Не паникуй. Это самое страшное. Если не паниковать — выход всегда найдется.
Нельзя, живя в навозе, пахнуть розой.
— С людьми лучше не сближаться.
— Почему?
— Не чувствуешь боль потери!
— Почему?
— Не чувствуешь боль потери!
— Я не хочу жить и постоянно бояться, что меня кто-то закроет! — Не хочешь постоянно бояться, что тебя закроют? В депутаты иди.
— Если тебе плохо из-за меня, может, мне лучше не приходить? — Наоборот, не уходить.
Нельзя, живя в навозе, пахнуть розой.
Дьявол, значит? До этого ещё дожить надо. Дьявол — он далеко, а я близко. И я гораздо хуже.
— И тебе советую со мной не связываться. Это может стоить очень дорого.
— Да я сотрудник УСБ!
— И чё? У тебя кровь не течет?
— Да я сотрудник УСБ!
— И чё? У тебя кровь не течет?
— А ничего у тебя тут, чистенько. Подружку, что ли, завёл, Карпов? — Да нет, сам убираюсь. Но можешь ты, если хочешь. Правда роль подружки не предлагаю, но полы мой сколько влезет.
Границы есть только у нравственности и человечности. У бесчеловечности и безнравственности их нет.
Наша исправительная система только называется исправительной. А на самом деле она никого — я убежден — НИКОГО не исправила.
— Неужели ты не боишься?
— Нет. Жить страшней, чем умирать.
— Нет. Жить страшней, чем умирать.
Среди добрых — я добрый. Среди зверей — я зверь.
— Охранять тебя будут, как президента Соединенных Штатов.
— Как Кеннеди? Нет уж, Стас, давай лучше как наших.
— Как Кеннеди? Нет уж, Стас, давай лучше как наших.
Найти иголку в стоге сена? Легко! Надо просто прыгнуть на этот стог голой задницей — она и найдется.
— Я не доставлю тебе проблем. Ни при каком раскладе. Даю слово. — Моя жизнь — сплошная проблема… И кто сказал, что я буду против еще одной, если она из-за тебя?
На Фиделя Кастро почти 700 покушений было. Как бы не обогнать команданте…
Жизнь, возможно, и страшная, но очень увлекательная штука, и даётся она только один раз. У меня тоже в жизни всякого дерьма навалом было. Поэтому послушай меня: надо вставать и идти дальше.
— Стас, спасибо тебе! Мне реально эти деньги очень помогут! Да и преступника вроде как поймали. Но это не значит, что я… — Да понял я, понял. Я всё равно дерьмо по жизни, просто в данной ситуации молодец.
Приятно, что теперь вы к пациентам «на Вы» обращаетесь. Оказывается, вежливость — это тоже вопрос денег.
— Люди, на которых можно рассчитывать — это главное. — А мне ты доверяешь? — Причём тут доверие? Я сказал «рассчитывать», а доверие — это уже роскошь.
— Борь… Ты хороший человек. Не лезь туда, где весит табличка «Осторожно, убьет». Даже я боюсь туда заглядывать. — Тебе не кажется, что пора её сменить на что-то более нейтральное? Например, «Осторожно, еноты».
Ежики плакали, но жрали кактус.
— День добрый, Станислав Михайлович, как настроение? — Сегодня что, вторник? Ну, значит, вторничное.
Дурак — это не внешний опыт, а твое самоощущение. Ты, Борь, дурак, пока таковым себя ощущаешь.
Верить надо не в живых мертвецов, зеленых человечков или в привидения, верить надо просто своим глазам.
— За что же это беды нам такие? — За что, не за что — это погоды не меняет. Пошел дождь — иди под крышу, а не вопросы задавай.
— И тебе советую со мной не связываться. Это может стоить очень дорого. — Да я сотрудник УСБ! — И чё? У тебя кровь не течет?
Дурак — это не внешний опыт, а твое самоощущение. Ты, Борь, дурак, пока таковым себя ощущаешь.
[звонок в дверь]
— Ты кого-то ждёшь?
— Я давно уже никого не жду, кроме психиатрической бригады, но сегодня я её не вызывал.
— Ты кого-то ждёшь?
— Я давно уже никого не жду, кроме психиатрической бригады, но сегодня я её не вызывал.
Верить надо не в живых мертвецов, зеленых человечков или в привидения, верить надо просто своим глазам.
— Стас, а может не надо, а?
— Всё будет хорошо. Кожу сдирать ни с кого не буду. Сегодня не полнолуние — так что я в норме.
— Всё будет хорошо. Кожу сдирать ни с кого не буду. Сегодня не полнолуние — так что я в норме.
