский термин, соответствующий мазохизму, – садизм. Садист стремится избавиться от одиночества и чувства заточения, делая другого человека частью себя. Он придает себе большую значимость, включая в себя другого человека, который ему поклоняется.
Если индивид способен к плодотворной любви, он любит также и себя; если он способен любить только других, он не способен любить вообще.
Как же человеку, попавшему в эти сети повседневной рутины, не забыть, что он человек, неповторимая индивидуальность, тот, кому дарована только эта, единственная возможность жить, жить со своими надеждами и разочарованиями, со своими печалями и страхами, со своей страстной потребностью в любви и ужасом перед пустотой и отчужденностью?
Панику из-за полной изоляции можно преодолеть лишь полностью отгородившись от внешнего мира; только тогда чувство изоляции исчезнет, поскольку исчезнет сам внешний мир.
Отношения такого рода сводятся к хорошо отрегулированному взаимодействию между двумя людьми, остающимися чужими друг другу всю жизнь, никогда не достигающими «глубинной связи», но вежливыми и старающимися обеспечить партнеру хорошее самочувствие.
Майстер Экхарт: «Если вы любите себя, вы любите других, как любите себя. До тех пор, пока вы любите другого человека меньше, чем любите себя, вы на самом деле не преуспеете в любви к себе, но если вы любите всех одинаково сильно, включая себя, вы будете любить их как одну личность, и эта личность Бог и человек одновременно. Таким образом, тот велик и праведен, кто, любя себя, любит всех остальных с той же силой».
Быть сосредоточенным – значит жить полной жизнью в настоящем, здесь и сейчас, и, делая что-то, не думать о том, чем предстоит заняться потом.
половой акт без любви не может устранить пропасть между людьми (разве что на мгновение).
Полное удовлетворение всех инстинктивных потребностей не только не является основой счастья, оно даже не гарантирует психического здоровья.
Как может индивид, запутавшийся в этой сети, не забыть, что он человек, уникальная личность и хозяин своей единственной жизни, с ее надеждами и разочарованиями, печалями и страхами, с жаждой любви и боязнью пустоты и изоляции?
Она чересчур заботлива не потому, что слишком любит ребенка, а из-за необходимости компенсировать заботой отсутствие способности любить его.
Материнская любовь к жизни так же заразительна, как и ее тревожность. Обе установки оказывают глубокое воздействие на всю личность ребенка…
Любовь – это всегда деятельность, а не пассивный аффект. Это состояние постоянного «пребывания», а не «впадения». В самом общем смысле активный характер любви может быть описан утверждением, что любить – значит в первую очередь давать, а не брать.
С точки зрения парадоксальной логики важна не мысль, а действие.
Главное, чтобы дисциплина не сделалась обязательством, навязанным извне, но была проявлением собственной воли человека, чтобы она стала ощущаться как нечто приятное…
Только в любви к тем, кто не служит какой-то цели, начинает разворачиваться истинная любовь.
Для людей с установкой на плодотворную деятельность «давать» означает совсем другое. Давать – это наивысшее проявление могущества. Когда я отдаю, я ощущаю свою силу, свою власть, свое богатство. И это переживание моей огромной жизненной силы и моего могущества наполняет меня радостью. Меня переполняет ощущение жизни, ощущение силы, переливающейся через края, и от этого мне радостно[10]. Отдавать много радостнее, чем получать, – не потому, что это лишение, а потому, что, отдавая, я ощущаю, что живу.
Нарциссическая, властная собственница может преуспеть в том, чтобы быть «любящей» матерью, пока ребенок мал. Но только по-настоящему любящая женщина, которая бывает счастливее, отдавая, чем получая, которая прочно стоит на ногах, способна быть любящей матерью и тогда, когда ее ребенок начинает от нее отдаляться.
Любовь возможна лишь в том случае, когда двое общаются друг с другом на самом глубоком уровне существования, и поэтому каждый из них переживает себя на этом уровне. Только здесь, в этом «глубинном» переживании, заложена человеческая действительность, жизненность, заложена основа любви. Любовь, переживаемая таким образом, – это постоянный вызов; это не место отдыха, а движение, развитие, совместная работа; и даже то, царит ли гармония или конфликт, радость или печаль в отношениях двоих, имеет второстепенное значение по сравнению с тем главным, что двое переживают себя из самой глубины своего существования, что они едины друг с другом благодаря тому, что они едины с самими собой, а не убегают от себя. Возможно лишь одно доказательство присутствия любви – глубина взаимоотношений, жизненность и сила каждого из двоих; вот тот плод, по которому распознается любовь.
Однако, хотя отец не служит выражением мира природы, он являет собой другой полюс человеческого существования – полюс мысли, сделанных человеком вещей, закона и порядка, дисциплины, путешествий и приключений. Отец – это тот, кто научит ребенка, как ему войти в мир.
Не скучать самому и не надоедать другому – важнейшее условие любви.
Любить Бога, если бы такой человек использовал это выражение, значило бы достичь максимума своей способности любить, воплотить то, чем в нем является Бог.
Только в любви к тем, кто не служит какой-то цели, начинает разворачиваться истинная любовь.
Любовь – это всегда деятельность, а не пассивный аффект.
Очень часто, когда мужские особенности характера в мужчине ослаблены, он пытается компенсировать этот недостаток усердным подчеркиванием своей мужской роли в сексе.
Садист стремится избавиться от одиночества и чувства заточения, делая другого человека частью себя. Он придает себе большую значимость, включая в себя другого человека, который ему поклоняется.
Глубочайшая потребность человека, таким образом, это потребность преодолеть свою отчужденность и выбраться из тюрьмы одиночества.
Глубочайшая потребность человека, таким образом, это потребность преодолеть свою отчужденность и выбраться из тюрьмы одиночества.
Любить – значит принять на себя обязательства, не требуя гарантий, без остатка отдаться надежде, что ваша любовь породит любовь в любимом человеке. Любовь – это акт веры, и кто слабо верит, тот слабо любит.
Полярность полов исчезает, и вместе с ней исчезает эротическая любовь, основывающаяся на этой полярности. Мужчины и женщины делаются одинаковыми, а неравными как противоположные полюса.
Отдавать – значит в высшей степени проявлять свою состоятельность. В самом этом акте я проявляю свою силу, свое богатство, свою власть.
Нежность вовсе не является, как считал Фрейд, сублимацией сексуального инстинкта; это прямое проявление братской любви, и она входит в состав как физической, так и нефизической формы любви.
Любить – значит прежде всего давать, а не получать.
Способность судить объективно есть разум; эмоциональная установка, стоящая за разумом, есть установка скромности. Быть объективным, пользоваться своим разумом становится возможным, только если достичь установки скромности, если избавиться от детских мечтаний о всезнании и всемогуществе.
Зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостность личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке.
Забота, ответственность, уважение и знание взаимно независимы. Они представляют собой комплекс установок, которые обнаруживаются у зрелой личности – личности, плодотворно развивающей свои способности, желающей иметь то, ради чего она трудится, отказавшейся от нарциссических мечтаний о всеведении и всемогуществе, обретшей смирение, основанное на внутренней силе, которую может даровать только истинно созидательная активность.
Я никогда ни в чем не преуспею, если не буду вести себя дисциплинированно; все, что я стану делать, только когда буду «в настроении», может оказаться приятным хобби, но мне никогда не стать в этом деле мастером.
Для человека «экзистенциального типа» главное – углубление знаний, для человека «обладательного типа» главное – больше знать.