Насилие — не развесные карамельки. Ровно не отсыпешь.
Жизнь, возможно, и страшная, но очень увлекательная штука, и даётся только один раз. У меня тоже в жизни всякого дерьма навалом было. Поэтому послушай меня: надо вставать и идти дальше.
— Поэт, да?
— Поэт-ёлочник.
— А такой стишок знаешь: «Сижу за решёткой в темнице сырой, срубивший все ёлки, упырь молодой»?
— Поэт-ёлочник.
— А такой стишок знаешь: «Сижу за решёткой в темнице сырой, срубивший все ёлки, упырь молодой»?
— Вы всё равно ничего не докажете. Я его на части распилил и на свалку выбросил.
— Ты посмотри на меня. Думаешь, я хочу кому-то что-то доказывать?
— Ты посмотри на меня. Думаешь, я хочу кому-то что-то доказывать?
— Нам, Станислав, предстоит долгое и плотное сотрудничество, надо учиться доверять друг другу.
— Даже не знаю, что больше напрягает – долго и плотно… или учиться доверять.
— Даже не знаю, что больше напрягает – долго и плотно… или учиться доверять.
— День добрый, Станислав Михайлович, как настроение?
— Сегодня что, вторник? Ну, значит, вторничное.
— Сегодня что, вторник? Ну, значит, вторничное.
Реально говорят, что выбор всегда есть. Можно пытаться сложить из льдин слово «Вечность», а можно тупо прикончить снежную королеву.
— Люди, на которых можно рассчитывать — это главное.
— А мне ты доверяешь?
— Причём тут доверие? Я сказал «рассчитывать», а доверие — это уже роскошь.
— А мне ты доверяешь?
— Причём тут доверие? Я сказал «рассчитывать», а доверие — это уже роскошь.
— Слушай, 28 на 17 умножить, сколько будет?
— 28 на 17? 28 на 17… Это что, чтобы я заткнулась, что ли, да?
— Да.
— 28 на 17? 28 на 17… Это что, чтобы я заткнулась, что ли, да?
— Да.
— У тебя всё в порядке?
— Нет. Как хочешь помочь?
— Никак. Из вежливости спросил.
— Нет. Как хочешь помочь?
— Никак. Из вежливости спросил.
— В нашей системе одно из двух: либо у тебя безупречная репутация, и район купается в дерьме, либо его можно будет как-то вычистить, но тогда тебя же за это и вышибут… — Интересная теория. Постарайся сделать мне гибрид. — Гибриды — штука опасная. Мичурин знаешь как погиб? На сосну полез за укропом, а его арбузом накрыло.
— Вы все равно ничего не докажете. Я его на части распилил и на свалку выбросил. — Ты посмотри на меня. Думаешь, я хочу кому-то что-то доказывать?
— Быстро разворачиваетесь и уезжаете отсюда. И я об этом забуду. Иначе я тебя убью. Слово даю. (Требование не выполняется, Карпов стреляет в голову) — А я ведь предупреждал. Я шанс давал. Я же, прежде чем сделать, все сказал.
А он тоже добренький был, как и ты, Зимина, ему тоже все это очень не нравилось. Знаешь, брал бабки и плакал, плакал и брал.
Если его после этого в соседнем ОВД примут… Как бы тебе это помягче сказать… Боль начнет из моей головы в твою задницу перетекать.
Стены ОВД полны мифов, которых не было!
Знаешь, кого ты мне напоминаешь? Тоненькую девочку, которая ведет на поводке огромную бойцовскую собаку — случись что, и собака порвет ее в клочья.
Это моя земля и воздух мой. Захочу — перекрою.
Я имею систему, а не людей.
— Денис мне рассказывал про вашу секретную операцию с камнями. Ты б сказал. Я б помог, людей выделил, а то он один на злодея пошел, тот и свалил. — Да, не повезло просто. Надо было серебряные пули брать, они от оборотней.
— Пьяными за руль только дураки садятся. — Да я полжизни… — Значит, полжизни дурак.
— Ну, а Стасик-то здесь причем? — А Стасик теперь за него отвечает, он берет его и тащит в допросную, и делает все так, чтобы это чудо провело здесь все праздники! — Стасик может сделать так, что он лет 10 под стражей просидит!
— Денис, ты где был сегодня? — Да жене плохо стало. Надо было срочно домой съездить. — Если тебе помощь нужна, ты скажи. Я все сделаю. — Нет, спасибо. Сам справлюсь. — Зачем ты мне врешь? Как ты думаешь, смогу я тебя пристрелить прямо здесь и сейчас? Конечно смогу, потому что найдется с десяток свидетелей, которые покажут, что ты выстрелил первый.