Тот, кто ничего не знает, ничего и не любит. Тот, кто не может ничего сделать, ничего не понимает. Тот, кто ничего не понимает, бесполезен. Но тот, кто понимает, также любит, замечает, видит… Чем больше понимания вложено в предмет, тем больше любовь… Любой, кто считает, будто все ягоды поспевают в то же время, что и земляника, ничего не знает о винограде.
Отцовская любовь не безусловна. Ее принцип – «Я люблю тебя, потому что ты соответствуешь моим ожиданиям, потому что ты выполняешь свой долг, потому что ты похож на меня».
Любовь может вызывать стремление к сексуальному единению; в таком случае физическая близость лишена алчности и желания завоевать или быть завоеванным и в ней обязательно присутствует нежность.
В любом случае чувство влюбленности обычно возникает только в отношении таких «человеческих товаров», которые доступны в обмен на собственные возможности.
Уважать человека невозможно, не понимая его; забота и ответственность слепы, когда нет понимания, а понимание невозможно, когда нет искренней заботы.
Он уверен только в прошлом, а что касается будущего, то он может быть убежден только в том, что рано или поздно он умрет.
Человек с ориентацией на «иметь» относится к миру, как хозяин к собственности, к своему имуществу. Это такое отношение, когда я хочу всех и вся, в том числе и самого себя, сделать своей собственностью.
Любить кого-то – значит не только испытывать сильное чувство; это есть волевое решение, утверждение, принятие обета.
Любовь есть деятельная озабоченность, заинтересованность в жизни и благополучии того, кого мы любим.
Как ни парадоксально, условие способности любить – это способность оставаться в одиночестве.
Любовь может проявляться только в условиях свободы и никогда – в результате принуждения.
Любовь… – это постоянный вызов, а вовсе не место для отдыха; она – движение, развитие, сотрудничество…
Уважение существует только на основе свободы, а не подчинения или господства
Если человек любит кого-то одного и безразличен ко всем остальным, то это не любовь, а симбиотическая привязанность или расширенная версия эгоизма
Тот, кто ничего не знает, ничего и не любит.
Если я люблю другого человека, я чувствую свое единение с ним как с таковым, каков он есть, а не с тем, кто нужен мне как объект, которым я пользуюсь.
Любовь матери – блаженство, покой, ее не нужно приобретать… Ее не нужно заслуживать, но она не может быть приобретена или вызвана и не поддается контролю.
Активная форма симбиотического союза есть доминирование, или, если использовать медицинский термин, соответствующий мазохизму, – садизм.
Чтобы быть любимым и любить, нужна смелость считать определенные ценности главными – и совершать прыжок, поставив все ради этого на кон.
Только по-настоящему любящая женщина… способна быть любящей матерью и тогда, когда ее ребенок начинает от нее отдаляться.
Я стремлюсь заключить сделку, и желанный объект должен быть ценным с точки зрения социальной ценности и одновременно хотеть меня, учитывая при этом мои явные и скрытые достоинства и потенциал.
Мужчина и женщина, которые в отношениях со своими супругами не способны пробиться сквозь стену отчуждения, бывают тронуты до слез счастливой или несчастной любовью киногероев.
В сфере человеческих отношений вера есть обязательное свойство любой значимой дружбы или любви.
Жажда обладания и мирная жизнь исключают друг друга.
В случае любви между взрослыми это касается прежде всего душевных потребностей близкого человека.
Любовь есть активная озабоченность жизнью и благополучием того, кого мы любим.
Любовь не является исключительно связью с конкретным человеком; она – установка, ориентация характера, которая определяет отношение человека к миру в целом, а не к единственному «объекту» любви.
В современном капиталистическом обществе… объектом восхищения и подражания становится кто угодно, но только не носитель высоких моральных достоинств.
Давать – это наивысшее проявление могущества. Когда я отдаю, я ощущаю свою силу, свою власть, свое богатство. И это переживание моей огромной жизненной силы и моего могущества наполняет меня радостью. Меня переполняет ощущение жизни, ощущение силы, переливающейся через края, и от этого мне радостно[10]. Отдавать много радостнее, чем получать, – не потому, что это лишение, а потому, что, отдавая, я ощущаю, что живу.
Быть сосредоточенным – значит жить полной жизнью в настоящем, здесь и сейчас, и, делая что-то, не думать о том, чем предстоит заняться потом
Любовь по сути должна быть волевым актом, решением посвятить свою жизнь полностью жизни другого человека.
Любить кого-то – значит не только испытывать сильное чувство; это есть волевое решение, утверждение, принятие обета.
Человек может идти вперед, только развивая свой разум, находя новую – человеческую – гармонию взамен дочеловеческой, безвозвратно утраченной.
Глубочайшая потребность человека, таким образом, это потребность преодолеть свою отчужденность и выбраться из тюрьмы одиночества.

В отличие от симбиотического союза зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостности личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке. Любовь разрушает стену, отделяющую человека от других людей, и объединяет его с ними; любовь заставляет человека преодолеть чувство обособленности и отчуждения, позволяя ему оставаться самим собой, сохранять свою целостность. Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя.
Любое дело, если делать его сосредоточенно, делает человека более бодрым… в то время как рассеянность вызывает сонливость на работе и трудности с засыпанием в конце дня.
Два человека влюбляются друг в друга, когда чувствуют, что нашли на рынке лучший объект, который может быть приобретен, с учетом ограничений собственной ценности, предлагаемой взамен.
Как братская любовь была заменена безличным корпоративным духом, так и Бог оказался превращен в далекого от нас Генерального Директора фирмы «Вселенная, инкорпорейтед».
Сексуальное желание может порождаться не только любовью, но и боязнью одиночества, желанием завоевать или быть завоеванным, тщеславием, желанием причинить боль и даже уничтожить.
Иллюзия – полагать, будто человек может так устроить свою жизнь, что будет успешен в деле любви, будучи неудачником во всех прочих отношениях. Это невозможно. Способность любить требует энергии, бодрости, повышенного жизнелюбия, которые могут быть результатом только плодотворной и активной ориентации в остальных областях жизни. Если человек несостоятелен в них, он не будет состоятелен и в любви.
Эгоизм и любовь к себе не только не идентичны, они на самом деле взаимно противоположны.
Заслуженная любовь оставляет горькое чувство, что любят не тебя самого, а твои достоинства, и в конечном счете тебя не любят, а просто используют.
Современный человек думает, что нечто ценное – свое время – он теряет, если не делает чего-то быстро; и при этом он не знает, что делать ему со временем, которое он сэкономил, кроме как убить его.
Если вы любите, не вызывая любви, т. е. ваша любовь как таковая любви не порождает, если, проявляя себя как любящий человек, вы не сумели вызвать ответной любви, значит, ваша любовь бессильна, и это – несчастье»
Почти все считается более важным, чем любовь: успех, престиж, деньги, власть – почти вся наша энергия тратится на то, чтобы узнать, как достичь этих целей, и совсем немного – на овладение искусством любви.
Любовь не является исключительно связью с конкретным человеком; она – установка, ориентация характера, которая определяет отношение человека к миру в целом, а не к единственному «объекту» любви. Если человек любит кого-то одного и безразличен ко всем остальным, то это не любовь, а симбиотическая привязанность или расширенная версия эгоизма.
Современный человек считает, что он нечто теряет – время, – когда не делает что-то быстро; но он не знает, что делать со временем, которое он сэкономил, – кроме как его убить.
Сосредоточиться – значит жить целиком и полностью в настоящем, здесь и сейчас, и, делая что-нибудь, не думать о том, что будешь делать после.
Большинство людей видят проблему в том, чтобы быть любимыми, а не в том, чтобы любить, обладать способностью к любви.
половой акт без любви не может устранить пропасть между людьми (разве что на мгновение).
Зрелая любовь говорит: «Ты нужен мне, потому что я тебя люблю».
В современном западном обществе принадлежность к группе по-прежнему является наиболее распространенным способом преодоления отчужденности.
Большинство людей даже не осознают свой потребности в подчинении. Они питают иллюзию, будто следуют собственным идеям и склонностям, будто они – индивидуальности и сформировали свои мнения в результате собственных размышлений, и просто случайно получилось так, что их мысли совпадают с мыслями большинства.
Именно из-за своего альтруистического, бескорыстного характера материнская любовь всегда рассматривалась как высочайший тип любви, самая священная из эмоциональных уз.
Ответственность с легкостью может выродиться в доминирование и собственничество, если отсутствует третий компонент любви – уважение.
Если человек любит кого-то одного и безразличен ко всем остальным, то это не любовь, а симбиотическая привязанность или расширенная версия эгоизма.
Только по-настоящему любящая женщина… способна быть любящей матерью и тогда, когда ее ребенок начинает от нее отдаляться.
Жестокость имеет глубокую причину – желание познать тайну вещей и тайну жизни.
Повседневная жизнь сегодня полностью отрезана от каких-либо религиозных ценностей… Принципы, на которых основаны наши мирские усилия, – это безразличие и эгоизм (который часто именуется «индивидуализмом» или «личной инициативой»).
Скупец, обеспокоенный тем, как бы чего не потерять, в психологическом смысле является бедняком…
Любовь возможна, только если два человека общаются из глубин своего существования.
Половой акт без любви не может перекинуть мост через пропасть между людьми, разве что на одно мгновение.
От рождения до смерти, от понедельника до понедельника, с утра до вечера – все действия рутинны и соответствуют заведенному распорядку. Как может индивид, запутавшийся в этой сети, не забыть, что он человек, уникальная личность и хозяин своей единственной жизни, с ее надеждами и разочарованиями, печалями и страхами, с жаждой любви и боязнью пустоты и изоляции?
Беспомощность – преходящее состояние; а способность держаться на собственных ногах – постоянная и общая способность.
Современный человек думает, что нечто ценное – свое время – он теряет, если не делает чего-то быстро; и при этом он не знает, что делать ему со временем, которое он сэкономил, кроме как убить его.
Уважение означает озабоченность тем, чтобы другой человек мог развиваться, сохраняя верность себе
Если я такой же, как все, если у меня нет мыслей и чувств, которые отличали бы меня от других, если я подчиняюсь обычаям, дресс-коду, идеям группы, я защищен и спасен от пугающего одиночества.
Парадокс любви в том, что два существа составляют одно целое и все же остаются двумя существами.
Если я могу сказать кому-то: «Я тебя люблю», то нужно, чтобы я мог этим сказать: «В тебе я люблю всех; любя тебя, я люблю весь мир, в тебе я люблю и себя самого».
Зависть, ревность, честолюбие, всякого рода жадность – это страсти; любовь же – всегда действие, проявление человеческой силы, что возможно только в условиях свободы и никогда – вследствие принуждения.
Эротическая любовь, возможно, самый обманчивый вид любви.
Два человека влюбляются друг в друга, когда чувствуют, что нашли на рынке лучший объект, который может быть приобретен, с учетом ограничений собственной ценности, предлагаемой взамен.
Отдавать – значит в высшей степени проявлять свою состоятельность. В самом этом акте я проявляю свою силу, свое богатство, свою власть.
Забота, ответственность, уважение и понимание – базовые элементы, общие для всех форм любви.
Счастье человека сегодня заключается в том, чтобы «получать удовольствие».
этика честности не предполагает чувства ответственности… она требует уважать права соседа, но не любить его.
Уважение исключает использование одного человека в целях другого.
Любовь – это искусство, подобно тому как жизнь есть искусство; если мы хотим научиться любить, мы должны поступать так же, как если бы мы хотели овладеть любым другим искусством – например, музыкой, живописью, плотницким делом, медициной или инженерным искусством.
Уважать человека невозможно, не понимая его; забота и ответственность слепы, когда нет понимания, а понимание невозможно, когда нет искренней заботы.
Большинство людей видят проблему в том, чтобы быть любимыми, а не в том, чтобы любить, обладать способностью к любви. Поэтому для них проблема заключается в том, как вызвать любовь, а не в том, чтобы стать привлекательными
Чем меньше ты есть, чем меньше ты внешне демонстрируешь свою жизнь, тем больше ты имеешь, тем значительнее твоя подлинная, внутренняя жизнь. Карл Маркс
любовь – единственный разумный и удовлетворительный ответ на проблему человеческого существования; любое общество, которое так или иначе мешает развитию любви, должно рано или поздно погибнуть…
Человек наделен разумом; он – жизнь, осознающая себя; он осознает себя, других людей, свое прошлое и возможности, которые таит будущее. Это осознание себя как отдельного существа, осознание краткости своей жизни, того, что он рожден независимо от своей воли и независимо от своей воли умрет, того, что он умрет прежде тех, кого любит, или они умрут прежде него, осознание своего одиночества и отчужденности, своей беспомощности перед силами природы и общества – все это делает его отдельное, изолированное существование невыносимым заточением. Человек лишился бы рассудка, если бы не мог освободиться из этой тюрьмы и дотянуться до других людей, как-то соединиться с ними и с внешним миром.
В противоположность симбиотической связи зрелая любовь есть связь, предполагающая сохранение целостности личности, ее индивидуальности. Любовь – действенная сила в человеке, сила, разрушающая преграду между человеком и его собратьями, сила, которая объединяет его с другими; любовь помогает человеку преодолеть чувство одиночества и отчуждения и вместе с тем позволяет ему оставаться самим собой, сохранить свою целостность. Парадокс любви в том, что два существа составляют одно целое и все же остаются двумя существами.
Любовь – это всегда деятельность, а не пассивный аффект. Это состояние постоянного «пребывания», а не «впадения». В самом общем смысле активный характер любви может быть описан утверждением, что любить – значит в первую очередь давать, а не брать.
Любовь – это акт веры, и кто мало верит, тот мало и любит.
Искренняя любовь несет в себе созидательное начало и предполагает заботу, уважение, ответственность и знание.
Если ваша любовь безответна, то есть если ваша любовь не порождает любовь; если, проявляя свою любовь, вы не добились ответа и не стали тоже любимы, – значит, ваша любовь немощна, значит, она не удалась»
Мне известен лишь один способ познания тайны жизни, доступный человеку, и он состоит в переживании единства; это не то знание, которое может дать мысль.
Главное в существовании человека определяет тот факт, что он вышел из царства животных, из инстинктивной адаптации, и превзошел природу, никогда ее при этом не покидая.
Функция матери – окружить ребенка заботой, функция отца – учить его, наставлять в решении тех проблем, с которыми ребенок сталкивается в том обществе, в котором родился
Зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостность личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке
Многие пути к тому, чтобы заслужить любовь, оказываются теми же, которые используются для достижения успеха, для завоевания дружбы и внимания влиятельных людей.
В современном западном обществе принадлежность к группе по-прежнему является наиболее распространенным способом преодоления отчужденности.
Если человек любит кого-то одного и безразличен ко всем остальным, то это не любовь, а симбиотическая привязанность или расширенная версия эгоизма.
При современном религиозном брожении вера в Бога трансформировалась в психологическое приспособление, помогающее лучше преуспеть в конкурентной борьбе.