— Юра, че там в сейфе? — Деньги и бумаги. — Странно… Я вижу только бумаги. А ты, Денис? — Я тоже вижу только бумаги.
Я здесь сотни способов заработать знаю, но поверь: я не продаюсь.
— Тарасов, а у тебя топор есть?
— Топора нет.
— Ну пила какая-нибудь?
— Да откуда у меня пила?
— А чем же ты подследственных пугаешь?
— Топора нет.
— Ну пила какая-нибудь?
— Да откуда у меня пила?
— А чем же ты подследственных пугаешь?
— В нашей системе одно из двух: либо у тебя безупречная репутация, и район купается в дерьме, либо его можно будет как-то вычистить, но тогда тебя же за это и вышибут… Мы же с тобой знаем — те, кто работает, у нас не приветствуются.
— Интересная теория. Постарайся сделать мне гибрид.
— Гибриды — штука опасная. Мичурин знаешь как погиб? На сосну полез за укропом, а его арбузом накрыло.
— Интересная теория. Постарайся сделать мне гибрид.
— Гибриды — штука опасная. Мичурин знаешь как погиб? На сосну полез за укропом, а его арбузом накрыло.
— Ну, а Стасик-то здесь причём?
— А Стасик теперь за него отвечает, он берёт его и тащит в допросную, и делает всё так, чтобы это чудо провело здесь все праздники.
— Стасик может сделать так, что он лет десять под стражей просидит!
— А Стасик теперь за него отвечает, он берёт его и тащит в допросную, и делает всё так, чтобы это чудо провело здесь все праздники.
— Стасик может сделать так, что он лет десять под стражей просидит!
— За что же это беды нам такие?
— За что, не за что — это погоды не меняет. Пошел дождь — иди под крышу, а не вопросы задавай.
— За что, не за что — это погоды не меняет. Пошел дождь — иди под крышу, а не вопросы задавай.
— Не верю им настолько.
— А мне веришь?
— Не тебе. В тебя.
— А мне веришь?
— Не тебе. В тебя.
Если бы все люди прощали, всё бы оставалось безнаказанным — начался бы хаос!
А он тоже добренький был, как и ты, Зимина, ему тоже всё это очень не нравилось. Вот знаешь, брал бабки и плакал, плакал и брал.
— Что это?
— Это пиво… Светлое.
— Ответ неправильный. Это выговор… Строгий.
— Это пиво… Светлое.
— Ответ неправильный. Это выговор… Строгий.
Мне часто везёт. Есть люди несчастливые, но везучие. Я из таких.
— А кому ты пишешь? Как её зовут?
— Андрей.
— Андрей.
— Денис, пьяными за руль садятся только дураки.
— Да я полжизни…
— Значит, полжизни дурак.
— Да я полжизни…
— Значит, полжизни дурак.
— Я думал, она тебе небезразлична.
— Скучно думал.
— Скучно думал.
Если завтра с Антошиным что-то случится, а мои ребята узнают, что я мог защитить его и не сделал этого, то уже послезавтра мою спину никто прикрывать не будет. И будут правы.
Если ты кого-то держишь, то нужно так держать, чтобы в следующий раз хребет сломать. А я вижу, что вы сил не рассчитали.
— Что случилось? — Аллергия. — На что? — На побои.
— Поэт, да? — Поэт-елочник. — А такой стишок знаешь: «Сижу за решеткой в темнице сырой срубивший все елки упырь молодой»?
У дураков всегда никто не виноват.
Я думал, Карпов ничего не боится. — Тебе разницу между страхом, рациональностью и глупостью объяснить?
— Не верю им настолько. — А мне веришь? — Не тебе. В тебя.
— Ты не боишься? — Нет. Жить страшней, чем умирать.
— Что это? — Это пиво… Светлое. — Ответ неправильный. Это выговор… Строгий.
— С людьми лучше не сближаться. — Почему? — Не чувствуешь боль потери!
— Стас, ты же ему слово дал. — Слово, данное собаке, можно не сдержать…
Границы есть только у нравственности и человечности. У бесчеловечности и безнравственности их нет.
В жизни есть только один способ для решения всех проблем, просто не все это признают. Насилие…
Станислав Карпов — персонаж сериалов «Глухарь» и “Карпов”. Он исключительно отрицательный герой. Карпов жестокий и озлобленный начальник оперативников, который пользуется только единственной силой — насилием. Изначально сценаристами задумывался персонаж, который будет появляться пару раз в кадре, но со временем он стал одним из главных героев сериала. В данной подборке представлены цитаты персонажа Стаса Карпова.
🔄 Обновлено: 20.03.2026