Хотя многим власть силы кажется самой надежной вещью на свете, история доказала, что она – самое ненадежное из достижений человечества.
Дальнейшее исследование может показать, что некоторые типы неврозов и навязчивых состояний чаще возникают на основе односторонней привязанности к отцу, тогда как другие, – истерия, алкоголизм, неспособность настоять на своем и распоряжаться своей жизнью, депрессии, – являются результатом фиксации на матери.
Эгоизм и любовь к себе не только не идентичны, они на самом деле взаимно противоположны.
Искренняя любовь несет в себе созидательное начало и предполагает заботу, уважение, ответственность и знание.
Сексуальное желание может порождаться не только любовью, но и боязнью одиночества, тщеславием, желанием причинить боль и даже уничтожить.
Если я на самом деле люблю кого-то – я люблю всех и люблю весь мир, я люблю жизнь.
Полное решение проблемы – в достижении межличностного единства, в слиянии с другим человеком, в любви.
Симбиотический союз соответствует биологической схеме отношений между беременной матерью и плодом. Их двое, и в то же время они – одно. Они живут «вместе» (греч. – sym-biosis) нуждаются друг в друге. Плод – часть своей матери, и все, в чем он нуждается, он получает от нее; мать – его мир; она кормит его и защищает, однако и ее жизнь благодаря ему приобретает особую значимость. При психическом симбиозе два тела независимы друг от друга, но психологически это очень похожий вид привязанности.
Если я привязан к другому человеку потому, что не способен стоять на собственных ногах, он или она может быть моим спасителем, но наши отношения не будут любовью.
Чем больше понимания вложено в предмет, тем больше любовь…
Полярность полов исчезает, и вместе с ней исчезает эротическая любовь, основывающаяся на этой полярности. Мужчины и женщины делаются одинаковыми, а неравными как противоположные полюса.
суть любви – «трудиться» ради чего-то, «вырастить» что-то, что любовь и труд неразделимы. Человек любит то, ради чего трудится, и трудится для того, кого любит.
Людям следовало бы меньше задумываться над тем, что они должны делать, а больше – над тем, что́ они есть. Майстер Экхарт
В культуре с преобладающей рыночной ориентацией, в которой материальный успех обладает выдающейся ценностью, мало оснований удивляться тому, что человеческие любовные отношения следуют той же схеме взаимообмена, что и рынок товаров и услуг.
Мужественность и женственность – черты характера, а не только сексуальная функция.
И богат не тот, кто много имеет, а тот, кто много отдает.
главное в существовании человека определяет тот факт, что он вышел из царства животных, из инстинктивной адаптации, и превзошел природу, никогда ее при этом не покидая.
Все живое может существовать только в процессе становления и только изменяясь. Рост и изменение – это неотъемлемые стороны самой жизни.
проблема любви – это проблема выбора объекта, а не способности любить.
Таким образом, жестокость имеет глубокую причину – желание познать тайну вещей и тайну жизни.
Любой, кто считает, будто все ягоды поспевают в то же время, что и земляника, ничего не знает о винограде.
любовь – это искусство, как и сама жизнь.

Отцовская любовь не безусловна. Ее принцип – «Я люблю тебя, потому что ты соответствуешь моим ожиданиям, потому что ты выполняешь свой долг, потому что ты похож на меня».
Кроме того, что любить всегда значит отдавать, это всегда значит также заботиться, нести ответственность, уважать и знать. Это тоже проявления активного характера любви, важнейшие черты, присущие всем ее формам.
Мужчина и женщина обретают цельность только в соединении с противоположным полом. Поэтому полярность – основа всякого творчества.
ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека; все люди равны в том, что они – цель, и только цель, и никакие не средства друг для друга.
Отец – это тот, кто научит ребенка, как ему войти в мир.
Многие пути к тому, чтобы заслужить любовь, оказываются теми же, которые используются для достижения успеха, для завоевания дружбы и внимания влиятельных людей.
Знать не означает «обладать истинной», а означает, критически мысля, активно стремиться, проникать в глубь явлений, постепенно приближаясь к истине.
Любовь к собственной личности неразрывно связана с любовью к любому другому существу.
Тенденция немедленного удовлетворения любого желания стала главенствовать как в сфере секса, так и в сфере материального потребления.
Способность любить требует энергии, бодрости, повышенного жизнелюбия, которые могут быть результатом только плодотворной и активной ориентации в остальных областях жизни. Если человек несостоятелен в них, он не будет состоятелен и в любви.
Хочу добавить, что избегать плохой компании не менее важно, чем тривиальных разговоров. Под плохой компанией я подразумеваю не только злобных и деструктивных людей; их общества следует избегать, потому что оно вредоносно и угнетающе. Я также имею в виду общество «зомби», людей, души которых мертвы, хотя тела живы; людей, чьи мысли и разговоры тривиальны; которые болтают, а не разговаривают и высказывают банальные мнения, вместо того чтобы думать.
Только в любви к тем, кто не служит какой-то цели, начинает разворачиваться истинная любовь
И хотя верно, что эгоистичный человек не способен любить других, он не способен любить и себя тоже.
Зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостность личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке.
Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты нужен мне, потому что я тебя люблю».
любовь зависит от относительного отсутствия нарциссизма и требует развития смирения, объективности и разума.
Если индивид способен к плодотворной любви, он любит также и себя; если он способен любить только других, он не способен любить вообще.
Способность любить как акт самоотдачи зависит от уровня развития и характера личности.
Только человек, обладающий верой в себя, способен быть верным другом, поскольку он уверен в том, что и в будущем останется таким же, как сегодня…
В каждом случае важно осознавать свое состояние, а не стараться анализировать его тысячей способов; более того, следует прислушиваться к своему внутреннему голосу, который скажет нам – и нередко без проволочек – почему мы сделались тревожны, угнетены или сердиты.
Братская любовь – это любовь между равными, однако, даже будучи равными, мы не всегда «равны»; поскольку все мы люди, все мы порой нуждаемся в помощи. Сегодня я, завтра ты. Такая потребность в помощи не означает, что один беспомощен, а другой силен. Беспомощность – преходящее состояние; а способность держаться на собственных ногах – постоянная и общая способность.
Любят то, над чем трудятся, и трудятся над тем, что любят.
Человек не сможет научиться сосредоточенности, не научившись быть внимательным к себе.
Однако современному человеку терпение дается также трудно, как дисциплина и сосредоточенность.
В авторитарной этике авторитет диктует, что для человека хорошо, и задает нормы и законы поведения; в гуманистической этике сам человек является и создателем, и исполнителем норм, их формальным источником, регулирующей силой и объектом управления.
Способность мыслить объективно есть разум; эмоциональная установка, определяющая разумность, есть смирение. Быть объективным и вести себя разумно получается только тогда, когда у человека имеется установка на смирение – если он отказался от мечты о всезнании и всемогуществе, которую питал, будучи ребенком.
Есть лишь одно доказательство наличия любви: глубина взаимоотношений и сила жизни в каждом – это тот плод, по которому узнается любовь.
Активный характер любви может быть описан утверждением, что любить – значит в первую очередь давать, а не брать.
Под бытием я понимаю такой способ существования, когда человек ничего не имеет и не жаждет иметь, но счастлив тем, что продуктивно использует свои способности и находится в единстве со всем миром.
любые попытки любить обречены на провал, если человек не постарается самым активным образом развивать собственную цельную личность, чтобы обрести созидательную ориентацию; удовлетворение в индивидуальной любви не может быть достигнуто без способности любить ближнего, без искреннего смирения, без смелости, веры и дисциплины.
Бог объясняет Ионе, что сущность любви заключается в том, чтобы «потрудиться», чтобы «что-то» вырастить, что любовь и труд неразделимы. Любят то, над чем трудятся, и трудятся над тем, что любят.
Забота и ответственность, уважение и знание взаимосвязаны. Это неразрывный комплекс установок, которые должны быть у зрелого человека, то есть человека, который плодотворно развивает свои возможности, который отказался от нарциссических мечтаний о всеведении и всемогуществе, которому свойственна скромность, порожденная внутренней силой. А такую силу может дать лишь настоящая созидательная деятельность.
Овладение искусством любить требует овладения также верой.
В современных условиях люди, способные любить, – скорее исключение; любовь в сегодняшнем западном обществе – маргинальный феномен.
Умение любить – это личностный опыт, который каждый может обрести только сам и только для самого себя…
Счастье и всеобщее благоденствие не могут быть достигнуты путем безграничного удовлетворения всех потребностей;
Нищета мучительна не только из-за страданий, которые она причиняет напрямую, но еще и потому, что лишает бедняка радости отдавать.
Я хочу, чтобы тот, кого я люблю, имел возможность развиваться по-своему, а не ради того, чтобы служить мне
Я должен стараться видеть различие между моим нарциссически искаженным представлением о человеке и его поведении и реальной личностью, существующей независимо от моих интересов, потребностей и страхов.
Идеи, касающиеся любви к себе, нельзя сформулировать лучше, чем то сделал Майстер Экхарт: «Если вы любите себя, вы любите других, как любите себя. До тех пор, пока вы любите другого человека меньше, чем любите себя, вы на самом деле не преуспеете в любви к себе, но если вы любите всех одинаково сильно, включая себя, вы будете любить их как одну личность, и эта личность Бог и человек одновременно. Таким образом, тот велик и праведен, кто, любя себя, любит всех остальных с той же силой».
Большинство людей видят проблему в том, чтобы быть любимыми, а не в том, чтобы любить, обладать способностью к любви. Поэтому для них проблема заключается в том, как вызвать любовь, а не в том, чтобы стать привлекательными.
Как ни парадоксально, условие способности любить – это способность оставаться в одиночестве
Любовь обладательная (по типу «иметь») заявляет о своих правах собственности, стремится контролировать свой объект; она подавляет, сковывает и душит, то есть убивает вместо того, чтобы оживлять.
Уважение существует только на основе свободы, а не подчинения или господства; как поется в старой французской песне – «Pamour est Penfant de la liberte» («любовь – дитя свободы»).
В природе отцовской любви лежит установка, что послушание – главная добродетель, а непослушание – главный грех, и наказанием за него является лишение отцовской любви.
Как ни парадоксально, условие способности любить – это способность оставаться в одиночестве.
В материальной сфере «отдавать» – значит «быть богатым». Не тот богат, кто много имеет, а тот, кто много дает.
Быть ответственным – значит быть способным и готовым «откликнуться».
Применительно к искусству любить – это значит, что каждый, кто стремится преуспеть в нем, должен начать с того, чтобы постараться быть дисциплинированным, сосредоточенным и терпеливым в каждый момент своей жизни.
Половой акт без любви не может устранить пропасть между людьми (разве что на мгновение).
Современный капитализм нуждается в людях, которые могут легко, без сбоев работать вместе, и притом в больших количествах; в людях, которые стремятся потреблять все больше и больше; в людях, чьи вкусы нивелированы, легко поддаются влияниям и легко изменяются. Он нуждается в людях, которые считают себя свободными и независимыми, не подчиненными какой бы то ни было власти или принципам совести, но при этом хотят получать распоряжения, делать то, чего от них ждут; в людях, хорошо прилаженных к социальной машине, которыми можно управлять без принуждения, которых можно вести без вождя, побуждать к действию без всякой цели, кроме одной: что-нибудь производить, быть в движении, функционировать, куда-то идти.
В такой концепции любви и брака главный упор делается на том, чтобы избавить людей от невыносимого чувства одиночества. В «любви» человек находит убежище от него. Двое образуют союз против мира, и этот эгоизм «вдвоем» ошибочно принимается за любовь и близость.
Массы людей очень быстро уяснят, что потребление в большинстве случаев способствует лишь человеческой пассивности; что привычка к сумасшедшему темпу, охота к перемене мест, вещей и людей – это не что иное, как выражение беспокойства и попытка убежать от самого себя, что погоня за новыми вещами и новыми техническими средствами – это лишь способ самозащиты от одиночества и неумение общаться.
Любовь – это деятельность, активность, а не пассивный эффект; это «пребывание» в некотором состоянии, а не «впадение» в него[8]. Наиболее общее определение активного характера любви можно сформулировать так: любить – значит прежде всего давать, а не получать.
Для того чтобы иметь веру, необходимо мужество, способность идти на риск, готовность переносить боль и разочарование. Тот, кто настаивает на безопасности и уверенности как на первостепенном условии жизни, не может питать веру; кто выстраивает систему защиты и безопасности для сохранения собственности, тот неизбежно сам становится ее узником. Чтобы быть любимым и любить, нужна смелость считать определенные ценности главными – и совершать прыжок, поставив все ради этого на кон.
Как часто обручившаяся пара или новобрачные мечтают о будущем любовном блаженстве, не сознавая, что в своей настоящей, сегодняшней жизни часто уже начинают утомлять друг друга!
Возможно лишь одно доказательство присутствия любви – глубина взаимоотношений, жизненность и сила каждого из двоих; вот тот плод, по которому распознается любовь.
Полное ее решение заключается в достижении межличностного единения – в слиянии с другим человеком в любви.
Сидеть спокойно, не разговаривая, не куря, не читая, не потребляя спиртных напитков, для большинства из нас просто невозможно.
тот, кто верил в Бога, – даже если он не следовал заповедям, – чувствовал свое превосходство над тем, кто жил по заповедям Бога, но не верил в него.
Быть активным в мыслях и чувствах, все видеть и слышать на протяжении всего дня, избегать внутренней лени, сохранять восприимчивость, не жадничать, не тратить попусту времени – все это незаменимые условия осуществления искусства любить.
Если я на самом деле люблю кого-то – я люблю всех и люблю весь мир, я люблю жизнь.
Эгоизм – это не просто аспект моего поведения, а черта характера. Он означает, что я хочу иметь все для себя. Меня радует не возможность поделиться, а возможность владеть; что я неизбежно становлюсь все более жадным; ведь если обладание стало моей целью, то чем больше я имею, тем больше я существую. Я чувствую неприязнь и враждебность ко всем остальным людям – к моим заказчикам, которых я обманываю, к моим конкурентам, которых я выживаю, к моим рабочим, которых я эксплуатирую. Я никогда не бываю и не могу быть довольным, ибо моим желаниям нет конца; я вынужден завидовать тем, кто богаче меня, и бояться тех, кто беднее меня. Но все эти чувства я должен вытеснять, чтобы казаться (другим и самому себе) веселым, рациональным, честным и дружелюбным человеком, каким пытается выглядеть любой из нас.
Любить кого-то – значит не только испытывать сильное чувство; это есть волевое решение, утверждение, принятие обета.
Парадоксальность жизни многих людей заключается в том, что они наполовину спят, когда бодрствуют, и наполовину бодрствуют, когда спят или хотят заснуть.
Отцовская любовь не безусловна. Ее принцип – «Я люблю тебя, потому что ты соответствуешь моим ожиданиям, потому что ты выполняешь свой долг, потому что ты похож на меня».
Если я не за себя, то кто за меня? Если я только за себя, то кто я? Если не сейчас, то когда?
половой акт без любви не может устранить пропасть между людьми (разве что на мгновение).
Давать» приносит больше радости, чем «получать», не потому, что это – лишение, а потому, что этим актом я подтверждаю тот факт, что я жив.
Человек любит то, ради чего трудится, и трудится для того, кого любит.
Любить – значит в первую очередь давать, а не брать.
Любовь не является результатом полноценного сексуального удовлетворения, напротив, счастье в половых отношениях – даже знание так называемой техники секса – есть результат любви
Третья ошибка, ведущая к убеждению, будто в любви ничему не нужно учиться, заключается в смешении изначального чувства влюбленности и постоянного состояния любящего человека – «впадения» в любовь и «пребывания» в ней.
Единство, достигнутое в плодотворном труде, не является межличностным; единство, возникшее в оргиастическом слиянии, преходяще; единство за счет подчинения – лишь псевдоединство. Таким образом, все это лишь частичные решения проблемы человеческого существования. Полное решение проблемы – в достижении межличностного единства, в слиянии с другим человеком, в любви.
Забота, ответственность, уважение и понимание – базовые элементы, общие для всех форм любви.
Большинство людей видят проблему в том, чтобы быть любимыми, а не в том, чтобы любить, обладать способностью к любви
Это яснее всего сформулировал Кант: ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека; все люди равны в том, что они – цель, и только цель, и никакие не средства друг для друга
Быть ответственным – значит быть способным и готовым «откликнуться».
Зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостность личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке.
Это яснее всего сформулировал Кант: ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека; все люди равны в том, что они – цель, и только цель, и никакие не средства друг для друга.
Любить – значит принять на себя обязательства, не требуя гарантий, без остатка отдаться надежде, что ваша любовь породит любовь в любимом человеке. Любовь – это акт веры, и кто слабо верит, тот слабо любит.
Путь к бытию лежит через проникновение в суть вещей и познание действительной реальности.
Забота, ответственность, уважение и понимание – базовые элементы, общие для всех форм любви
Ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека.
Любовь не является результатом полноценного сексуального удовлетворения, напротив, счастье в половых отношениях – даже знание так называемой техники секса – есть результат любви.
Если говорить об искусстве любить, это значит, что всякий, кто надеется овладеть этим искусством в совершенстве, должен начать с того, чтобы быть дисциплинированным, сосредоточенным и терпеливым в любой момент своей жизни.
ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека; все люди равны в том, что они – цель, и только цель, и никакие не средства друг для друга
Если человек любит только одного из других людей и равнодушен ко всем остальным своим собратьям, его любовь – это не любовь, а всего лишь симбиотическая привязанность, иначе говоря – расширенный эготизм.
Два человека влюбляются друг в друга, когда чувствуют, что нашли на рынке лучший объект, который может быть приобретен, с учетом ограничений собственной ценности, предлагаемой взамен
Двое образуют союз против мира, и этот эгоизм «вдвоем» ошибочно принимается за любовь и близость.
Материнская любовь к жизни так же заразительна, как и ее тревожность. Обе установки оказывают глубокое воздействие на всю личность ребенка; среди детей, как и среди взрослых, легко выделить тех, кто пил всего лишь «молоко», и тех, кто пил «молоко и мед».
…отец не служит выражением мира природы… Отец – это тот, кто научит ребенка, как ему войти в мир.
Счастье современного человека заключается в трепетном разглядывании витрин и в приобретении всего, что он может себе позволить, – за наличные или в рассрочку. Он (или она) так же смотрит и на людей.
Если иррациональная вера есть принятие чего-то только потому, что так считают авторитеты или большинство, то рациональная вера коренится в независимом убеждении, опирающемся на собственные плодотворные наблюдения и расчеты, несмотря на мнение большинства.
Только любя, отдавая себя, проникая в другого человека, я нахожу себя, открываю себя и нас обоих, открываю человека.
Любить кого-то – значит не только испытывать сильное чувство; это есть волевое решение, утверждение, принятие обета. Будь любовь только чувством, не было бы оснований обещать любить вечно. Чувство приходит, но может и уйти. Как могу я утверждать, что оно сохранится навсегда, когда мое действие не включает твердого решения?
Помимо элемента самоотдачи, активный характер любви становится очевидным из того, что всегда предполагает присутствие определенных базовых элементов, общих для всех форм любви. Забота, ответственность, уважение и понимание – базовые элементы, общие для всех форм любви.
Нельзя сказать, чтобы люди считали любовь чем-то не важным. Они по ней изголодались; они смотрят бесчисленное количество фильмов о счастливой и несчастной любви, они слушают сотни популярных песенок о любви – и все же едва ли кто-нибудь считает, что о любви нужно что-то узнавать.
Любить – значит, не требуя никаких гарантий, полностью отдаться своей любви в надежде на то, что наша любовь вызовет ответное чувство.
Чем больше свободы добивается человек в процессе отделения от исходной общности с человеком и природой и чем больше он становится «индивидом», тем неизбежнее приходится ему объединяться с миром в спонтанности любви и производительного труда; в противном случае ему приходится искать какую-то безопасность в связях с миром, которые уничтожают его свободу и целостность его личности.
Откровенное стремление к познанию таким способом часто можно наблюдать у детей. Ребенок ломает вещь, чтобы узнать, что у нее внутри; стараясь разгадать тайну живого существа, он с удивительной жестокостью отрывает крылья у бабочки. Таким образом, жестокость имеет глубокую причину – желание познать тайну вещей и тайну жизни.
Как современное массовое производство требует стандартизации товаров, так и общественное развитие требует стандартизации человека, и эта унификация называется «равенством».
Желание межличностного слияния наиболее сильное из всех стремлений человека. Это самая фундаментальная страсть и та сила, что скрепляет человеческую расу, род, семью, общество.
Любовь есть активная озабоченность жизнью и благополучием того, кого мы любим. Где такая активная озабоченность отсутствует, там нет любви.
Обрести способность к объективности и разумности – значит пройти половину пути к искусству любить.
Отец не служит выражением мира природы… Отец – это тот, кто научит ребенка, как ему войти в мир.
На самом деле они принимают силу безрассудной страсти за доказательство силы своей любви, в то время как это свидетельствует лишь о том, насколько одиноки они были прежде.
Честность требует, чтобы мы не прибегали к мошенничеству и обману при обмене товарами и услугами, но также и при обмене чувствами.
Люди полагают, будто любить легко, а вот найти достойный объект для любви и добиться его – трудно.
Любовь не является результатом полноценного сексуального удовлетворения, напротив, счастье в половых отношениях – даже знание так называемой техники секса – есть результат любви.
Кроме того, что любить всегда значит отдавать, это всегда значит также заботиться, нести ответственность, уважать и знать.
Радость сопутствует креативной деятельности. Это не то ощущение, которое бывает в «кульминационный момент»; нет, это не вершина, а, скорее, равнина, эмоциональное состояние человека, погруженного в творчество. Радость – это не эк стаз, не вспышка, а пламя, которое освещает всю глубину бытия.
Едва ли существует поле деятельности или занятие, которые бы сулили столь огромные надежды и ожидания и тем не менее так регулярно приводили к фиаско, как любовь.
Вещь называют хорошей, если она хороша для человека, который ею пользуется.
Любовь есть активная озабоченность жизнью и благополучием того, кого мы любим.
Первый шаг на этом пути – осознать, что любовь – это искусство, как и сама жизнь.
Однако вначале они ничего этого не осознают: на самом деле они принимают силу безрассудной страсти за доказательство силы своей любви, в то время как это свидетельствует лишь о том, насколько одиноки они были прежде.
Люди полагают, будто любить легко, а вот найти достойный объект для любви и добиться его – трудно.
Равенство сегодня означает одинаковость, а не уникальность.
Только в любви к тем, кто не служит какой-то цели, начинает разворачиваться истинная любовь.
Если я люблю, я ощущаю себя как одно с любимым человеком, но с ним таким, каков он есть, а не с таким, какой он нужен мне для каких-то моих целей.
Пассивная форма симбиотического союза состоит в подчинении, или, если использовать медицинский термин, является мазохизмом.
Определенность касается только прошлого и будущего (в том смысле, что оно кончается смертью).
Сон – единственное оправдание бездеятельности; состояние бодрствования таково, что лень в нем не должна иметь места.
Современный человек… превращен в товар, воспринимает свои жизненные силы как вклад, который должен принести ему максимальный доход, возможный при существующих рыночных отношениях.
Быть сосредоточенным – значит жить полной жизнью в настоящем, здесь и сейчас, и, делая что-то, не думать о том, чем предстоит заняться потом.
Если я такой же, как все, если у меня нет мыслей и чувств, которые отличали бы меня от других, если я подчиняюсь обычаям, дресс-коду, идеям группы, я защищен и спасен от пугающего одиночества
Если женская сексуальность ослаблена или извращена, она трансформируется в мазохизм или в собственничество.
Только любя, отдавая себя другому и проникая в него, я нахожу себя, я открываю себя, я открываю нас обоих, я открываю человека.
нищета мучительна не только из-за страданий, которые она причиняет напрямую, но еще и потому, что лишает бедняка радости отдавать.
Умение любить – это личностный опыт, который каждый может обрести только сам и только для самого себя…
ни один человек не должен служить средством для достижения целей другого, что все люди равны, поскольку все они суть цели, и только цели, и никоим образом не средства друг для друга.
Если же рассмотреть воздействие матери, искренне любящей себя, то легко убедиться, что нет более надежного способа привить ребенку понимание того, чем являются любовь, радость и счастье, чем любовь матери, которая любит себя.
Уважение означает озабоченность тем, чтобы другой человек мог развиваться, сохраняя верность себе.
Быть объективным и вести себя разумно получается только тогда, когда у человека имеется установка на смирение – если он отказался от мечты о всезнании и всемогуществе, которую питал, будучи ребенком.
Когда любовь переживается заместительно, путем участия в вымышленных переживаниях других, или когда она перемещается из настоящего в прошлое или в будущее, то такая абстрактная воображаемая любовь служит наркотиком, облегчающим реальную боль одиночества и отчуждения в настоящем.
Современному капитализму требуется, чтобы все большие массы людей могли трудиться без помех и сбоев и стремились ко все большему и большему потреблению…
Веры и любви требует взгляд на трудности, неудачи и скорби как на вызов, который надлежит принять, – и такой взгляд делает нас сильнее в отличие от представления о бедах как о несправедливом наказании, которое не должно было бы выпасть на нашу долю.
Однако вначале влюбленные всего этого не знают: интенсивность увлечения, то, что они «сходят с ума» друг по другу, они принимают за доказательство силы своей любви, хотя на самом деле это лишь свидетельствует о степени их предшествующего одиночества.
В отношении любви значение имеет вера в собственную любовь, в свою способность вызывать любовь у других и в ее надежность.
Человек любит то, ради чего трудится, и трудится для того, кого любит.
Тот, кто спасает единственную жизнь, спасает целый мир; а кто уничтожает единственную жизнь, уничтожает целый мир.
Рекламная формула, гласящая: «Не такое, как у других», сама по себе свидетельствует о жгучей потребности отличаться, тогда как на самом деле нет никаких отличий.
Чем меньше ты есть, чем меньше ты внешне демонстрируешь свою жизнь, тем больше ты имеешь, тем значительнее твоя подлинная, внутренняя жизнь.
Искренняя любовь несет в себе созидательное начало и предполагает заботу, уважение, ответственность и знание. Она не является «аффектом» в том смысле, что не бывает результатом внешнего воздействия, а является активным желанием сделать счастливым любимого человека благодаря собственной способности любить. Любовь – это актуализация и концентрация этой способности.
Едва ли существует поле деятельности или занятие, которые бы сулили столь огромные надежды и ожидания и тем не менее так регулярно приводили к фиаско, как любовь.
Если я в самом деле люблю одного человека, то я люблю всех людей, я люблю весь мир, я люблю жизнь. Если я могу сказать кому-то: «Я тебя люблю», то нужно, чтобы я мог этим сказать: «В тебе я люблю всех; любя тебя, я люблю весь мир, в тебе я люблю и себя самого».
Если человек боится, что его не любят, то очень может быть, что это он боится любить, сам того не сознавая.
Эгоист неизбежно несчастен и отчаянно стремится урвать у жизни удовлетворение, которое сам же не дает себе получить.
Ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека…
Уважение – это не опасение и не благоговение; оно предполагает (в соответствии с происхождением слова: respect – от лат. respicere, «смотреть на») способность видеть человека таким, каков он есть, осознавать уникальность его личности.
Авторитарные системы используют угрозы и террор для воспитания в духе конформизма, а в демократических странах той же цели служат убеждение и пропаганда.
Если индивид способен на плодотворную любовь, он любит также и себя; если он способен любить только других, он не способен любить вообще.
Равенство сегодня означает одинаковость, а не уникальность
Скупец, обеспокоенный тем, как бы чего не потерять, в психологическом смысле является бедняком…
сущность любви заключается в том, чтобы «потрудиться», чтобы «что-то» вырастить, что любовь и труд неразделимы. Любят то, над чем трудятся, и трудятся над тем, что любят.
Истинно верующий человек, проникнутый духом монотеизма, не молит ни о чем и не ожидает ничего для себя от Бога…
Равенство сегодня означает одинаковость, а не уникальность.
Таким образом, самая глубокая потребность человека – это потребность преодолеть свою отчужденность, освободиться из плена одиночества.
Любовь – это труд; если я люблю, я активно забочусь о любимом человеке, и не только о нем.
Отдавать – значит в высшей степени проявлять свою состоятельность. В самом этом акте я проявляю свою силу, свое богатство, свою власть.
При психическом симбиозе два тела независимы друг от друга, но психологически это очень похожий вид привязанности.
Единение, достигаемое в ходе созидательной деятельности, не является межличностным; единение, достигаемое при оргиастическом слиянии, преходяще; единение, достигаемое благодаря конформизму, является псевдоединением. Таким образом, во всех этих случаях мы находим только частичное решение экзистенциальной проблемы. Полное ее решение заключается в достижении межличностного единения – в слиянии с другим человеком в любви.
Функция матери – окружить ребенка заботой, функция отца – учить его, наставлять в решении тех проблем, с которыми ребенок сталкивается в том обществе, в котором родился.
ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека; все люди равны в том, что они – цель, и только цель, и никакие не средства друг для друга.
В сфере материальной отдавать – значит быть богатым. И богат не тот, кто много имеет, а тот, кто много отдает.
Любовь как взаимное сексуальное удовлетворение и любовь как «работа команды» и убежище от одиночества на двоих – это «нормальные» формы разложения любви в современном западном обществе…
Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя.
Тот, кто ничего не знает, ничего и не любит. Тот, кто не может ничего сделать, ничего не понимает. Тот, кто ничего не понимает, бесполезен. Но тот, кто понимает, также любит, замечает, видит… Чем больше понимания вложено в предмет, тем больше любовь… Любой, кто считает, будто все ягоды поспевают в то же время, что и земляника, ничего не знает о винограде. Парацельс
Понимание человеческой обособленности без воссоединения в любви и есть источник стыда. Осознание этого – источник чувства вины и тревоги.
Если человек любит кого-то одного и безразличен ко всем остальным, то это не любовь, а симбиотическая привязанность или расширенная версия эгоизма.
Перед человеком во все времена и во всех культурах стоит один и тот же вопрос: как преодолеть свое неистребимое желание удовлетворять собственные потребности и примириться с тем фактом, что такие же потребности есть и у других людей?
В модусе обладания вера – это подпорка, костыль для всех тех, кто хочет обрести уверенность в себе и понять смысл жизни, но не имеет мужества искать его самостоятельно.
способность любить как акт самоотдачи зависит от уровня развития и характера личности.
Чем больше я накапливаю знаний о том, что не есть Бог, тем больше приближаюсь к пониманию того, что есть Бог
Смелость отчаяния противоположна смелости любви точно так же, как вера в силу противоположна вере в жизнь.
Парадокс любви заключается в том, что двое становятся одним, оставаясь двумя.
Мы знаем себя и все же, несмотря на все усилия, себя не знаем.
Инфантильная любовь следует принципу: «Я люблю, потому что меня любят». Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты нужен мне, потому что я тебя люблю».
Человек нуждается в драматизме жизни и переживаниях; и если на высшем уровне своих достижений он не находит удовлетворения, то сам создает себе драму разрушения.
Любовь есть активная озабоченность жизнью и благополучием того, кого мы любим
В отличие от симбиотического союза зрелая любовь – это союз, при котором сохраняется целостности личности индивидуумов. Это активная сила, действующая в человеке.
…люди хотят подчиняться в гораздо большей степени, чем они к этому принуждаются, во всяком случае, в западных демократических странах.
Уважение существует только на основе свободы: как поется в одной старой французской песне, «любовь – дитя свободы»; дитя свободы, а не господства.
Одной рукой не хлопнуть без другой руки.
Быть сосредоточенным в отношении других означает прежде всего умение слушать.
Любовь возможна, только если два человека общаются из глубин своего существования. Только на таком уровне и обретается человеческая реальность, только здесь – сама жизнь, и здесь же – основа для любви. Любовь, переживаемая таким образом, – это постоянный вызов, а вовсе не место для отдыха; она – движение, развитие, сотрудничество; согласие или конфликт, радость или печаль – все это вторично по отношению к тому фундаментальному факту, что двое ощущают себя из самых глубин своего существования – вдвоем, что они одно целое, оставаясь каждый самим собой и не обращаясь в бегство. Есть лишь одно доказательство наличия любви: глубина взаимоотношений и сила жизни в каждом – это тот плод, по которому узнается любовь.
Братская любовь – это любовь между равными, однако, даже будучи равными, мы не всегда «равны»…
Самый важный шаг при овладении умением сосредоточиться – это научиться быть наедине с собой без чтения, радио, курения или выпивки.
В сфере материальной отдавать – значит быть богатым. И богат не тот, кто много имеет, а тот, кто много отдает.
Тот, кто ничего не знает, ничего и не любит. Тот, кто не может ничего сделать, ничего не понимает. Тот, кто ничего не понимает, бесполезен. Но тот, кто понимает, также любит, замечает, видит… Чем больше понимания вложено в предмет, тем больше любовь… Любой, кто считает, будто все ягоды поспевают в то же время, что и земляника, ничего не знает о винограде. Парацельс
Искренняя любовь несет в себе созидательное начало и предполагает заботу, уважение, ответственность и знание.
Любовь – это деятельность, активность, а не пассивный эффект; это «пребывание» в некотором состоянии, а не «впадение» в него
В восточных религиях и в мистицизме любовь к Богу – интенсивный чувственный опыт единения, неразрывно связанный с выражением этой любви в каждом жизненном акте.
«В ту же реку вступаем и не вступаем», потому что «на входящих в ту же самую реку набегают все новые и новые воды; да и сами мы уже те и не те».
Быть ответственным – значит быть способным и готовым «откликнуться»
Я хочу, чтобы тот, кого я люблю, имел возможность развиваться по-своему, а не ради того, чтобы служить мне.
Любовь – это не высшая сила, которая снисходит на человека, и не долг, налагаемый на него; она – его собственная сила, с помощью которой он приобщается к миру и делает его по-настоящему своим.
любовь же – всегда действие, проявление человеческой силы, что возможно только в условиях свободы и никогда – вследствие принуждения.
Любовь-поклонение часто изображается как истинная, великая любовь; однако ее интенсивность на самом деле свидетельствует лишь об эмоциональном голоде и отчаянии идолопоклонника.
Мать дает жизнь, и она же может забрать жизнь… ради любви она способна творить чудеса – и одновременно никто не может причинить большего вреда, чем она.
Желание межличностного слияния наиболее сильное из всех стремлений человека. Это самая фундаментальная страсть и та сила, что скрепляет человеческую расу, род, семью, общество.
Отдавать много радостнее, чем получать, – не потому, что это лишение, а потому, что, отдавая, я ощущаю, что живу.
Человек любит то, ради чего трудится, и трудится для того, кого любит.
Распространенность алкоголизма, наркомании, самоубийств и одержимости сексом в современном западном обществе является симптомом относительной неудачи стадного конформизма.
Ни один объективный наблюдатель, глядя на наш западный образ жизни, не усомнится в том, что любовь – братская, материнская, эротическая – достаточно редкий феномен, и ее место заняло множество форм псевдолюбви, являющихся в действительности формами распада и деградации любви.
Только зная человека достаточно объективно, я способен в акте любви познать его истинную сущность.
Уважать человека невозможно, не понимая его; забота и ответственность слепы, когда нет понимания, а понимание невозможно, когда нет искренней заботы
способность любить как акт самоотдачи зависит от уровня развития и характера личности.
Не тот богат, кто много имеет, а тот, кто много дает.
Едва ли необходимо подчеркивать тот факт, что способность любить как акт самоотдачи зависит от уровня развития и характера личности. Эта способность требует созидательной ориентации; при такой ориентации человек преодолевает зависимость от нарциссического самолюбования, желания эксплуатировать других и стремления к накопительству и обретает веру в собственные человеческие силы, мужество полагаться на них для достижения своей цели. При отсутствии этих качеств человек боится отдавать себя – следовательно, боится любить.
Когда Альберт Швейцер в 1952 году получал в Осло Нобелевскую премию мира, он обратился ко всему миру со словами: «Давайте осмелимся взглянуть правде в глаза. В наш век человек постепенно превратился в существо, наделенное сверхчеловеческой силой… При этом он не демонстрирует сверхразумность… Становится совершенно очевидно то, в чем мы до сих пор не хотели признаться: по мере прирастания мощи сверхчеловека он превращается в несчастного человека… ибо, став сверхчеловеком, он перестает быть человеком. Вот, собственно, то, что нам давно следовало осознать!»
если человек боится, что его не любят, то очень может быть, что это он боится любить, сам того не сознавая.
люди хотят подчиняться в гораздо большей степени, чем они к этому принуждаются, во всяком случае, в западных демократических странах.
Абсолютная неудача в достижении этой цели означает безумие, потому что панику из-за полной изоляции можно преодолеть лишь полностью отгородившись от внешнего мира; только тогда чувство изоляции исчезнет, поскольку исчезнет сам внешний мир.
ни один человек не должен служить средством достижения цели для другого человека…
Половой акт без любви не может устранить пропасть между людьми (разве что на мгновение).